Ни шанса на сомнения (СИ)
Я стою ошарашенная с открытым ртом. Мамочки мои, что он задумал? Волшебника с голубым вертолетом точно рядом нет, треска лопастей не слышно…ну ведь не в люльке же подъемника вышки мы будем кататься? Это уж черезчур! Хотя я уже ничему не удивлюсь!
— Я могу отказаться? — поднимаю голову вверх, опускаю вниз. Ничего не видно.
— Неа, — берет меня за руку и куда- то ведет. — Все уже готово. Здесь совсем близко, — слышу шум разъезжающихся дверей здания. Значит на подъемнике кататься не будем. И то хорошо! — Почти на месте, — сквозь ткань пробивается яркий свет помещения.
— Я выгляжу, как идиотка! — шиплю на него
— Тут никого нет! — шепчет мне на ухо, притягивая к себе. Неуверенно отталкиваю его в плечо, и вдруг пространство наполняется тихой музыкой и людскими голосами.
— Что ты врешь?! — возмущенно кошусь на его голос.
— Вик, на тебя все смотрят! Улыбайся! — в панике спотыкаюсь, норовя пропахать носом пол. Тяну руку с треклятым горшком ко лбу, но стянуть галстук не получается. — Я пошутил!
— Вот скажи мне, ты бессмертный?!
— Разве я похож на Дункана Маклауда из клана Маклаудов?
— Блин, на все-то у тебя есть ответ!
— Не на все, но я стараюсь!
— Как, наверное, трудно было твоим родителям…
— До выпускного класса, я был идеальным сыном, — его голос наполняется нотками холодной иронии. — Не дрался, почти не курил, потому что занимался боксом, кстати там я с Игорем и познакомился, хорошо учился, — подталкивает меня вперед. — Не бойся, это лифт.
Раздался тихий ровный гул, стены и пол еле ощутимо задрожали, появилось ощущение движения вверх.
— Нас тут много? — тихо шепчу, надеясь, что все же в область уха, прижимаясь к плечу Рыжего. А нет, в щеку шептала.
— Толпа! — выдохнул он, шевеля дыханием мои волосы. — Мы все едем в одно место!
— Господи, боюсь представить, что там будет за оргия!
— Я за традиционный секс! — ржет он.
— Ну слава Богу!
— Не поверишь, имею коварные намерения пользоваться тобой исключительно единолично, скрывая от завистливых глаз, — шепчет, касаясь губами мочки.
— У меня вообще-то есть мужчина! — пихаю его локтем в бок.
— Я приложу максимум усилий, чтобы он исчез, — даже не думает тормозить. — Выходим!
Снова берет меня за руку и куда-то ведет.
— Мы почти пришли! Осталась только лестница, — резко замираю. — Да не бойся, обычная.
Слышу неясный звук, напоминавший скрежет металла о камень и шум улицы.
— Теперь чуть-чуть вперед, — раздается тихая команда мне на ухо. Делаю неуверенные шаги. — Все, — меня останавливают оплетающие за талию руки, прижавшегося к спине, Рыжего — Снимай… — скользит губами по виску.
Глава 8
Осторожно стягиваю галстук с глаз и невольно ахаю.
Вид открывается просто завораживающий: ясное небо, усыпанное серебряными звездами, подсвеченная по периметру крыша самой дорогой в городе гостиницы, на которой я стою, и простирающийся в бесконечность вечерний город.
Слева от нас застыл с дежурной улыбкой вежливый сопровождающий, видимо и организовавший всю эту красоту.
— С ума сойти, — восхищенно оглядываюсь на Рыжего, а обалдеть, было от чего…
На одном конце террасы мерцала нитяными гирляндами застекленная беседка, на другом расположилась живописная арка в виде распахнутого окна, украшенная нежными цветами, а посередине стеклянный, как будто парящий в воздухе подиум, подсвеченный снизу мягкими желтыми лампами. Легкая негромкая музыка и приглушенный свет, наполняли атмосферу волнующей романтикой.
— Фух, — Витя в шутку вытирает со лба пот. — Кажется, не зря старался! Не замерзла?
Заботливо накинул мне на плечи откуда-то материализовавшийся красный плед. И пока парень, что нас сопровождал проводил инструктаж по технике безопасности, обнимая меня за плечи, закрывал спиной от довольно ощутимого и прохладного ветра, гуляющего по крыше.
— Певца не будет?
— Как он, однако, тебя впечатлил! — довольным хмыкнул. — Мне предлагали скрипача, но я отказался. Пожадничал… — делает паузу, — …пожадничал, что он будет воровать у меня твое внимание, тогда как сегодня ты всецело должна подарить его мне… — жаркий шепот приятно опалил мою шею, и мурашки разбежались мягкой волной от макушки до пяток, ероша и ставя дыбом крохотные волоски на теле.
— Какое классное! — выскользнув из его рук прохожу вперед и забираюсь в подвесное кресло- кокон, которое выглядят, как большой фонарик-огонек. Их тут два.
— Нравится? — встает у меня за спиной.
Нос щекочет грейпфрутовым запахом, а затылок теплым дыханием, так, что хочется зажмуриться, как кошке, от удовольствия.
— Очень! Но, спать с тобой, я все равно не буду!
Чуть подкачнув кресло, Рыжий расхохотался.
— Вик, расслабься! Весь этот антураж, всего лишь приятный бонус к возможности провести с тобой время. Без привязки к желанию затащить тебя в постель. Хотя не скрою, мне бы этого очень хотелось.
— Спасибо за информацию!
Поворачивает кресло лицом к себе и расставляет руки на торцы, как бы запирая меня.
— Не верь мужчине, который говорит, что в женщине его привлекает только тонкая душевная организация. Он врет. Мужчина любит глазами, такова уж его природа. Научно доказано, причем эксперимент проводился с оговоркой, что дурнушка, умна, как Макиавелли, а обладательница, симпатичной мордашки — пустышка, — медленным движением поправил на мне плед, неотрывно глядя в лицо. — Даже лучшие ученые умы, принимавшие в нем участие, подсознательно, руководствуясь низменным инстинктом, проявляли интерес к последней, — почувствовав какое-то глупое смущение, от его гипнотизирующего взгляда, утыкаюсь носом в гипсофилу. — Ни один дурак не станет просто дружить с женщиной, если маячит перспектива стать ее любовником. И я не исключение, Вик.
— И ты считаешь, это нормально — смотреть на женщину, как на объект для секса?
— Не объект, а партнера. Для отношений, — наклонив голову, прищурился. — Ну а как по-твоему мужчина должен смотреть?
— Ну, не знаю… может с уважением?
— С уважением, Вика, смотрят на силу. А нормальный мужик стремится в отношениях быть сильным. Он завоеватель. Охотник. Если не на природе, то в жизни. Именно древний голод движет самцом к завоеванию. И чем больше у него трофеев, тем сильнее самец, — протягивает руку и поправляет мой хвост, свесившийся на плечо. — Все мужчины самцы и собственники, абсолютно все, но с развитием цивилизации, в современном обществе их агрессия, грубая сила и доминантное поведение перестали быть востребованы. Желанная самка в человеческой популяции зачастую достается не сильному, а более успешному. Поэтому и соперничество за женщину перешло в русло конкуренции.
— Я правильно поняла твою мысль: ты меня хочешь… и будешь всячески себя пиарить, чтобы твой «конкурент» померк в моих глазах, и я сама запрыгнула в твою постель, признав тебя матерым самцом?
— Именно! — утвердительно кивает, приближая свое лицо к моему
Несколько секунд никто из нас не двигается, мы гипнотизируем друг друга. Я сдаюсь первой. Отведя взгляд, прикладываю поочередно ладонь к горящим щекам. Фух! Ну и натиск!
— На город будем любоваться, когда совсем стемнеет, — протягивает мне руку. — Может по бокалу шампанского?
Встаю, вложив в нее свои пальцы.
Пока мы обменивались любезностями в беседке уже накрыли на стол. Мажордом, что выжидательно изображал в сторонке мебель, любезно раскланявшись, показывал висящий в углу телефон, — вдруг что-то понадобится, и удалился.
— Да будут прочными наши зубы и набитым рот! — подхватывает меня на руки и заносит в беседку, где на удивление тепло. Я даже готова поверить, что это тепло от пары светильников на столе в виде горящих свечей.
Хлопок и оставляя за собой белый дымок и шипение, пробка остается в руке у Виктора.
— Ууу, не по-гусарски! — в шутку кривлю губы. — Признавайся, ты со всеми девушками такое проворачиваешь?