Ни шанса на сомнения (СИ)

Перед глазами проносились сцены, где мы еще студентами жили в однушке, и все казалось таким безоблачным. Когда хотелось, заглядывать в голубые, наполненные любовью глаза, улавливая в них отражение своих эмоций. Когда, чтобы оттянуть Лешин отъезд, я провокационно крутилась перед носом, в его распахнутой рубашке и кружевном белье, мешая собираться в ненавистные командировки. И он в последний момент, бывало и такое, менял билет.
От воспоминаний сжималось сердце. Я ощущала себя растерянной и беспомощной, словно ребенок. Хотелось прибиться к тихой пристани, где жизнь спокойна и безмятежна. А короткие телефонные разговоры с Алексеем лишь добавляли осознания, что беззаботное, счастливое прошлое уже не вернется никогда.
Да, наверное, можно и дальше делать вид, что все хорошо, только вот зачем?!
Внутри назревало желание разорвать замкнутый. Да, я трусиха. Боюсь потерять то что имею. А кто бы не боялся? Но я думаю об этом. Каждый день настраиваю себя на перемены. Мне нужно подготовить пути к отступлению, снять квартиру, родителям все объяснить. Я знаю, что ключи в моей сумочке, это приглашение. Предложение жить вместе. Но никто не поймет, если я перепрыгну из постели одного мужика к другому.
При мысли, что нужно будет глядя во все еще родные глаза Алексея сделать ему больно, по коже бежал мороз. Появилось ощущение, что угодила в яму-ловушку и медленно туда проваливаюсь. Иногда оно разрасталась до таких размеров, что я брала на руки Жорика, которого вместе с клеткой перевезла к себе на следующий же день. Гладила и рассказывала о своих страхах. Это хоть и слабо, но помогало.
Квартира у Виктора оказалась, в новом ЖК. С индивидуальной планировкой. Для съемной — просто роскошная. Просторная и светлая. Владельцы, будто специально сделали мужской интерьер — строго, индустриально и в то же время стильно. Никаких лишних деталей: функциональная кухня, с хорошей техникой, плавно перетекала в гостиничную зону с минимаслистичной мебелью. Сразу было видно, что Линц готовкой не заморачивался. Слишком уж девственно выглядели столешницы, даже поверхность плиты — сверкающе вылизана, так что буквально сияла. Хотя может я ошибалась, и Виктор просто педант, помешанный на чистоте и порядке. А нет… в небольшой спальне с выходом на балкон, на изножье кровати, темное, покрывало все-таки — небрежно бугрится, а на прикроватной тумбочке что-то беспорядочно навалено.
Жорик со своей квартиркой разместился на стеклянной консоле, рядом с письменным столом. Где присоседились маятниковые шары, фоторамка с портретом Эммы, и горшок с мясистым кактусом. Ну а как же… от излучения, кто о нем не знает. Только самого излучателя не было. На спинке лаконичного, но явно неудобного пластикового кресла, вписывающего в интерьер, висела скомканная, одежда. О, я тоже все время делаю из стульев вешалки, а Леша на меня за это ворчит. Терпеть не может беспорядок.
В общем-то никаких предпочтений хозяина, квартира мне не открыла. И ни на шаг, не приблизила к ответу на вопрос: что подарить, на прошедший день рождения. Чтоб и от души, и понравилось, и вроде как нейтрально.
Абонемент в фитнес зал? А вдруг у него уже есть или он вообще спорт не уважает? Дорожную сумку, вроде лишней не будет или может набор для бани? Подумает, что с намеком. Откровенно напрашиваюсь… Короче, ничего путевого в голову так и не пришло…а хотелось быть оригинальной и благодарной. Особенно после того, как он можно сказать, подсунул мне сертификат на мастер-класс по приготовлению и украшению тортов.
Поднимаясь на лифте, я полезла в карман за ключами и наткнулась на яркую глянцевую бумажку. Вытащила, развернула, скользнула рассеянным взглядом: глаз зацепился за знакомое слово, но мозг среагировал не сразу.
Название ресторана, повергло меня в ступор. А имя популярного кондитера привело в трепет и без того взбудораженное сердце. Вернуло в мечту — заниматься любимым делом, замороженную из-за нерешительности.
Как? Как Линц узнал? Я же ничего не говорила?!
Что это — еще одна попытка подкупить красивым жестом или искреннее желание подарить радостные эмоции, не думая о собственной выгоде? Научить принимать его заботу, поддержку, внимание. Немой призыв отмести сомнения и наслаждаться жизнью?
 
Ох, как заманчиво, но страшно. Без страховки.
Я старалась не думать о нем, но получалось плохо. Он настойчиво стучался в мое уединение, даже на расстоянии, то доставкой кофе и цветов на работу, то прикольными картинками и анекдотами в сообщениях, и конечно вечерними звонками, которых я стала с нетерпением ждать. Жаловался, ныл порой, рассказывал задушевным шепотом, как скучает. Мне хотелось услышать, это его мягкое «Фике», обволакивающим, пробирающим до мурашек, голосом, чтобы нервы зазвенели, как натянутые струны, а моя никому не нужная стойкость — спряталась, уступая место безрассудству.
Может, не все так плохо?.. Вот же — не дает забыть о себе, беспокоится, глупости всякие приятные нашептывает.
— Признавайся давай, что ты в меня уже влюбилась, — шутливо настаивал каждый раз перед тем, как отключиться.
— Скорее, я назвала бы это симпатией, — отчаянно врала я.
— Я просто очень соскучился и хочу знать, что ты меня ждешь. Для меня это важно.
— Тебя ждет Жорик…
— Не знаю, как это будет…Но я приеду и заберу тебя к нам. И плевать, от Леприкона, или еще откуда. Я понял, что не готов великодушно пожелать тебе счастья с другим. Хочу, чтоб ты была со мной, моей, рядом, и я мог к тебе прикасаться, как и когда захочу.
— Вить…не начинай…
— Ну извини… Не обижайся, слышишь? Я прекрасно помню, что девушка воспримет всерьез угрозы рыжего бородатого мужика, только после того, как увидит свидетельство о разводе. Я люблю тебя…Вик…и мне легко это говорить, особенно зная, что сейчас ты смущаешься и твои щеки розовеют.
— Нет. Они обычного цвета, — прикладывая ладонь, я ощущала, как они начинали гореть.
— Не ври. Мне очень…очень нравятся твои реакции. И запах, ты особенно пахнешь. Он всегда выраженнее в ямочке у ключицы, фантастически приятный и притягивающий. Такой, что хочется укусить. Знаешь, иногда смотришь на человека и возникает непреодолимое желание: укусить, ущипнуть или хотя бы прикоснуться! Я как первый раз тебя увидел, все время борюсь с ним! Честное слово!
— Мне тоже сразу захотелось потрогать твою бороду…
— Вот видишь! Видишь! Ты тоже это чувствуешь! Только боишься признаться, что уже втрескалась в меня по уши. Трусиха, слышишь?
— Да…
— Ты мне нужна! Очень…
И всегда оставляя последнее слово за собой, быстро желал мне неспокойной ночи и растворялся в тишине.
Работа отвлекала, правда, ее было не так уж и много. Текучка и помощь в латании дыр, кающимся грешникам. Закоренелым, вернее. А моя зарплата напрямую зависела от количества клиентов фирмы.
Снимать квартиру, содержать себя, если придется съезжать…а съезжать придется! и машину я, смогу, но аппетиты придется заметно поубавить.
Господи, еще два дня! И вернется Свиридов! Верно говорят — ожидание казни страшнее самой казни. Как их прожить-то??? Эти два дня?
Хочу как можно быстрее со всем этим покончить и… не знаю, что «и»…
Не могу, не хочу больше ждать! Устала думать, настраиваться и расстраиваться!
Я перекидывала сотовый из руки в руку, не решаясь начать разговор. Нельзя допустить, чтобы Алексей заподозрил в каком раздрае я нахожусь. Он же снова начнет убеждать, уговаривать, приводить неоспоримые доводы, и, как обычно, я не смогу противостоять его мощному напору. Дрогну. Буду мямлить и соглашаться, что и делаю всю неделю.
Да… я все ему скажу…Завтра вечером. Может после сабантуя он воспримет мои слова с пониманием, без обид…и нападок? По-мужски твердо. Может же такое быть?
На следующий день, сидя на работе я лазила по сайтам и форумам в поисках подарка Виктору. Одежда, парфюм, алкоголь…все настолько банально…
Идея Гектора, она конечно, безумная и очень личная, просто очень-очень, вдруг показалась уж точно не избитой…Только никогда я на такое не решусь. Я перед Лешей-то дурачилась под музыку пару раз…