Они должны умереть. Такова любовь. Нерешительный

— Ну желаю вам успеха, — сказал Роджер и открыл перед ними дверь.
— Что касается вас лично, — начал Хейвз, — можете забыть об этом деле. Поезжайте домой или оставайтесь здесь — это как желаете. Мы вас больше не будем беспокоить.
— Ну, спасибо, — поблагодарил Роджер.
— Спасибо и извините, что отняли у вас время, сэр, — сказал Хейвз.
— Спасибо вам, — поблагодарил Уиллис.
Оба вышли. Роджер закрыл за ними дверь. Он подождал, пока их шаги затихнут и затем запер дверь.
Шарф Молли лежал в нижнем ящике комода.
 ГЛАВА X 
Они вошли в комнату вскоре после полуночи, тйхо поднявшись по лестнице на третий этаж, пройдя мимо двери Фука и молча остановившись перед дверью Роджера, пока он искал ключ и отпирал дверь. Они вошли в комнату, не зажигая света. Он закрыл за собой дверь, и в комнате стало совершенно темно. Несколько секунд они стояли в темноте, пока он нашаривал выключатель у двери. Когда он включил свет, Молли удивилась, что он не пытался поцеловать ее в темноте.
— Прямо-таки очень славно, — сказала она, оглядывая комнату. — Очень славно.
— Спасибо, — поблагодарил он. Они оба говорили шепотом. Никто не видел, как они вошли в дом, и никто не знал, что она была с ним в его комнате, тем не менее они шептались, как будто весь дом знал, что они здесь одни, и каждый жилец подслушивал их.
— Она совсем не маленькая, — сказала Молли.
— Нет, нормальная. Для одного человека очень хорошо.
— Нормально, — согласилась Молли. Она сняла пальто и шарфик и положила их на подлокотник кресла. — Что же, — начала она, — в самом деле, славно. Может быть, я и перееду. Как вы думаете, есть тут свободные комнаты?
— Э-э, не знаю, — сказал Роджер. — Но вообще-то эта, комната будет завтра свободной. Ведь я завтра поеду домой, в Кэри.
— Ах, да-да, — воскликнула она, — я чуть не забыла.
— Да, — сказал Роджер, кивнув.
Она села на кровать.
— Жаль, что вы так скоро едете домой, — произнесла она.
— Да знаете, у меня просто нет причин оставаться здесь доЛЬше. Мама меня там ждет, и вот приходится…
— Ну да, — промолвила Молли. — Очень удобная кровать. ,
— Да, кровать неплохая, — сказал Роджер.
— Мне кажется, очень удобная. Я не выношу плохих матрасов, а вы?
— Тоже.
— Или уж чрезмерно мягких.
— Этот, в самом деле, хороший, — сказал Роджер. — На нем хорошо выспишься.
Молли внезапно откинулась, подобрала ноги на кровать и, подняв руки над головой, потянулась.
— М-мм, — пробормотала она. — В самом деле, как хорошо. — Она улыбнулась Роджеру. — Как бы мне тут не заснуть у вас.
— Ну что ж, — сказал Роджер и улыбнулся.
— Знаете, что меня особенно мучает в поисках работы? — спросила она.
— Нет. А что же? .
— Ноги. Это прямо моя смерть. Ничего, если я сниму туфли?
— Ничего, пожалуйста.
— Мне уже пора идти, — сказала она, сев на кровати и скрестив ноги, сняла сначала одну лодочку на высоком каблуке, потом вторую, — но пока я здесь, я уж воспользуюсь такой возможностью, ладно?
— Конечно, — согласился Роджер.
— Ох-х-х, — вздохнула она, шевеля пальцами, — ох-х, как хорошо-то стало. — Она закинула руки за голову и смотрела на него снизу вверх. — А вы что же не снимаете пальто? — спросила она.
— Как? A-а, да… Я думал…
— У меня еще несколько минуток, — сказала она. — Куда нам торопиться, бежать куда-то. Конечно, если вы сами не торопитесь.
— Нет-нет, — проговорил Роджер.
— К тому же, мне так хорошо, когда я сняла туфли, — сказала она и улыбнулась.
— Устраивайтесь поудобнее, — предложил он. Он снял пальто и понес его в стенной шкаф. — Извините, мне бы хотелось угостить вас, но у меня тут ничего нет.
— Совсем не надо, — ответила она. — Я ведь не пью, в общем-то.
Он повесил свое пальто на плечики, потом взял ее пальто с кресла и повесил на те же плечики поверх своего. Накинул ее шарфик сверху на плечики и убрал все в стенной шкаф. .
— Если бы винные магазины были открыты еще, я бы сходил за бутылочкой. Но, наверное…
— Да нет, ничего не надо. Надеюсь, у вас не осталось впечатления, что я пью вовсю?
 
— Нет, у меня нет такого впечатления.
— Потому что я, как правило, не пью. Или уж только если в компании. А сегодня было так тоскливо. Весь день ходить по городу и так и ничего не выходить. Знали бы вы, как это ужасно.
— Я могу представить, — сказал Роджер.
— Ох, как хорошо наконец снять туфли, — снова произнесла она и откинулась на кровати, опершись о локоть, чтобы видеть его. Она улыбнулась. — Тут только эта лампочка? — спросила она.
— Что?
— Лампочка только эта? Свет резкий.
— Еще на комоде есть лампочка, — сказал Роджер. — Может быть, вам будет приятнее, если я…
— Да, пожалуйста. Когда я так лежу, она мне прямо в глаза светит.
— Сейчас включу другую, — сказал Роджер и подошел к комоду. Он включил маленькую лампу и выключил верхний свет. — Ну как?
— Лучше, — ответила она. — Конечно, лучше.
Она закрыла глаза. Наступило молчание.
— М-м-м, — пробормотала она. Она потянулась на кровати, откинулась и сказала — В самом деле, как бы мне тут не уснуть… .
— Да еще не поздно, — сказал Роджер.
— Ночь только начинается, так? — сказала она и хихикнула. — А смешно будет, если утром сюда войдет ваша хозяйка и увидит незнакомую девушку у вас в постели, правда?
— Нет, она никогда сюда не ходит, — сказал Роджер. — Вас тут никто не потревожит.
— Хотите намекнуть, что тут раньше бывали незнакомые девушки?
— Нет, я не имел в виду этого, — оправдывался Роджер.
Девушка захихикала.
— Я знаю. Я просто дразню. — Она открыла глаза и пристально посмотрела на него. — Я — дразнящая.
Роджер ничего не сказал.
— Конечно, не в том смысле, — уточнила Молли. Она замолчала. — Вы знаете, что я имею в виду?
— Не совсем уверен.
Она коротко улыбнулась и внезапно села на кровати, спустила ноги на пол и сказала:
— Я вам все покрывало помяла. Вашей хозяйке это не понравится. То есть, может быть, она и не против, чтобы вы привели девушку к себе, но уж мятое покрывало или губная помада на подушке ей не понравятся.
' — Да У меня никогда не бывало губной помады на подушке, — сказал Роджер и улыбнулся.
— Нет? Ну и мы позаботимся, чтобы этого не было'.— Она в одних чулках подошла к комоду, открыла свою сумочку, достала бумажную салфетку и наклонилась к зеркалу. Она быстро стерла помаду с губ и, скомкав бумажку, спрятала ее обратно в сумочку. — Вот и все, — произнесла она и улыбнулась. Ему начинало уже не нравиться, что она так уютно устраивается в его комнате, ходит по ней, как хозяйка. Он смотрел, как она подошла к постели, откинула покрывало и взбила подушки. — Ну, вот, — сказала она снова и села на край кровати.
Она улыбнулась ему.
— Ну, вот так, — проговорила она.
В комнате опять наступило молчание. Она в упор посмотрела на него.
— Вы хотите ухаживать за мной? — спросила она.
— Я вас сюда привел не для этого, — быстро ответил он.
На ее лице еще была улыбка, но она стала какой-то вымученной. Может быть, его слова смутили ее или обидели? Он не хотел этого, совсем не хотел оскорбить ее. Но в то же время ему совсем не хотелось вступать с ней в интимные отношения прямо вот так, да еще с такой некрасивой девушкой.
— Я хочу сказать, что привел вас сюда не с тем, чтобы воспользоваться случаем… — произнес он галантно. — Я просто хотел показать вам комнату, потому что вы сказали, что вы, может быть…
— Я знаю.
— …может быть, переедете сюда, если комната не маленькая.
— Она не маленькая, — возразила она.
— Но, поверьте мне, я не рассчитывал, что…
— И кровать здесь очень удобная, — сказала она.
— …воспользуюсь этим случаем, если вы об этом подумали.
— Нет, я этого не думала.
— Хорошо. Потому что…
— Я не думала, что вы воспользуетесь как предлогом.