На краю долины аксакалов (СИ)

— Вон там. — Клык указал пальцем на горизонт, и я напрягла зрение. И правда, рынок идёт. Мы тут же рванули с места к нему навстречу.
Руки тряслись от усталости: не так-то просто висеть на стене, где единственное твоё спасение — крюк.
Мы приближались очень быстро. Уже через каких-то несколько минут послышались грузные шаги огромного существа, а землю под ними неумолимо трясло, словно это было прерывистое землетрясение.
Вот он, величественный красавец! На нас двигался огромный зверь, размеры которого было просто не вычислить даже Дойону. Его длинная шея вытягивалась высоко к небу. При всём желании разглядеть глаза этого чуда никто бы не смог — разумеется, кроме того мага, что смог приручить такого огромного падшего. На спине этого существа и расположился чёрный рынок. С нашего ракурса разглядеть всё совершенство и размеры рынка было почти невозможно. Виднелись только крыши зданий и разных архитектурных строений.
Даже будучи незаконным, рынок вызывал у меня внутри только бешеный трепет — что в первый раз, что сейчас. Поистине завораживает такое зрелище. Иногда даже удивляюсь тому, как падший умудряется тащить на себе такой груз.
Когда зверь проходил мимо, мы с Клыком зацепились за свисающие лестницы, сделанные из верёвок. Подниматься пришлось долго. На такую высоту можно было бы и организовать подъёмные механизмы. Не думаю, что у рынка не хватает на это золота. И всё же спустя, наверное, лет сто мы поднялись.
На несколько секунд я растерялась. Разные звуки, как монолитный хор, начали вливаться в мои уши. Продавцы громко кричали с разных сторон, активно рекламируя свои товары. Другие же, наоборот, молчали, зная своих покупателей в лицо.
Людей было до одури много. Они пересекались, толкали друг друга, бормоча себе под нос едкие ругательства. Жизнь на рынке кипела, несмотря на то, что была глубокая ночь. Насколько я помню, народа здесь всегда было так много. Богатые палатки и шатры располагались на каждом шагу, покоряя всех своими размерами — такими, что шея затекала, если долго смотреть на их верхушки.
— Девушка, купите зыбучие шелка из редкой шерсти сыгуля.
— Эсса, не проходите мимо! У меня отборные лапки лилипутов. — Продавец провёл рукой в воздухе, и словно из ниоткуда появились разные товары, парящие в воздухе.
— Красавица, взгляните и на мой ассортимент. — За спиной сгорбленного старика стояли люди, на чьих руках красовались кандалы. А вместо одежды — изорванная ткань. Сердце сжалось. А Клык, словно поняв моё состояние, отдёрнул от торговца.
На рынке мы не в первый раз, и я даже могу похвастаться, что знаю большую часть здешних районов. Но всё равно сердце болит, как в первый раз, когда я вижу людей в рабстве. Вот для чего существует наше братство! Мы боремся за справедливость, которую так нещадно отняли у нас маги и драконы.
Гномы не спеша продавали товары почти повсеместно. Насколько я знаю, весь чёрный рынок принадлежит их расе. Немудрено: ведь они искусно приручают падших, как никто другой. Были тут и эльфы, продающие зелья, по всей видимости, запрещённые на территории магов.
Но вот что удивило меня всерьёз, так это то, что даже великаны наблюдались среди толпы. Отшельники или как их чаще называют: дикари. Они пренебрегают всеми удобствами и живут, в частности, племенами. На законы и правила они, конечно, чихать хотели. У них свои правила жизни. Никогда не понимала, за что прозвали их так громко великанами. Да, они были крупнее и выше среднестатистического человека, да ещё и цвет кожи такой необычный: голубой, но не до такой же степени, чтобы прям пугать ими детишек.
— Нам туда.
Как это и было принято, Клык просто взял меня за предплечье и потянул за собой — так крепко, что мне стало больно. Но я промолчала. Знаю, что он просто боится потерять меня в толпе. Иногда мне кажется, что Брам живёт ради нашего братства, ради людей. Никогда он не ставил своё благополучие выше других. Раньше меня доводило до бешенства, до огня в зрачках, а бывало, что и до слёз, его самовольство и желание править. Только со временем поняла, какой Клык на самом деле. Пусть он и резок, но порядочен до глубины души.
 
— Прекрати пялиться на меня своими зелёными глазищами! — Я тряхнула головой и недоверчиво обвела взглядом Клыка. Брам шёл спереди меня, видеть, что я, как он выразился, пялюсь на него, он явно не мог. Наверняка выпалил наугад. Слишком уж хорошо меня знает.
— Не льсти себе. — невозмутимо отвела взгляд.
Я не могла видеть лицо наставника, но точно была уверена, что оно было тронуто лёгкой улыбкой. Мы пробирались сквозь толпу. Это казалось почти невозможным. Люди, как сумасшедшие, шли напролом, не желая уступать друг другу. Только ноги мне оттоптали. А вот Клык был спокоен, даже слишком, учитывая то, что большую часть удара принимал на себя именно он. Брам старался удерживать меня за своей спиной.
Цитадели на этот рынок не хватает! Сразу бы восторжествовал порядок. Ну, или, в худшем случае, расформировали бы наш единственный источник оружия и снаряжения. Даже от таких мыслей стало дурно.
— Будь начеку, Хелли. — почти шёпотом произнёс Клык. — Сейчас мы зайдём не в самый безопасный райончик рынка. Лучше, если ты вовсе будешь держать язык за зубами.
— Я всегда держу язык за зубами! — с гордостью фыркнула я. Тут же меня окатили недоверчивым взглядом, слегка наклонив голову набок. — Ну, может, не всегда… — добавила я уже в смятении.
— Ты хотела сказать, что совсем не умеешь молчать? — В голосе Клыка, как мне показалось, послышалась усмешка.
— Ти хотеля скязять… бла-бла- бла… — передразнила я Клыка, закатывая глаза, а большой и указательный пальцы руки шевелила так, словно бы это рот. Наставник нахмурился, а затем, резко остановившись, дал мне щелбана. — Ай, больно вообще-то!
— Ой, что правда больно маленькой девочке? — с широкой улыбкой подразнил меня Клык. — Окстись, дурында, ты наёмница, если не забыла.
На секунду я потеряла дар речи, но почти сразу после этого залилась звонким смехом. Такая весёлость была совершенно не свойственна обычно сдержанному Клыку.
Мой смех разнёсся по опустевшим проулкам рынка. Ещё недавно улицы были заполнены толпами людей, а в этой части рынка явно гостей не любили. Казалось, что сюда ходят совсем отчаянные, но было всё не так уж и плохо. Маги забредали сюда, просто не в таком же количестве.
— Ты уверен, что нам сюда? — с крупицей надежды промурлыкала я. Клык молча кивнул, а по моей спине пробежал холодок. Я машинально покрепче вцепилась в руку Клыка. Ну, уж нет. Мне точно не хотелось бы быть проданной в рабство или, того хуже, лишиться возможности вести археологические поиски.
Мы несколько раз повернули за угол. С каждым нашим шагом обстановка становилась мрачнее. Или это просто моё бурное воображение играло со мной злую шутку? Я разглядывала всё вокруг так, как если бы попала в хранилище исторических вещей. С таким же ярым интересом сейчас я смотрела на палатки, испачканные грязью. Один раз мимо нас даже пробежала крыса, держа в пасти что-то или кого-то. Почему-то мне показалось, что это была фея. Не позавидую я ей! Воняло плесенью и гнилью. Такая обстановка отталкивала и пугала. Позади из-за угла кто-то быстро выбежал и так же быстро метнулся в другой проулок. Я не успела разглядеть кто это был. Увидела лишь длинный хвост, покрытый зелёной чешуёй.
— Не обращай внимания, — обратился ко мне Клык, отвлекая от обстановки. — Это бродяги. Любят наблюдать, но безвредны, пока ты не начнёшь контактировать с ними. В таком случае они будут шутить над тобой и строить козни.
— Они нелюди?
— Заблудшие духи, погибшие в скитаниях. Нет дома, нет любящих людей. Выглядят, как обычные люди, но только со змеиным хвостом.
— Бр-р! Ну, и жуть!
За очередным поворотом Клык остановился у чёрной палатки. В отличие от остальных выглядела она более или менее ухоженной. Казалось, что и грязи будто бы вокруг было меньше.
— Сначала я зайду один: ведьма не любит незваных гостей. Лучше мне поговорить с ней наедине, — ошарашил меня Клык своим заявлением.