Второй шанс герцогини 2 (СИ)

— Госпожа, зачем вы так спешите? Вам надо отдохнуть. Утром этот мальчик никуда не денется.
— Я боюсь, что он может за ночь придумать лживую легенду, а мне нужна правда, — почти не покривила душой. Конечно, Этьен не стал бы мне врать — я для него являлась спасительным кругом, но мне нужно было создать срочность.
И Маргет, конечно, сразу же встала на мою сторону.
— Я сейчас вызову для вас войников.
  
— Пусть проводят его в молельню Стелл. Я поговорю с ним там. Дверь нужно будет оставить открытой, чтобы он знал, что не сможет сбежать или причинить мне вред.
— Да, миледи, — поклонилась Маргет и сразу же взялась исполнять мою просьбу. Я пошла в сторону молельни, накинув на голову капюшон. И пока поднималась по лестнице, крутила кольцо, в надежде, что Лиэри услышит мой призыв.
— Что случилось, Сиенни? — шепнула она, появившись около двери в небольшой храмовый зал. — Что-то с Регалом?
Я приложила палец к губам и глазами показала, что к нам скоро придут — двое солдат вели Этьена. Его провели в молельную, куда я вошла с Лиэри следом. Дверь, как я и просила оставили открытой, но подруга быстро сориентировалась и закрыла нас завесой, оставив войников стоять в полной тишине. Они поглядывали внутрь, я не сомневалась, но видели лишь нас — сидящих на скамьях друг напротив друга.
И конечно, никто из троих мужчин не видел Лиэри.
  
Глава 16.3
 
— Ты сможешь через меня, через мою память понимать язык моего мира? Этот молодой человек — наш шанс на переход на Землю. Он — жертва чернокнижников. Попал совершенно случайно сюда через портал.
— Что? Он из твоего мира? — охнула Лиэри.
Этьен смотрел на меня, как на сумасшедшую, потому что я поворачивалась к воздуху, которому что-то говорила на незнакомом ему языке, но мне было наплевать. Нет, ничего важнее того, что я сейчас смогу найти лазейку для Лиэри.
— Да, он из моего мира. То, как нам и надо, представляешь? Так что, ты сможешь как-то взять мои знания языка?
— Я никогда такого не делала, хотя у нас есть специальные магические кристаллы, но с магией Ночи, возможно, это будет намного быстрее, ведь знания хранятся в ночном резервуаре, — ответила мне Лиэри.
— Ночной резервуар — это что?
— Этим определением мы называем место в голове, где хранятся все воспоминания.
— Подсознание, — кивнула я.
— Под-сознание, — повторила Лиэри и добавила: — Тоже хорошее слово. Именно туда я попробую присоединиться. Не бойся, я буду лишь на поверхности, чтобы попробовать найти знания языка, про который ты говоришь.
Лиэри протянула мне руку, а я положила свою, переплетя наши пальцы.
Вот тут Этьен очень сильно занервничал, потому что понял, что с нами действительно кто-то есть. Он взглянул на меня испуганно, и я сразу же постаралась его успокоить.
— С нами моя подруга. Ты ее не видишь из-за магии, но, пожалуйста, не переживай. Мы хотим лишь выяснить, как же ты прошел к нам в мир. И получится ли тебя вернуть обратно.
— Обратно? — Этьен весь подобрался на этом слове. Как же я его понимала — до встречи с Регалом. Теперь мой дом тут, и я почти не ощущала тоски по миру, где не было моего драккара.
— Да, мы постараемся помочь. Но сразу скажу: Этьен от тебя потребуется помощь.
— Конечно, я сделаю все, что смогу! — запальчиво произнес он на французском, а Лиэри вдруг радостно вскрикнула:
— Я поняла! Я нашла этот язык. — И по-детски улыбнулась мне, словно клад отыскала.
Что ж, теперь можно было расспросить Этьена под руководством Лиэри. Я повернулась к ней, чтобы выслушать ее вопрос.
— Спроси его, пожалуйста, помнит ли он какие-то необычные вещи, украшения, книги в том месте, откуда он переместился к нам?
Я повторила вопрос Этьену, и он погрузился в размышления, мы не торопили его, и в итоге парень рассказал все, что вспомнил:
— Я бегал по той дороге со школы, когда вступил в клуб легкой атлетики. Дом родителей находился недалеко от мемориального парка, где еще во времена Первой Империи расположились семейные склепы новой знати. Там же было и военное кладбище. Место не столько печальное, сколько тихое и величественное. По утрам я всегда начинал пробежку там. И в тот день не было никаких знаков свыше. Обычный день. Поэтому я, наверное, не заметил постороннего на дорожке, который меня и оглушил. Когда открыл глаза, то увидел свод старого склепа из белого мрамора. Колонны, своды, надгробные плиты, а по центру фонтан для птиц, — тут Этьен замолчал, погрузившись в тяжелые воспоминания. Он сглотнул — горло у него пересохло, и я подняла открытую ладонь, чтобы Этьен замолчал. Я встала со своего места и подошла к открытой двери, у которой стояла охрана. Я незаметно кивнула Лиэри и та сняла барьер Тишины.
Выйдя из молельни, я дернулась от испуга, потому что войники Регала моментально упали передо мной ниц.
— Госпожа, рады служить вам.
— Да, спасибо за службу. Пришлите, пожалуйста, воды.
— Конечно, госпожа, — в один голос произнесли мужчины и сразу же поднялись, а потом один из них сжал на груди медальон и зычно передал послание. Очень скоро мне принесли графин с водой и три фужера. Я пропустила помощницу по дому в молельню, а та, не поднимая глаз, поставила его на пол, так как никаких горизонтальных поверхностей не было.
Когда девушка быстро удалилась, я вернулась на свое место, не забыла укрыть нас магической защитой от подслушивания и сама налила воду Этьену. Тот принялся жадно ее пить, благодаря меня глазами.
Как только он вернул фужер на поднос, то поблагодарил меня и продолжил рассказывать свою историю:
— И вот этот фонтан для птиц мне показался очень странным. Не сам фонтанчик, а скульптура совы, что служила и навершием и самой основой для механизма подачи воды. Она была вся инкрустирована самоцветами. Или даже драгоценными камнями. Честно говоря, с этого момента я уже плохо помню, потому что для меня начался какой-то кошмар. Все лоскутами в голове, нет ничего связного, но почему-то последнее воспоминание связано именно с этой совой. Я помню эту скульптуру последней. И она будто расправила крылья... Звучит, как бред, хотя, все что я говорю сейчас звучит, как рассказ сумасшедшего.
Этьен замолчал и посмотрел на меня, а я — на Лиэри.
Подруга прибывала в глубокой задумчивости. Она хмурила брови, что-то вспоминала, а потом схватила меня за руку и попросила запальчиво:
— Сиенни, спроси, какие глаза были у этой совы и какой цвет камней преобладал.
Я повторила ее слова.
Теперь была очередь Этьена напрягать память.
— Черные. Точно, черные! Мне еще это показалось каким-то неестественным. А камни... Аметисты. Фиолетовые. И портал имел такой же цвет.
Лиэри зажала рот рукой, но опустив, с ужасом в голосе проговорила:
— Это цвет Штар! Аметисты — одни из главных камней для связи с полотном миров. Совы — важный символ Мира Ночи. Это не может быть совпадением. И это значит, что великую Богиню-Мать предал ее высший демон. Только они могут использовать эти символы без страха притянуть к себе проклятья и смерть.
— Лиэри, что ты такое говоришь?! Как такое возможно? Мир Ночи охраняет души и... — теперь я зажала рот рукой — все было еще хуже, чем мы думали. — Вот почему Асатар пропал! Его схватили не чернокнижники. Его схватил тот, кто прекрасно знал, как пленить высшего демона, потому что сам демон Ночи. — Этьен, ты точно ничего не путаешь?
— Нет, это врезалось в память намертво. Эта чертова птица напугала меня не меньше всего ужаса, что там происходил.
Лиэри закрыла лицо руками, а я обняла ее, давая плакать по любимому.
  
Чернокнижники — люди, хоть и сильные маги, но вот высший демон...
Кто его победит?!
  
Глава 17.1
 
И главное — кто же этот высший демон?!
Кто посмел пойти против вечных устоев мира Ночи?
— Лиэри, ты уверена, что богиню Ночи можно предать? Она же божество. Кто мог сотворить такое в тайне от мира тайн и душ?