Поцелуй любви для зануды (СИ)

  
Поцелуй любви для зануды
   
Глава 1
 
Скептично рассматриваю себя в зеркале. Не сказать, что окрашивающий бальзам сработал так, как я хотела, но теперь уже все, ничего не изменить, только ждать, пока смоется через пару-тройку головомоек. Феном сушу свои когда-то натурально блондинистые от природы волосы, сейчас ставшие темно русыми с каким-то серо-грязно-буро-непонятным оттенком. Затем завязываю непослушные локоны в тугой узел на макушке. Отлично.
Настало время одеваться. С легкой брезгливостью разглядываю длинное, до середины голени темное платье из дешевой, полусинтетической ткани, лежащее на кровати. Его мне принесла подруга, уверяя, что подобный наряд со сто процентной гарантией отпугнет от меня всех мужчин на новой работе.
Да-да, вы не ослышались. Именно так. Отпугнет мужчин. Моя проблема в том, что я слишком яркая и привлекательная внешне. Настолько, что мне пришлось уволиться с четырех последних работ из-за домогательств начальства. А сегодня я иду на собеседование в очень престижную контору и сильно хочу в ней работать. Так сильно, что готова себя изуродовать, как Бог черепаху, лишь бы пройти собеседование и получить место переводчика.
Выдохнув, как перед прыжком в воду, натягиваю на себя плотный спортивный топик, сдавливающий и утягивающий мою грудь с третьего размера до неполного второго. Дышать, конечно, тяжеловато, но ничего, потерплю, ходили же раньше женщины в корсетах, и ничего. Да, периодически падали в обмороки и страдали искривлением ребер, но я же не в корсете. Надеваю плотные колготы и жуткое платье, застегнув под самым горлом воротничок. Тщательно осматриваю себя в зеркале. Очень даже неплохо. Теперь основной штрих — сажаю на нос огромные очки в толстой черной оправе с обычными стеклами. Глядя на свое отражение, не могу сдержать смех. Пугало. Но явно очень умное и занудное пугало. Отлично!
Обув старческие туфли на низком каблуке, накинув куртку и взяв зонт с сумкой, выхожу в коридор, тут же сталкиваясь с парнем подруги.
— Простите, — говорит он, а потом всматривается и тут же прижимает меня грудью к двери, не давая закрыть замок. — Лара, что за смена имиджа? Ролевые игры? Я только за. Ты будешь строгая училка, а я — двоечник.
— Пусти, придурок! — пытаюсь отпихнуть идиота и одновременно с этим закрыть дверь.
Отталкивать приходиться задницей, потому что руки заняты, а этот кобель только рад, тут же пристраивает свои руки на мои ягодицы и делает неприличные движения.
— О, да, детка! Я завелся — сил нет!
Наконец, удается закрыть замок, и я поворачиваюсь к приставале лицом, тут же тыкая его в грудь острым концом зонта-трости.
— А ну, отвали, извращенец!
— Да! Будь со мной строгой, детка! — говорит этот паяц, продолжая распускать руки.
Открывается соседняя дверь и из нее выглядывает голова Наташи, моей подруги.
— Вааань, ну ты где так… долго…
По ее расширившимся глазам вижу, что она совершенно неправильно истолковала происходящее. Оно и понятно. Я стою, придавленная к двери, этот идиот с руками на моих бедрах, полутемный коридор общаги семейного типа.
— Наташ, — резко дергаюсь, наступив пяткой придурку на пальцы в домашних тапках и с удовольствием услышав его вопль, — подожди…
Подруга хлопает дверью прямо перед моим носом.
— Наташа…, — стучу, — открой. Это не то, что ты подумала. Я же никогда…
— Иди уже на свое собеседование! — слышится из-за двери. — Потом поговорим!
Подруга права, если сейчас не выйду — опоздаю, и тогда все зря. Вздохнув и окинув хмурым взглядом скачущего на одной ноге идиота, иду по длинному коридору на выход.
Уже перед лестницей наталкиваюсь на еще одного парня. Он сначала отскакивает от меня, как от прокаженной, а потом начинает ржать.
— Что? — зло спрашиваю.
— Ну, Лара, ну ты даешь, — Пашка хохочет, держась за живот. — Это ты так вырядилась в честь Хэллоуина? Так праздник же вечером, а еще только двенадцать часов дня.
— Ой, отстань! — выхожу на лестничную клетку и громыхаю туфлями на тяжелой подошве вниз, слыша, как мне вслед, несется Пашкин смех.
  
Добираюсь до места назначения даже раньше времени, но пока еду в метро, не покидают печальные мысли о подруге. Мы с Наташей дружим уже семь лет. Познакомились, когда поступили в универ, на факультет иностранных языков. Большинство студентов платили деньги за экзамены и спокойно спали, а мы с ней — две нищебродки, — постоянно мотались на пересдачи. Была одна особенно строгая, ядовитая преподавательница — Маргарита Рудольфовна. Ох, и гоняла она нас! Но именно благодаря ей, я теперь так хорошо знаю французский и имею единственную подругу за всю мою жизнь — Наташку. Да, друзей у меня немного. Парни сразу смотрят под юбку, а девчонки обходят десятой дорогой — никому не надо в подругах соперница за внимание мужского пола. Из-за этого я еще подростком начала сторониться людей и полюбила книги. Стала запойной читательницей, не мыслящей и дня без литературы.
— Ольхова Лариса Дмитриевна! Лариса Дмитриевна!
Вылезаю из собственных мыслей и подскакиваю со стула в приемной.
— Это я!
— Ну что ж вы, девушка, заставляете меня тут горло надрывать? — высказывается мне секретарша — ухоженная блондинка на высоченных каблуках и в узкой юбке-карандаше.
— Извините, задумалась, — спешно оправдываюсь. Не хватало еще, чтобы меня домой отправили, так и не пустив на собеседование.
— Проходите в правую дверь, вас уже ждут, — блондинка утыкается в монитор и больше не проявляет ко мне никакого интереса.
Поправив платье и сползающую с плеча сумку, захожу в указанную дверь, очутившись в просторном и по-деловому уютном кабинете.
— Здравствуйте. Ольхова Лариса Дмитриевна. На собеседование на должность переводчика с французского, — рапортую сидящему за столом импозантному мужчине под пятьдесят.
Он на секунду отрывается от бумаг, потом снова в них утыкается, чтобы через мгновение опять на меня посмотреть, но более внимательным, сканирующим взглядом. И тут его лицо расплывается в довольной, хищной улыбке. А мое сердце делает акробатический прыжок из груди в горло, даря плохое предчувствие.
— Ну, что же вы стоите на входе? Проходите, усаживайтесь в кресло, поговорим, пособеседуем, — хозяин кабинета радушно указывает, куда именно я должна сесть.
Прохожу, усаживаюсь на краешек сидения, чинно сложив сумку и руки на коленях. Может, это просто нервы?
— Расскажите о себе, — предлагает потенциальный работодатель, переходя на французский, вполне понятный, хоть и с ужасным акцентом. — Но только то, чего нет в резюме, пожалуйста.
На долгую минуту зависаю, не зная, что ответить. Обычно всех интересуют мои рабочие качества, а из личного — только факт замужества, или, в моем случае, не замужества. И что говорить?
— Мне двадцать пять лет, я не замужем…, — начинаю неуверенно.
— То, чего НЕТ в резюме, — нетерпеливо перебивает меня хозяин кабинета. — Расскажите о своей семье. Кто ваши родители? Как вы проводите свободное время, где бываете, что делаете. Возможно, у вас есть какие-то хобби.
Ого, сколько странных вопросов.
— Я выросла в обычной семье. Родители — простые люди. Мама — учительница в школе, папа — рабочий на заводе. Свободное время провожу дома, не люблю шумные компании. Я домоседка и трудоголик…
— А хобби? — меня перебивают, когда я пытаюсь как-то вырулить разговор на рабочую тему.
— Рисую… неплохо. Пою…
— И все? Как-то не верится, что у такой девушки, как вы, и нет каких-то особых талантов.
Мне кажется, или работодатель действительно вкладывает двойной смысл в словосочетание «особые таланты»? Старательно запихиваю эту мысль в дальний уголок мозга. А как иначе? Я же сейчас страшила. Без слез не глянешь. Не может быть, чтобы это был подкат со стороны гипотетического начальства. Или может? Он извращенец? Только больной на голову может на меня сейчас позариться. В этом дешевом платье монашки и уродливых очках, за которыми почти не видно глаз.