Кодекс Охотника. Книга VIII (СИ)

Ну, а нападение на нас было продиктовано, кроме банальной жадности, еще и опасением, что такой «сладкий» Разлом станет достоянием общественности, и их монополия на милых пушистых зверьков на этом закончится. Чего в этом было больше — жадности или опасения, опять же мог сказать только их мёртвый предводитель.
— Ну, тупы-ы-ые... — протянул Волк, покачав головой.
— Согласен, — сказал я.
— Ещё с них что-то нужно?
— Да вроде всё узнал, — пожал плечами я, посмотрел внимательно на них и переспросил: — Ведь всё?
— Да-да, всё! — всячески уверили меня они.
— В расход? — невозмутимо предложил Волк. С таким видом примерно он спрашивал меня — буду я бургер или хот-дог на заправке.
Я покачал головой.
— Ну ты и кровожадный! Они какие-никакие, но Исты.
Шестёрка пленных имела белые и красные кольца, что было ясно — в Разломах они не новички.
— Хотя они и оказались уродами, но здесь есть одно «НО». Правда, даже не одно, — почесал я голову. — Во-первых, они подчинялись приказу. А во-вторых, каждый Истребитель слишком важен для Империи. Вот только в этом я не уверен, — ткнул я пальцем в первого — особо скандального.
— Приказам! Я подчинялся, исключительно, приказам!!! — истошно заверещал слишком умный Истребитель, с которого в сразу слетел весь гонор.
— Может его всё-таки пристрелить?
— Не надо меня стрелять!
— Ладно, не надо его стрелять.
— А оружие мы можем экспроприировать? — уточнил Волк.
— Ну, с убитых — да. А с живых, насколько я помню законы Центра — нет.
— Так может быть... всё-таки того? — «хомяк» внутри Волка подал свой голос.
— Нет, — засмеялся я, посмотрев на побледневших вольных. — Пусть живут. А я предлагаю перекусить, пока мы дождемся наших. К тому же мне переодеться не помешало бы, — показал я на свой прожженный и порванный костюм.
— Может, всё-таки бронежилет, командир? — попытался ещё раз Волк.
— Толку от него ноль, а весит он больше спортивной кофты, — покачал головой я. — Как ты думаешь, если огненный шар пробил мой доспех, пробил бы он твой бронежилет?
Волк смутился. Но ему простительно. Он ведь не «человек Разломов». Он создан для боя в реальной жизни, и все навыки его заточены под это.
Я, кстати, заметил, что моя команда разломщиков подобралась не из самых сильных, но из самых молодых ветеранов спецназа — ребят, поголовно, плюс-минус, тридцатилетнего-сорокалетнего возраста. Видимо, мозги у них еще работали по-другому.
Ещё я заметил — если отставному боевику было за сорок, то шанс, что он захочет идти в Разлом — стремился к нулю. Не зря Истов во всём мире начинали тренировать с восемнадцати лет. Там быстро отсеивались те, кто не способен, или те, кто не хочет. Разница в битве внутри и снаружи Разлома — просто колоссальная.
Примерно через полтора часа мы услышали стрекот вертолетных винтов. Ребята, забрав по пути Одина, приземлились поодаль.
Первым из вертолёта выскочил старший сержант Затупок, и тут же огляделся в поисках, что ему можно обоссать.
За ним выгрузился возмужавший Голем, который достиг уже двух с половиной метров в холке. Переговорив с его «батей», я попросил придержать его дальнейший рост. Патриарх согласился, и сказал мне что-то насчёт того, что теперь он будет набирать не массу, а ум. Я не совсем понял — как это, но результат был на лицо. Капрал Дегенерат, наконец-то, стал бегать грудью вперёд. При этом потерялась часть его обаяния, но он уже был не так безнадежен. Я даже задумался о смене имени, как Дегенерат сожрал часть фундамента усадьбы, чтобы прокачаться и я резко передумал, глядя на просевшее крыльцо.
Следом степенно спрыгнула Карамелька, и аккуратно спустился Один.
Я поздоровался с вышедшим за ними Астаховым.
— Как там, Гриша? — кивнул я на большую крысу.
— Крысюк справился, — пожал плечами Гриша. — Я оставил двух ребят около Разлома. Недостающие фуры арендованы, бригада добытчиков из Галактионовки уже выехала. Хороший боец, годный, — похвалил он Одина. Для немногословного Григория это был неимоверно длинный спич.
— Молодец, самурай, — кивнул я Крысу. — Итак, — хлопнул в ладоши, — что мы имеем?
 
А имел я помимо четырех питомцев, еще двадцать пять разломщиков. По старой военной привычке они сбились в группы по двенадцать человек. Во главе каждой из них, с моего одобрения, Григорий поставил самых талантливых.
Сам он, де-факто, являлся командиром моего разломного крыла, и по собственному выбору возглавлял любую из них. Гриша оказался настоящей находкой — сильный и спокойный, он одинаково хорошо мог преподавать как теорию и практику в тылу, так и водить ребят в Разломы.
Именно он был инициатором решения не брать готовых Истребителей со стороны, а подготавливать новых из спецуры. А было дело — я хотел костяк набрать готовых Истребителей из Центра. На это Григорий, улыбнувшись, абсолютно без сарказма сказал, что мне повезло с ним.
С другими может повезти не так — Истребители, как правило, практически, все с исключительно раздутым ЧСВ, и не приемлют авторитетов. Да к тому же, многие из них были аристо. Просто загнать их в разломную команду — не было смысла.
Хотя, надо признать, что с сослуживцами Волка нам повезло. Фактически, мы получили одних из лучших Одарённых, чья деятельность была не связана с Разломами, но при этом почти все из них имели исключительно хорошие боевые навыки.
Я вкратце описал ситуацию, невольно наблюдая за Карамелькой, у которой при слове «белка» встала дыбом шерсть, а тело начало бить мелкой дрожью в предвкушении. Как бы её удар не хватил, еще до захода внутрь Разлома.
Затупку и его братану Дегенерату было пофиг, кого ебош... гхм... уничтожать.
А Один внимательно меня слушал и, я уверен, уже строил в голове разные победоносные планы.
Белки были мелкими и быстрыми, поэтому тактика наша напоминала тактику выжженной земли. Почти все ребята, кто не владел стихийными техниками, прихватили с собой арбалеты со взрывными магическими болтами. Те же, кто такими техниками обладал, должны были залить огнём, электричеством и холодом поле боя. Ну, а лекарь Максим должен был следить за тем, чтобы никто из нас не сдох.
— Готовы? — кивнул я, после того как нарисовал примерный план местности в Разломе, и ознакомил с ним ребят.
Все кивнули, и я послал вперёд Шнырьку.
— УПС! — вырвалось у меня.
Я посмотрел на напряженные лица бойцов. Честно говоря, мне резко перехотелось туда заходить. За то время, пока я отсутствовал, гадские белки призвали подкрепление, и там сейчас находилось почти тысяча мохнатых засранцев разной степени опасности. При том я видел, что расположились они вполне грамотно — маги и стрелки поодаль, ассасины трутся возле Разлома, воины скачут с дерева на дерево в развалинах города. В общем, готовят они нам, походу, очень тёплый приём.
— Что такое? — прошептал Григорий.
— Наш план немного меняется. Старший сержант, ко мне! — рявкнул я.
Затупок удивлённо на меня посмотрел, но подошёл. Я поднял жирное тельце на руки, и поднес его морду к своей голове.
— Старший сержант, слушай мою команду. Приказываю вступить в бой, и не сдохнуть в течение двух первых минут. В случае успешного выполнения моего приказа, вас ждет повышение до... — тут я сбился, и смутившись, повернулся к бойцам. — Кто там у вас после старшего сержанта идёт?
— Старшина, командир, — хмыкнул Москаленко.
Я повернул голову.
— Во, станешь старшиной! А твой братан получит чин сержанта. В общем, бей всё, что движется. И только попробуй мне сдохнуть! Ясно?
Затупок смотрел на меня блаженным взглядом, хлопая маленькими глазками, и никак не показывая — понял он или нет. Хотя, в конце концов, высунул свой длинный язык и лизнул меня в нос.
— Ладно, будем считать, что понял, — улыбнулся я.
Широко размахнулся, и с громким криком «Бойся!!!» зашвырнул медоеда внутрь портала. За ним тут же последовал его друг Голем.
Пупсик, походу, меня понял, потому что он хапнул с меня столько энергии, что я охнул, и чуть не рухнул на землю, покачнувшись. Быстро достал сразу две желейки, и стал их рассасывать. Но зато это возымело своё действие — Затупок превратился в смертоносную мохнатую торпеду, что сеяла страх и ужас в рядах противников.