Что вы скрываете, Хандзо-сан?!

– Уже подумал, – ответил я. – Согласен.
Деньги я зарабатывать умел. И работал стажёром отнюдь не из-за мизерной зарплаты. Если захочу, то в состоянии Перехода смогу заработать на машину за день. Другой вопрос, что это будет слишком палевно даже на том же рынке ценных бумаг.
Звезда клуба удивлённо взглянул на меня. Затем вышел перед толпой.
– Итак! Ставки! Камияма Мичи ставит свою тачку…
  
– И девушку! – закричал Мичи, скалясь в сторону Хотару.
Видимо, парень совсем ослеп от ревности.
– Пошёл ты, сволочь! – прошипела она.
Между тем Ясуда Акихиро продолжал:
– Хандзо Кано ставит в ответ сумму, равную стоимости автомобиля, на котором он будет гонять. Двадцать шесть миллионов йен!
Ох, ладно… Это не один день спекуляций акциями на бирже.
Толпа поддержала его слова радостными криками.
– Ну что, на старт! – крикнул он и кивнул помощнику, который доставил «Ниссан» на площадь. Тот кинул мне ключи, которые я поймал на лету.
Сперва я открыл капот и бегло проверил машину на неисправности. Потом запрыгнул в салон. Кожаное кресло приветливо скрипнуло. Руль и тормоза тоже были в порядке. Можно начинать! Воткнул ключ в замок зажигания и мягко провернул.
– Врррумм, – отозвалось под капотом.
Красавчик, что сказать!
А затем в приоткрытое окно я услышал мощное рычание «Порше», который припарковался справа от меня. Стекло со стороны водителя опустилось.
На меня насмешливо смотрел Мичи:
– Ну что, пацан, наказание придёт уже очень скоро. И деньги тебе собирать придётся быстро, я ждать не собираюсь.
– Ты сначала выиграй, – резко ответил я ему.
Перед нами вышла походкой кошки красотка в белой футболке и короткой клетчатой юбке. Встала по центру, подняла руки, которые сжимали красные флажки. И…
Я поиграл газом, чувствуя, как на это реагирует двигатель. Левая рука привычно легла на рукоять коробки передач. Правая сжала руль, концентрируясь на трассе. Из-за повторного выплеска кортизола затуманился взгляд, но затем вновь прояснился.
Мой мозг заработал на полную катушку.
Понятно, что участники клуба, как могли сейчас расчищали трассу, давая нам возможность на манёвры. В голове воспроизвёл трассу, которая была похожа на змею. В одном месте она поднималась на эстакаду, в другом ныряла под железку. К тому же я понял, где можно срезать маршрут.
Раз нет правил, значит, этим можно здорово воспользоваться!
Вот наконец девушка немного напряглась, улыбнулась и опустила флажки, приседая на корточки. Одновременно за ней по бокам пыхнули две дымовые шашки, и красный дым заклубился на площадке. На которой нас уже не было. Это было видно в зеркале заднего вида.
Мичи знатно рванул вперёд, и нос его «железного коня» сразу оказался на полкорпуса впереди. К этому я был готов. Резко выжал сцепление, молниеносным движением переключил передачу, затем прибавил газу.
Надо отдать должное – трасса довольно чистая, и лишь редкий транспорт заранее прижимается к обочине, лишь услышав рёв наших тачек.
Темнело на глазах, и мимо уже замелькали горящие неоном витрины магазинов, супермаркетов, окна домов. Всё это слилось в единую гамму, но я даже успевал выхватить некоторые здания, и прохожих, машущих нам вслед.
Вот Мичи издевательски посигналил и прибавил газу. Он постепенно удалялся, а я увидел нужный мне поворот. Сбавил скорость до ста километров в час, вывернул руль, выжал сцепление и дёрнул ручной тормоз, тут же отпуская. «Ниссан» дёрнуло, его колёса завизжали резиной в дрифте. Выкручивая руль и контролируя обороты двигателя педалью газа, я довольно улыбнулся.
Крутые ощущения! Будто само время замерло, а ты слился с тачкой в единый организм. Теперь ты, а не она, скользишь по асфальту и стремишься вперёд, к победной красной ленте.
Идеально вошёл в крутой поворот, пролетев мимо велосипедиста, который не знал, куда себя деть, наезжая на бордюр.
Здесь было пооживлённей, но без заторов. Пару раз умудрился пролететь на жёлтый сигнал светофора. А затем вырулил на главную трассу, оказавшись на корпус впереди Мичи. И заметил через стекло, как торжествующая улыбка слетела с его лица.
Конечно, он прибавил газу, а я нырнул в следующий поворот, срезая ещё один участок трассы.
Ситуация повторилась, и теперь Мичи решил втопить по полной! Но я лишь на это усмехнулся.
Третий поворот был у моста. И лишь кусочек трассы на Радужном мосту и после него, чуть меньше километра до финиша.
Третий срез я проехал идеально и быстро, чуть не вписавшись в небольшой белый фургон. Рука машинально переключала передачи, ноги чётко нажимали на педали в нужное время, а мой Скайлайн летел вперёд, словно дикий мустанг по прерии.
Вылетев на трассу, я понял, что Мичи оказался позади. Он сориентировался довольно быстро. Позади будто заревел раненый носорог. Он выжимал из своего Порше все соки.
Я уже проехал половину моста, когда Мичи поравнялся со мной. Он внезапно вильнул в мою сторону. Но разве меня этим испугаешь? Я ответил ему тем же, подгадав момент, когда мы поравняемся с едущим по трассе серебристым седаном. Крутанул руль и Порше шарахнулся от меня, чуть не вписавшись в седан.
Я же, замечая впереди красную ленту, вдавил педаль газа в пол и буквально вылетел с моста, цепляясь защитой за небольшую неровность на дороге.
Да, Мичи почти догнал меня. Но именно почти!
Ленту я пересёк первым.
А затем плавно начал гасить скорость. Только припарковался к обочине, мимо пролетел Мичи и затем засвистел резиной.
Я не выдержал и громко рассмеялся. Настолько сладкой была победа, что я дал возможность выплеснуться своим эмоциям наружу.
– А-а-а-а! – закричал я в потолок салона, чувствуя, как способность тает, чтобы полностью раствориться вместе с распадающимся в крови гормоном стресса.
Я повернул к людям, стоящим у ленточек. Там уже были Ясуда Акихиро, Минэси Нибори, Накатоми Хотару и толпа зевак, которые приехали вслед за нами.
Порше с горящими габаритами замер посреди трассы. Затем медленно и не спеша начал поворачивать в сторону ленты.
Когда я вышел из салона, ко мне подскочил какой-то парень.
– А можно автограф? – он смотрел восхищённо в лицо и протягивал флаер клуба.
– Я не член клуба, извините, – обошёл я его, и меня встретил удивлённый Ясуда Акихиро.
– Кано, я очень впечатлён, – сказал он. – Где ты так научился ездить?
– В автошколе, – ответил я.
– Ах-ха-ха, – засмеялся звезда клуба. – Отличная шутка. Не хочешь, не говори. О, а вот и наш проигравший.
Мичи вышел из машины, резко хлопнув дверью. Затем быстрым шагом направился к нам.
– Эй, Мичи, остынь, – выставил руки в успокаивающем жесте Ясуда Акихиро. – Ты проиграл, так что отдавай ключи.
– Этот сученыш сжульничал! – закричал, разбрызгивая слюной, Мичи. – Он подрезал меня!
– Как и ты меня, – усмехнулся я в ответ.
– Он ещё и улыбается! Ах ты! – полез на меня Мичи, но Ясуда взял его за грудки и хорошенько встряхнул.
– Очнись! Слышишь?! Ты проиграл в честной гонке. Ты принял эти правила. Ключи! – протянул руку Ясуда Акихиро.
Мичи кинул их на асфальт и злобно плюнул вслед.
– Документы, Мичи, и как будешь передавать? – спросил у него Ясуда.
Мичи стоило больших трудов успокоиться. Он закурил трясущимися руками, сделал глубокую затяжку и выпустил дым через ноздри.
– Всё в бардачке. Доверенность сейчас выпишу, – выдавил он. – Пусть скажет свой адрес. Дарственную завтра привезёт мой нотариус.
На капоте своего бывшего Порше Мичи написал расписку, подписал её. Затем я передал ему написанный на листке блокнота адрес и телефон. Он выхватил его, мрачно взглянув на меня, и затем, не прощаясь, зашагал по дороге прочь.
– Он тебе не простит этого, – тихо ответил мне Ясуда Акихиро.
– Я знаю. Но мне как-то всё равно, – ответил я ему.
– Кстати, Кано, спасибо за совет. Этого события фанаты уж точно не забудут. И вот, держи, твои деньги после ставок. Ты богач, – Ясуда передал мне две тугие пачки крупных купюр.