Мой парень – демон
Рай издала нервный смешок. Вовсе не потому, что представшее глазам зрелище ее повеселило. На секунду она вообразила, что с ней сталось бы, попади она все-таки в руки тех амбалов… Перед глазами поплыло от дурноты. Рай едва справилась с собой, чтобы не рухнуть в обморок. Второй раз за день было бы многовато.
Удивительно, что никто из соседей до сих пор не вызвал полицию, подумала она. Каждый шаг Рай сопровождал хруст штукатурки под ногами. Страшные же дела творятся. Может быть, жильцов первого этажа сейчас нет дома? Дмитрия ей, однако, стало жаль. Ставить новую дверь… А куда ее ставить, тут же и часть стены вместе с дверью кусками вырвана?
Только она об этом подумала, как демон, выйдя из квартиры следом за ней, сделал жест рукой, будто отмахивался от кого-то. У Рай глаза едва не вылезли из орбит, когда дверь поднялась над полом вместе с кусками стены и… идеально стала на место. Это выглядело так, будто невидимый киномеханик взял и отмотал назад тот момент, когда амбалы ворвались в квартиру.
– Ого, – тихо восхитилась Рай. – Демоны и так умеют!
– Демоны многое умеют, – сказал Андрас, посмотрев на нее: – Когда определишься с желаниями, позовешь меня вслух по имени – приду.
С этими словами он двинулся вниз по лестнице, но, пройдя всего три ступеньки… исчез.
– Ага, – ошеломленно произнесла вслух Рай. – И вот так тоже умеют. Раз – и исчез. Очень удобно. И я бы не отказалась.
Она посмотрела под ноги. Убедилась, что на полу не осталось даже крошечного кусочка штукатурки. Демон как будто и впрямь повернул время вспять. Но сделал он это только для двери в квартиру заклинателя. Потому что для всего остального вокруг – и для Рай в том числе, – время спокойно продолжало свой ход.
«Демон, значит, – подумала Рай, спускаясь по лестнице; остановилась на той ступеньке, где исчез Андрас, и улыбнулась: – И все-таки… похоже, что впервые в жизни мне повезло».
Глава четвертая, В КОТОРОЙ РАЙ ЗАГАДЫВАЕТ ПЕРВОЕ ЖЕЛАНИЕ
Кодекс неудачницы: если внезапно тебе в чем-то повезло, жди – скоро невезение свалится на тебя в двойном размере.
Так и случилось. Когда Рай вернулась домой, в прихожей ее ждали две дорожные сумки и двоюродная сестра, которая, положив правую руку на бедро, дула на растопыренные пальцы левой – сушила свеженанесенный лак.
– Ну, и чего ты такое удивленное лицо сделала? – с легким раздражением спросила Лидка. – Мы же договаривались: как получишь первую зарплату, найдешь себе жилье. Ты уже месяц работаешь, тебе должны были заплатить. Ты же помнишь, что мне к экзаменам в институт надо готовиться?
Как и Рай, Лидка в этом году окончила школу и планировала поступать в вуз. Несмотря на то, что они были одногодками, Лидка выглядела старше Рай: большая грудь, широкие бедра, глаза голубые раскосые, нос вздернутый, губы капризно надуты, на голове мелирование, на руках и ногах обязательные маникюр с педикюром.
Рай ей была не чета: маленькая грудь, худые бедра, нос обычный, губы средние, глаза цвета невразумительного – желто-зелено-карие, волосы свои – рыжеватые, средней длины, с незатейливыми кудряшками.
– Так как ты живешь в моей комнате, – продолжала Лидка, – твое присутствие меня будет постоянно отвлекать – я так не подготовлюсь нормально и экзамены провалю. Правда, мама?
Проходящая мимо нее полноватая женщина с прореженными сединой и коротко подстриженными волосами остановилась. Она шла из кухни, и в руках у нее был поднос со свежеиспеченными булочками. Рай уловила сладкий запах сдобы, и у нее свело желудок – целый день ничего не ела. Утром побежала на работу не позавтракав, потом, отпросившись у своей работодательницы, вместо обеда спешила в больницу… после этого вообще в приключение попала. Она представила, как ее тетка и сестра сейчас сядут перед телевизором и будут лопать булочки. Без нее. Ведь ее, похоже, прямо сейчас выставляют из дома.
Тетка вздохнула, то ли виновато, то ли утомленно.
– Ну ничего не поделаешь, Раечка, – невыразительным голосом сказала она. – Ты сама решила, что в институт поступать не будешь, а сразу пойдешь работать. А Лидочке надо высшее образование получить. Сейчас без высшего образования устроиться в жизни сложно.
Рай поджала губы от обиды. Тетка прекрасно знала, что Рай отказалась от института только потому, что у нее нет родителей, и ее некому кормить – она должна сама зарабатывать себе на жизнь. Ведь денежное пособие на племянницу-сироту тетке платили ровно до восемнадцатилетия Рай. В отличие от двоюродной сестры, она просто не могла себе позволить учиться дальше. А теперь ее еще и на улицу выгоняют.
Квартира у тетки была двухкомнатная: в одной комнате жила она сама, в другой – дочь и племянница. Однако если подумать: как Рай помешает Лидке готовиться к вступительным, если утром уходит на работу и возвращается вечером? Целый день комната в Лидкином распоряжении, готовься – не хочу.
И вообще… что значит «Мы договаривались»?
Рай помнила разговор с теткой о том, что, когда Лида станет студенткой, ей нужно будет больше свободного пространства, поэтому Рай нужно потихоньку готовиться к тому, чтобы жить самостоятельно. Потихоньку – то есть в неопределенном будущем, как думала на тот момент Рай, решив с каждой зарплаты откладывать на это деньги. Но вот так…
Еще и двух месяцев не прошло, как она закончила школу, меньше месяца работает. Какое жилье она может найти на свою крохотную первую зарплату, которую, к тому же, ей еще не выплатили?
– У меня зарплата маленькая пока, – произнесла вслух Рай. – На такую зарплату ведь жилье снять невозможно.
– Не волнуйся, – заявила Лидка; она поменяла руки местами, и теперь дула на растопыренные пальцы правой. – Мама тебе подходящее жилье уже нашла. Правда, мама? Совсем дешево, твоей зарплаты хватит. Мам, дай Райке адрес.
«На жилье зарплаты хватит, а вместо еды я воздухом питаться буду, да?» – мысленно ответила ей Рай, глядя на сестру с упреком.
Лидку ее упрекающий взгляд не тронул, но посыл она, видимо, уловила, потому что сказала:
– Найди работу получше, где платить больше будут. Какие проблемы?
Рай через силу проглотила слова, которые хотелось сказать сестре, только подумала:
«Спасибо за ценный совет. Что бы я без тебя делала?»
– Держи, Раечка. – Тетка протягивала ей сложенный вдвое листок, вырванный из блокнота. – Я нашла эту женщину через знакомых. Она комнату сдает. Это ее адрес.
Рай развернула бумажку. Название улицы ей ни о чем не говорило.
«Понятия не имею, где это», – подумала она.
– А мне прямо сейчас переезжать нужно? Может, утром хотя бы? – все еще надеясь на лучшее, спросила Рай; не могут же ее единственные родственники с ней так поступить? В конце концов, вечер скоро, она голодная, устала, узнала, что неизлечимо больна, встретила демона…
Интересно, если она сейчас им скажет про свой диагноз, как они отреагируют? Нормальный человек ведь в такой ситуации посочувствует и, по крайней мере, из дома выставлять не станет, верно?
– Мне сегодня врач сказал, что мне осталось жить два месяца, – нетвердо произнесла Рай.
Если у нее и были надежды на сочувствие, то испарились мгновенно. Лидка театрально закатила глаза и очень громко выдохнула:
– Ничего другого придумать не могла? Бо-о-оже! Я так и знала, мама, что эта бедная сиротка начнет давить на жалость. Твои родители оставили тебя на мою мать, и она тебя растила все эти годы одна. И ты прекрасно знаешь, что о маме некому будет позаботиться, кроме меня, поэтому мне нужно высшее образование. В конце концов, тебя не на улицу выгоняют, даже договорились насчет жилья. Как можно быть такой неблагодарной?
Рай под напором сестры стушевалась. Правда была в том, что ее тетка действительно растила их обеих, и свою дочь, и племянницу, одна. Муж от нее ушел давно – к другой женщине, а второй раз замуж она так и не вышла.
Глянув на вечно уставшее лицо тетки, Рай вздохнула.
– Ладно, я пойду. Спасибо за адрес.