Мой парень – демон

– Да? Кто пожаловал? – раздался голос из динамика; Рай почудились в нем нотки настороженности.
Она только открыла рот, чтобы поздороваться, но кукла ее опередила:
– Впускай нас. И не медли.
То ли хозяин квартиры узнал голос говорившего, то ли, как и Рай, не смог не подчиниться приказу, но вопросов больше не последовало – дверь открылась.
Рай юркнула в подъезд. Поднимаясь по лестнице, задумалась на секунду и спросила:
  
– Слушай, скажи.
– Что еще?
– Там, в автобусе, когда водитель ускорился, и потом, когда дверь заклинило, это же твоя работа была?
– Надо же, – ответили ей. – Не совсем безмозглая, догадалась.
Рай криво улыбнулась – нахал, он и в Африке нахал, не переделаешь.
– Их нужно было задержать в том автобусе, чтобы у тебя была возможность сбежать, – пояснила кукла.
– Угу, – промычала Рай. – Я-то думала, как все вовремя случилось. А ты, оказывается, не бесполезный, всякие фокусы умеешь делать.
– Не бесполезный? – переспросила кукла. – Пока я запечатан в этом сосуде, такие фокусы – и впрямь единственное, на что я способен. Поэтому-то мне и нужен заклинатель. Эти ничтожества заплатят за то, что посмели надо мной так надругаться.
«Запечатан в этом сосуде? – мысленно переспросила себя Рай. – О чем это он?»
Но поразмышлять об этом ей не дали. Одна из дверей на площадке первого этажа была открыта настежь, и оттуда донесся чей-то голос:
– Проходите. И заприте за собой дверь, если нам не нужны нежданные гости.
Рай на секунду замерла возле открытой двери, с недоверием вглядываясь в темноту коридора, но все-таки заставила себя переступить порог. Дверь она закрыла, последовав совету невидимого хозяина, и тотчас оказалась в темноте.
Впереди были полоски света, и Рай двинулась на них. Наткнувшись лбом на какие-то болтающиеся в воздухе висюльки, Рай в первый момент, ахнув, отпрянула. Потом догадалась, что это бамбуковая занавеска, и, отодвинув ее свободной рукой, вошла в комнату.
Она уже успела навоображать себе образ заклинателя: черная мантия, длинная борода, на голове капюшон, закрывающий лицо, а вокруг – множество горящий свечей.
Реальность оказалась иной. Перед ней, сидя возле круглого столика с настольной лампой, зевая и попивая чаек с пряниками, сидел худощавый мужик в подпоясанном бордовом халате. Из халата выглядывали, закинутые одна на другую волосатые худые ноги в домашних шлепанцах. Судя по прическе «утро в курятнике», хозяин квартиры проснулся совсем недавно. А учитывая заросшее щетиной лицо, из квартиры он не выходил уже несколько дней.
– Девушка, – констатировал мужик.
Пожевал вдумчиво пряник и добавил:
– Хорошая девушка.
Потом вздохнул тяжко, как будто ему предстояло выполнять тягостные обязательства, и сказал:
– Ну что, хорошая девушка, показывай, что там у тебя?
Рай медленно двинулась в глубь комнаты, на ходу озираясь. Шторы наглухо задвинуты – и не абы какие, плотные и темные, с улицы сквозь эти шторы, наверняка, ничего не разглядеть, а в квартиру свет не проникает совсем. Комната просторная, похоже, гостиная. Много книжных шкафов – полки, впрочем, забиты не только книгами, но и какими-то свитками, папками, бумажками. Стуча каблуками по паркетному полу, Рай вдруг подумала, что зря не сняла обувь в коридоре – невежливо получилось, полы пачкает человеку… то есть заклинателю… то есть человеку… вроде.
Подошла к столику и положила на столешницу свою ношу. Мужик в халате поднялся со стула, вытащил из кармана очки, надел их на нос и осторожно отвернул пеленки. Наклонившись пониже, вглядывался в личико куклы пару секунд – и вдруг отпрянул, шумно, в голос, втянул в себя воздух и нервно сглотнул.
– Не буду спрашивать, кому пришло в голову такое сделать, – суеверным шепотом произнес он. – Лучше помолюсь за его душу.
– Не утруждайся, – сказал голос из куклы. – Их душам ничего не светит. То, что ты видишь, дело рук двух низших хормов.
Глаза заклинателя увеличились в размерах.
– Хормов? Им-то зачем? Да и как они вообще до такого додумались? Надоумил кто?
– Может, и надоумил, – легко согласилась кукла. – С этим я потом разберусь. А сейчас вытаскивай меня отсюда, да побыстрее. Эти низшие по ее запаху идут, вот-вот будут здесь. А я в нынешнем положении беспомощный, как младенец.
Из всего разговора Рай поняла только ту часть, которая касалась непосредственно ее, а точнее ее запаха, по которому идут хормы… то есть амбалы. Все остальное утомившееся за день сознание воспринимало, как невменяемый бред, начисто лишенный смысловой нагрузки.
– Вытаскивать, говоришь… – задумчиво потирая щетинистый подбородок и разглядывая куклу со всех сторон, произнес мужик в халате.
– Отказываешься? – В голосе куклы явственно послышались опасные нотки.
– Что ты! – подняв руки ладонями вверх, словно сдаваясь, возразил хозяин квартиры. – Я, конечно, с радостью тебя вытащу, но есть одна проблема.
– Какая?
– Для ритуала изъятия, – начал осторожно объяснять заклинатель, – нужна капля человеческой крови. И сразу оговорю: кровь заклинателя, то есть моя, для этого не подходит.
– Не вижу проблемы, – невозмутимо заявила кукла. – Вон у нее возьми.
Рай неодобрительно покосилась на пупса. Не то чтобы ей было жалко, но тот факт, что этот резиновый наглец распоряжается ее кровью, возмущал до глубины души. С какой, собственно, стати? Это ее кровь, вообще-то! Она уже собиралась ему об этом напомнить, но ее опередил заклинатель:
– Без спроса никак не могу. Эта девушка – Невинная Душа.
– Вот эта глупая курица – Невинная Душа? – недоверчиво возмутился голос из куклы. – А ты не ошибся?
Рай аж зубами заскрипела. Так и хотелось сказать: «Что ж ты позволил тебя спасать от похитителей какой-то глупой курице! Сам бы и выкручивался!» – но возможности вставить свое веское слово ей не давали.
– Никой ошибки, – ответил хозяин квартиры. – Это я тебе говорю, как потомственный заклинатель. Я вижу на ней печать чистоты точно так же, как вижу твою истинную сущность внутри этого вместилища. Мои глаза обмануть нельзя. Так что с этой девушкой тебе лучше договориться. Ты, конечно, можешь приказать мне взять у нее кровь, и я выполню твой приказ. Но если так сделать… мне-то ничего не будет, я не по своей воле, а вот ты на себя кару небесную навлечь можешь. Оно тебе надо? Представляешь, какая это головная боль – кара небесная? От нее же и в аду не спрячешься. А вот если ты с девушкой этой контракт заключишь – все как по маслу пройдет. В лучшем виде тебя извлеку.
Кукла раздраженно прорычала на выдохе. После паузы спросила, явно обращаясь к Рай:
– Ну что? Готова заключить со мной контракт?
Рай поморгала озадаченно.
– Контракт? А что это значит?
– Это значит, что в обмен на каплю твоей крови и в благодарность за то, что выручила меня сегодня, я могу сделать для тебя то, что попросишь.
Каким бы невероятным и невозможным не казалось ей происходящее, в этот момент в груди Рай затеплилась надежда…
Этот разговор состоялся всего часа полтора назад, когда Рай пришла на прием к врачу, чтобы узнать результаты обследования. Все началось с того, что она упала в обморок на работе. Участливая хозяйка кафе, где работала Рай, вызвала скорую. Слабость, головокружения, головные боли и тошнота, а потом еще и обморок – этих симптомов оказалось достаточно, чтобы врачи назначили ей обследование.
– И сколько мне осталось жить?
Рай только что узнала, что у нее неоперабельная опухоль головного мозга. Она смотрела на доктора с учтивой улыбкой в ожидании ответа, а сама никак не могла поверить в происходящее. Внутренний голос говорил ей: такого не может быть, здесь какая-то ошибка! Да, она в последнее время себя неважно чувствовала, но не настолько же! Ей казалось – причина в том, что она плохо питается и устает на работе, однако результаты обследования утверждали совсем другое.
  
Доктор вздохнул, изображая сочувствие, хотя Рай догадывалась, что это он, скорее, от усталости. С одной стороны, для врача его профиля обреченные пациенты – рутина. А с другой… Ну что ж он, не человек, что ли? Конечно, ему не чуждо сострадание, просто этого сострадания на всех не хватит, понятное дело.