Ни шанса на сомнения (СИ)
— Я не сутулюсь…
— Начинаешь. Не спорь!
Вернувшись из студии, я примастилась на кухонном подоконнике рядом с отцветшим Виктором, завистливо наблюдая, как в опустевшем дворе с собакой играет девушка. Небольшой беспородной сосиской с короткой шерстью неопределенного бурого окраса. Явно любимой — вон как хозяйка для нее старается! То дразнит, заставляя гоняться за собой, то затевает шуточную борьбу. Меняя тактику, бросает ей палку, и ласково треплет за ушами. Псинка, судя по радостному тявканью, прибывает в полном восторге.
Тоже так хочу!
Собравшись с духом, я набрала Алексея. Храбрости, хватило только, чтобы дождаться третьего гудка, и сердце гулко забилось где-то в горле. С окончанием длинных отрывистых сигналов, я облегченно выдохнула. Почему же все так сложно? Господи, дай мне сил…
Прижавшись лбом к стеклу, и закрыв глаза, я сделала несколько глубоких вдохов и новую попытку дозвониться. Мне было важно, сказать ему именно сегодня о своем решении. Нам нужно расстаться. Эта мысль отчаянно пульсировала в висках. Независимо от того будем мы с Линцем или нет.
По дороге домой я обдумывала, как донести ее, не обидев. Лучше попробовать аккуратно и деликатно, без ядерного взрыва, и революционных заявлений.
Нет, я не предатель. Я никому ничего не должна. Я хочу, чтобы меня воспринимали всерьез. Любили такой, какая есть, без попыток прогнуть и подогнать под себя. Скажу твердо, что не хочу переезжать. И нет это не случилось вдруг…Я просто устала быть удобной. Пары расстаются, так случается…Мы несколько раз были на грани…Видимо пришло время…Прости…
Сначала в трубке слышались только длинные гудки, а потом резко сменились на короткие, словно звонок сбросили. Отмахнулся от меня, как от назойливой мухи, а ведь когда-то сам по сто разна дню названивал.
Спрыгнув с окна, я достала из кухонного шкафа пакеты и прошлась по квартире, собирая свои вещи. Больше всего оказалось одежды. Никогда не думала, что такая барахольщица…Мамочки мои! Это тебе не с одной сумкой уйти…это же все нужно куда-то деть…А еще же, прибамбасы кондитерские …Обувь…Косметика…Ноут…Жорик!
Куда ты собралась, Вика?! К Линцу? Надолго ли?…
Так…так…
Перекантаваться пару дней можно у сестры, она все равно теперь живет у Макса. Точно! Она живет у Макса…Я ухватилась за эту соломинку. Значит, квартира ей не нужна, и если она еще не съехала, можно продлить аренду. Валина однушка мне всегда нравилась. Современная, чистенькая, уютная.
Довольная, я вставила в клетку Жорику новую овощную палочку. Он тут же захрустел лакомством, раздувая щеки. Надо позвонить сестре…
Телефон, словно услышав меня, ожил, брякнув сообщением.
Черт! От Леши…
Открываю, ожидая увидеть что-то типа «Перезвоню позднее»
Не угадала, это фото!
Обнаженная парочка в кровати. Лица специально в кадр не взяты, но тело, которое ты знаешь наизусть, с родинкой на ключице, я бы не спутала ни с кем…На его груди — брюнетка…длинные слегка волнистые волосы, убраны за ухо. А в мочке, точно такие же серьги, что подарил мне Алексей месяц назад…только со светлым камнем.
Я отложила телефон…потом снова взяла в руки и увеличила фото, разглядывая его во всех деталях. Что это был Свиридов, сомнений не было. А вот акцент на серьгах, навел меня на мысль, что он с Юлей. Девицей, что вертелось вокруг него на корпоративе. Она, как раз брюнетка с длинными волосами. И он ей, судя по тому, что я видела — не безразличен. Только она могла знать, что я сразу выцеплю взглядом «зачетные» серьги и примерю в нужные ушки. После того вечера я их ни разу не надевала, и больше нигде не красовалась. Никто, кроме нее их даже заметил. Сообщение отправлено с Лешиного номера и явно предназначено мне. Это претензия…желание поставить в известность…заявить о себе в его жизни. Делать такое будет только женщина, которая хочет выйти из тени…и точно не после разовой акции…Значит у их романа есть срок… И начался он, явно не вчера…
— О, Боже…. - закрыв глаза, я запустила руки в волосы, пропуская пряди сквозь пальцы. — До чего мы дошли!
Вот он закон бумеранга! Получай!
Зачем? Зачем мы друг другу врем…
Боже мой…
Это точно конец!
Глава 48
Валя с Максом помогли перевести мои вещи из квартиры Алексея уже спустя два часа. Сестра смотрела на меня настороженно не понимая, как реагировать на мой неожиданный демарш. То ли это действительно точка в наших отношениях со Свиридовым, то ли очередная запятая. Жорик немного сгладил витающую в воздухе нервозность, разрядив своей суетой остроту момента. Новое соседство, рядом с Виктором на консоли под телеком, его заинтересовало. Он, в стойке суриката интенсивно обнюхивал листья стрелеции, вызвав у сестры приступ искреннего умиления и детского восторга.
— Милота какая! — Валя просунула палец в клетку, и погладила за ухом дергающего носом, пухляша. — С хозяйкой я все уладила. Договор будет на пол-года. Я дала ей твой номер, сами договоритесь что и как.
— Спасибо тебе большое, Валь, — я обняла сестру. — Даже не знаю, что бы я без тебя делала.
— Ой, да брось! Лучше скажи, все настолько хреново? Выглядишь не очень…
Валин комментарий прозвучал, как искреннее участие, безо всякой попытки разнюхать обстановку. Не обидно. И я отшутилась, сваливая свой неприглядный вид на отсутствие косметики.
— Хочешь, познакомим тебя с кем-нибудь?
— Иди уже, сводня! — хлопнула ее по заднице, когда в очередной раз в коридоре взорвался мелодией телефон. Макс ждал у машины, благоразумно оставив нас одних, чтобы поделиться секретиками.
— Вик, — открывая дверь, Валя обернулась. — Макс мне предложение сделал…
— Ах ты…тихушница! — останавливая, я схватила ее за рукав. — Когда?
— Сегодня, с утра…
— И ты молчала?! — возмутилась я, снова затаскивая ее в квартиру. — И?
— Согласилась… — хихикнула Валя, пряча счастливые глаза. — Ты первая, кому я сказала…
— Ааа! — завопила, я бросившись ей на шею. — Ты не представляешь, как я за тебя рада! Когда свадьба?
— Ну мы конкретно дату не обсуждали…Но решили не тянуть.
— Так, дорогая моя, у меня есть невыгулянное платье, так что зажать свадьбу — не получится! Будешь у меня самой красивой невестой!
— Я хочу быть просто счастливой невестой! — застенчиво улыбнулась. И у меня мелькнула мысль, что она думает о моей несостоявшейся свадьбе. Хорошо хоть только про одну знает…
— Валька, ты обязательно, слышишь меня, обязательно будешь счастлива! Макс любит тебя! Ты любишь его. Вы молодые, здоровые, влюбленные. Что еще нужно? Живи и радуйся!
— Я тебя очень люблю, Вик. Не грусти, пожалуйста… — сестра прижалась ко мне щекой. — Я побегу, ладно? — виновато подняла глаза. — Мы к его отцу едем…волнуюсь жутко…
— Все будет хорошо! Уверена, что он обрадуется новости!
— Ну не знаю…а вдруг…
— Никаких вдруг! Все! Дуй к жениху!
— Позвоню тогда вечером.
— Да все нормально. Успокойся! Родителям пока ничего не говори, ладно? Я сама.
Закрыв за Валей дверь, я вернулась в комнату, взяла на руки Жорика. Своим теплым носом он тыкался мне в шею. Маленькие лапки пытались откопать ямку у ключицы — щекотно и приятно. Почесывая его за ухом, я прошла на кухню, подключила холодильник. И когда он тихо заурчал, настроилась сгонять в магазин. Кроме зеленого чая и соли, из съестного в квартире больше ничего не было.
А потом, на автомате посмотрела в окно. Муха стояла, на валином месте, под деревом, заливаясь моросящим дождем. Кто же сам себе враг, шляться по такой погоде? Передумала и нашла в телефоне номер доставки. Лучше вещи разберу.
Устроившись на подоконнике с чашкой остывшего чая, после того как раскидала все в холодильник и шкафы, я наблюдала как две мелких девчули в резиновых сапогах с удовольствием меряют глубину луж. Ох…сколько же было радости в их визге от фонтана брызг. С разбегу рассекая водную гладь и поднимая никак не меньше, чем настоящее цунами, они едва избегали столкновений друг с другом. Невдалеке под зонтом ежась от промозглой погоды, их мама бесстрастно следила за детской забавой. Нам с Валькой никогда не разрешали носиться по лужам, ведь хорошие девочки не должны так себя вести! А хотелось до ужаса! Узнать, как там внутри: холодно, мокро, глубоко? Почему нельзя? Ну почему?! Почему мальчишкам можно, а нам нельзя?! Было жутко обидно от несправедливости судьбы! А когда появилась возможность, магическая притягательность луж утратила актуальность. На ногах уже были не резиновые сапоги, а туфельки или кроссовки, испытывать которые на прочность было жалко…да и не по возрасту как-то…