Ни шанса на сомнения (СИ)

— Спасибо, папулечка! — висну на его шее и зацеловываю щеки.
— Ну все! Все…Хватит…Иди работай…у нас рабочий день, между прочим. Текучку передай Наталье. У нее сейчас одна мелочевка…
Поезд, которым в прошлый раз мы с сестрой ехали, в этот раз оказался прям фу…Или мне так повезло… В одном отсеке со мной ехали два парня, и допоздна пили пиво с вонючей вяленой рыбой. Время от времени предпринимая попытки вовлечь меня в свою компанию. Заманивали то «ройским деликатесом» из скумбрии, создававшим мощное амбре, то неиссякаемым запасом пенного напитка.
— Пчелка! — закружил меня подняв на руки Свиридов. — Как же я соскучился! — пробежавшись по моему лицу поцелуями, поставил на перрон и подхватив одной рукой чемодан, второй сжал мою кисть. — Голодная? Хочешь куда-нибудь заедем позавтракать?
— Домой поехали! — тяну его за руку. — Помыться хочу. Мне, жуть какие, ароматные попутчики попались, — изображаю пальцами кавычки. — Кажется, что насквозь пропиталась.
Прижимает мою голову к своей груди, и нюхает волосы.
— Пахнешь, как всегда сногсшибательно.
— Сейчас это звучит, как под@ебка, — в шутку пихаю его в бок.
— Это она и была! — подмигивает мне. — Клопами воняешь…
— Ах ты… — подбирая слово, трясу угрожающе кулаком, а он ржет.
— Да пошутил я! Отлично ты пахнешь… — тянет к себе, целуя в щеку. — Соскучился жуть! Пошли!
Переступив порог коридора, я скидываю куртку и обувь, и тороплюсь в ванную, отмечая про себя чистоту и порядок в квартире. Алексей, верен себе: все разобрано и разложено, каждая вещь на своем месте.
— Тебе помочь? — в голубых глазах у меня за спиной, что отражаются в зеркало пляшут огненные язычки.
— Чем?
— Спинку могу потереть…Пчелочка…
Его губы скользят по шее, плечу…Ладони вынимают из моих рук снятую водолазку, откидывают в сторону. Ложатся на живот и, медленно оглаживая, накрывают грудь. И за всем этим я наблюдаю словно со стороны. Словно стою на краю обрыва, не осмеливаясь сделать шаг…и словно решившись, откидываю голову назад, закрывая глаза…Надо жить дальше. Отталкиваюсь — и лечу в пропасть…
— Скажи, что тоже скучала… — шепчет, покусывая скулу. Приятные, волнующие мурашки расползаются по коже от его дыхания, я прогибаюсь в спине, чиркнув его ногтями по затылку.
— Скучала, — отвечаю то, что он хочет слышать.
Теплые ладони нежно сжимают грудь, одна рука отправляется вниз, пройдясь по животу, делает небольшой круг возле пупка, и спускается еще ниже. Расстегнув пуговицы на джинсах, ныряет в трусики.
— Какая ты…горячая… — останавливая невесомые поглаживая, Леша тяжело дышит сзади. — Хочу тебя!
Чуть отстранившись стягивает с себя футболку и джинсы вместе с трусами. Снимает с меня остатки одежды и подхватив на руки ставит в ванну.
Встает за спиной. Поливает на плечи из душевой лейки теплую воду, гладит шею. Его дыхание становится прерывистым, а в спину начинает упираться жаждущий своей порции ласки член. Леша вставляет душ в держатель, выдавливает на ладонь гель, и откинув на себя, так что я чувствую, его напряженный орган во всю длину, мягкими движениями скользит по моей груди, животу, бедрам…
— Ммм, — довольно урчит в затылок, слегка толкаясь в меня… — Какая нежная у меня девочка…шелковая…бархатная…Самая лучшая… самая красивая… моя…
Ничего не изменилось, внушаю себе, расслабляясь. В голове космическая пустота, а в теле разгорается жажда жизни. Мне становится очень тепло и хорошо. Возбуждение закручивается внизу живота спиралью.
— Пчелочка, я так издергался за эти недели. Мы нехорошо расстались…еще и работа эта гребаная… — покусывая за ухо, ласкает грудь. — Я знаю, что обидел тебя. Прости. Прости, моя сладкая.
Привычным движением пальцев скользит внутрь, настойчивей толкнувшись бедрами сзади.
— Мы здесь навернемся, к черту…и вместо банкета попадем в травмпункт
— Не…не…не… — выключив воду, Леша рывком поднял меня на руки, ловко перепрыгнул через бортик ванной, и усадил на стиральную машинку. Стянув с вешалки пушистое полотенце накинул мне на плечи, и поглаживая кожу на внутренней стороне бедер, вошел. Резко и глубоко, заставив судорожно всхлипнуть и откинуться назад.
 
Опираясь на руки для равновесия, я сдвинулась ближе к краю — навстречу. Его язык с силой врезался мне в губы, обвел их с внутренней стороны, щекотно пробежался по небу. Удерживая бедра, он все ритмичнее толкался глубже. Неистово и даже грубо. Потом вышел, и снова резко вошел. Выбив из меня сладкий крик. Отстранился с тихим стоном и напористо повторил. И еще, и еще. Сильнее, быстрее. Почувствовав, как нарастает внизу живота вихрь, я непроизвольно выгнулась.
Но оргазм, словно воздушный шарик, наполненный сверкающими искрами, дразнил и уворачивался. Я вроде была совсем близко, но…все никак…никак…
Частые, короткие толчки, сбившееся дыхание и прокатившаяся по напряженному телу дрожь, подсказывали мне, что Леша уже на грани.
— Ты прелесть… — уткнувшись носом в плечо, он выстреливал спермой мне на лобок. — Прости, что только для меня получилось… — горячим языком прошелся по шее к скулам… — Я все отработаю…С лихвой…
— Вот с лихвой не надо, — легонько его оттолкнула, поза была очень неудобная. Руки затекли, а он еще и навалился
— Пчелочка! — оттянув мою нижнюю губу отлепился, сгребая попутно ладонью сперму. — Я же без фанатизма….чтобы ты тоже кончила, — чмокнув в плечо, вытер полотенцем мой живот.
А потом, подхватив на руки осторожно забросил на плечо, и отнес в комнату. Аккуратно опустил на застеленную свежим постельным бельем, от которого пахло весной кровать, и сам лег рядом на бок, подперев голову рукой.
— Завтракать будем?
— А что есть?
— А что ты хочешь? — вопросительно дернул бровями
Сама не понимаю, как так получилось, но изо рта вырвалось:
— Я бы не отказалась от тостов с сыром и беконом…
— Давай закажем! — с готовностью соглашается. — А еще салат с креветками, и Кассату
— Не слишком ли калорийно для завтрака? — искренне удивляюсь. Его сегодняшний выбор мало смахивает на ПП.
— Ой, не загоняйся, надо себя баловать! — его глаза светятся радостным коварством, а на губах играет довольная улыбка. Накрывая меня собой, он жадно целует. — Пчелка…какая же ты у меня красивая…Сам себе завидую!
Достает откуда-то, из района моей головы бархатную коробочку, открывает на уровне глаз.
— Надеюсь понравится!
На подушечке лежат серьги с пузатой душкой, и крупным темным камнем округлой формы, обрамленным в белый металл.
— Какая красота! — ахаю я.
— Примеришь? Как увидел их, сразу о тебе подумал…
И пока я снимаю свои серьги и надеваю подарок, Леша заказывает доставку.
Подавляю всеми силами гнетущее чувство вины, замечая, как снова темнеет его взгляд при виде меня. Любой женщине хочется чувствовать себя желанной и особенной…а я так давно не чувствовала этого от Леши. Тянусь к нему, целую в губы, трусь щекой о щеку.
Господи… пусть он никогда не узнает о моей дурости.
Видит Бог, я сделала выводы. Осознала ошибки, раскаялась…Плотно и ровно присела на попу и посыпала голову пеплом…Пусть не узнает.
Что я там плела про любовь-морковь…равнодушие, эгоизм…Дура глупая, вот и несла чушь.
Леша ведь легкий, веселый, по своему заботливый. Потому я в него и влюбилась. Мне с ним, тепло и уютно. Спокойно. Конечно, я люблю его… просто, наверное, как у лягушки в анабиозе, реакции снизились.
Плохо — что есть с чем сравнивать. Положа руку на сердце, себе можно признаться, что феромоны его не срубают меня на корню. Нет такого, чтобы от взгляда с прищуром и едва заметной улыбки уголками губ, в животе вспыхивал файербол. Как от Рыжего.
  
Глава 39
 
— Ты просто красавец, — ахнула я, обернувшись на Алексея, застегивающего последнюю пуговицу на жилетке от модного костюма. — Тебе очень идет, сразу становишься таким солидным и строгим… — не сдержавшись, подхожу, поправляю идеальный узел галстука. — И до жути сексуальным…