Зимний Бал, или Еще один шанс для попаданки (СИ)

Вот и сейчас он лежал, прикидывая, кого из трех наложниц позвать на этот раз с собой. Или же взять в бассейн всех трех?
Такая жизнь была ему по душе, и он почти не вспоминал о том, что где-то в далекой северной стране остались его жена с детьми, капризная любовница и мимолетные развлечения на фабрике Локреджа.
Госсип с легкостью выкинул из головы тех, кто был готов отдаться ему на скрипучей софе за несколько фартингов прибавки к жалованию. О судьбе своей любовницы он тоже не беспокоился, а вот жену с детьми не забыл.
Каждый месяц отправлял им приличную сумму анонимным переводом, но о том, что он жив и вполне здравствует в Медрине, сообщать не спешил. Потому что возвращаться в Ровейну Госсип не собирался, а здесь ему старая семья была не нужна.
В Медрине Госсип был за главного по северному направлению в «Торговом доме господина Вассида». Ежедневно они загружали на свои корабли лучшее оливковое масло, бочки с вином, мешки со специями, отправляя их в Ровейну и другие страны севера.
Госсипу доверяли, к его мнению прислушивались, потому что с его появлением торговля вышла на новый уровень – знание языков, образование и многолетний опыт в управлении пришлись как нельзя кстати.
Торговый дом расширялся, и господин Вассид не остался в долгу. «Белому управляющему» была назначена отличная плата, на которую он успел купить себе дом, нанять слуг и завести наложниц.
И даже отправлял деньги жене и детям в Ровейну.
Его жизнь текла приятно и размеренно, но ровно до того момента, как…
– Ну что, Госсип, заждался? – раздался ехидный голос, и посреди комнаты распахнулась огненная дыра, из которой появилась темноволосая взлохмаченная голова Отступника.
Вскоре тот вылез и сам, одетый слишком тепло для здешнего жаркого лета.
Осмотрелся.
– А я погляжу, ты неплохо устроился!
Осоловевший Госсип в полнейшем ужасе подскочил на ноги и запустил в Отступника кальяном, но промазал. Затем, призывая охрану, попытался сбежать.
Но не смог.
Охранники тоже не пришли ему на помощь – бились с другой стороны в запертую дверь. В ту же самую, в которую стучал Госсип, в напрасном отчаянии дергая ручку.
Та не открывалась.
– Не надо, прошу тебя! – взмолился он, бухнувшись перед Отступником на колени, потому что тот подошел совсем близко и смотрел на усилия Госсипа с крайне скептическим видом. – Я… Я уже исправился, клянусь! Здесь мой дом! Здесь все, что я люблю! Моя работа, мои женщины… Зулейка, Фатима, Салима....
– Значит, завел себе гарем любовниц, Госсип?!
– Нет же, клянусь! Я… Я на них всех женюсь! Это мои невесты, все три!
Отступник усмехнулся.
– Становится интереснее, – заявил ему. – Продолжай! Убеди меня в том, что ты ангел во плоти. Это твой единственный шанс, Госсип!
– Прошу тебя! Умоляю! Забери все, что есть, только оставь меня в Медрине! Я веду честный образ жизни, я плачу налоги и собираюсь жениться.... Здесь я наконец-таки нашел то, что мне всегда не хватало! Свой дом!
Отступник какое-то время молчал.
– Так и быть, – неожиданно произнес он. – Оставайся!
После чего прочертил свой проклятый прямоугольник, нырнул в него и исчез. Но перед уходом предупредил, что явится гостем на свадьбу и расстроится, если ее не будет.
Очень сильно расстроится!
Стоило огненной магии исчезнуть, как Госсип устало улегся на пол и стал смотреть, как распахнулась дверь и к нему поспешили охранники и наложницы. Заодно размышлял о том, потянет ли он четырех жен сразу – трех в Медрине и одну в Ровейне.
Но делать было нечего, он пообещал Отступнику.
И за что ему только это наказание?!
***
Леди Джетта Кэмпбелл. Июль, Ровейна
– Мама, ты же знаешь, я никого не принимаю! – недовольным голосом произнесла Джетта. – Оставь уже эти смехотворные попытки выдать меня замуж! Может, я вообще не хочу… Да, я не хочу! Вместо этого я открою свой лазарет для животных или же стану танцевать на льду вместе с леди Каролиной, нашей будущей королевой.
 
– Джетти, – чуть не плача, начала мама, – прошу тебя!
– Говорю же, нет!
– Мы с отцом пообещали, что ты сможешь выйти замуж за того, за кого захочешь, и мы не станем на тебя давить. Но этот молодой человек…
– Я не хочу никого видеть. Прогони его сейчас же!
– Он крайне настойчив и отказывается уходить.
– Тогда скажи ему, что я испепеляю на завтрак всех настойчивых. Или же что я заражу его обезьяньей оспой. Да, так ему и передай!
– Он сразу ответил, что ему не страшны твои угрозы и он не уйдет до тех пор, пока ты его не примешь. Джетти, дорогая моя!.. Ну нельзя же сидеть затворницей почти семь месяцев подряд! Я все прекрасно понимаю, с тобой случилась страшное, но тот ужас давно закончился, и тебе уже пора начинать жить дальше. Прошу, ради меня и ради отца! Пять минут разговора с тем приятным джентльменом, после чего ты сама выставишь его вон.
И Джетта сдалась.
– Так и быть, мама! Только ради тебя и папы я его приму, но не обещаю, что этот навязчивый посетитель уйдет из нашего дома без обезьяньей оспы.
На лице матери появилась торжествующая улыбка, и уже скоро леди Кэмпбелл привела в Цветочный Салон – комнату с распахнутыми окнами в сад, откуда открывался чудесный вид на строящийся на другом берегу огромный ледовый дворец, – молодого джентльмена.
Подающего надежды – так думали они с отцом.
Заодно мечтали о том, что их старшая дочь Джетта, до этого два года скрывавшаяся от инквизиции, однажды вернется к нормальной жизни. Балы, развлечения, легкий флирт, пусть даже академия магии – только бы она не сидела дома изо дня в день!
Но сегодня к ней прибыл молодой лорд Джефферсон, глава огромного семейного предприятия, и отказывался покидать дом Кэмпбеллов до тех пор, пока не поговорит с Джеттой. Кристофер Джефферсон до этого много лет считался погибшим, но оказалось, он потерял память и несколько лет прожил в другой стране, а потом чудеснейшим образом все вспомнил!
…Как же много чудес за последнее время произошло на Акульем Острове! Выздоровели заболевшие, вернулись пропавшие без вести, а некоторые, как в случае с молодым Джефферсоном, даже воскресли из мертвых.
Но никто и ни о чем у них не спрашивал, как и не сомневался (по крайней мере, вслух) в произошедших с ними историях. Вот и сейчас леди Кэмпбелл не стала ничего спрашивать – проводила молодого лорда Джефферсона в Цветочный Салон и закрыла за ним дверь.
Хорошо, оставила небольшую щелку, к которой тотчас же прильнула ухом.
Потому что Кристофер Джефферсон не только великолепно выглядел, но и обладал безупречными манерами, как и подобает истинному джентльмену, и во многим напоминал ее мужа, в которого она влюбилась с первого же взгляда двадцать пять лет назад.
И вот теперь…
– Я вернулся домой, Джетта! – произнес лорд Джефферсон. – Потому что мой дом именно там, где ты. Все эти месяцы я пытался жить без тебя и наслаждаться своей свободой. Но я не смог и больше не хочу. Ты ведь … Ты же дождалась меня?
– А как ты думал? – ворчливым голосом спросила она. – Дождалась я тебя или нет, если я дала тебе обещание?
В голове у леди Кэмпбелл тотчас же все встало на свои места – она поняла причину затворничества своей дочери. Счастливо вздохнув, – потому что, судя по звукам из Цветочного Салона, Кристофер Джефферсон целовал Джетту, а та с энтузиазмом ему отвечала, – она осторожно закрыла за собой дверь.
Ну что же, обезьянья оспа на этот раз обошла семью Джефферсонов стороной. Но, судя по всему, ей не помешает встретиться и обсудить с Лилиан Джефферсон приготовления к будущей свадьбе.
***
Летиция Ванроуз. Июль, Ровейна