Пожар (СИ)

- Это самый простой рецепт, какой только бывает. – Улыбнулся Соло, наклонившись к ней.
Балабося сглотнула. Его губы двигались в паре сантиметров от ее губ, и ее тело официально отказывалось в такой момент поддерживать глупые разговоры о блинах. Это было просто преступление перед богами секса (если они существовали, а они несомненно существовали, потому что только боги могли создать такие манящие соблазнительные губы, как у этого мужчины).
  
- Тоже семейный рецепт?
- Конечно. – Кивнул он. – Традиции это важно. – Кирилл окинул взглядом интерьер дома, в котором проходил обед. – Как и история. И семья.
Лера поджала губы, сдерживая улыбку и пытаясь утихомирить рой бабочек, закружившихся у нее в животе.
- Отличные блины, сынок. – Втиснулась между ними бабуля. – Мои, конечно, вкуснее, но ты еще молод. Научишься. К тому же, я уверена, у тебя еще много других достоинств. - Она дернула бровями. Натурально.
- Спасибо. – Смутился Соло.
- Только давай ладом. – Прищурившись, добавила она. – Не обижай мою внучку, а то будешь иметь дело со мной. Или с дедом. – Бабушка кивнула в сторону ничего не подозревающего и уминающего блины с икрой дедушки Феди. – Он у меня лютый, чуть что, сразу за ружье хватается.
Кирилл рассмеялся, но лицо бабушки осталось невозмутимым.
- Так это не шутка? – Решил уточнить он.
Бабуля двумя пальцами показала ему жест «я за тобой наблюдаю» и отошла в сторону.
- А что значит «давай ладом»? – Прошептал Кирилл.
- Здесь часто так говорят. Обычно это означает что-то вроде «удачи», - Лера покачала головой, - но, думаю, в твоем случае это означало: «и чтобы без происшествий, а то семья не простит».
Соло рассмеялся, но у Леры на лице не дернулся ни один мускул.
- Ясно. – Кивнул он и прочистил горло.
[1] Баско – хорошо, прекрасно (разг.)
[2] Мака – ласковое обращение, часто употребляется, когда хотят пожалеть или похвалить (разг.)
  
31
 
Миша Марвин Ханна – Французский поцелуй 
После того, как родители и бабуля с дедулей уехали домой, молодежь продолжила вечер в «Island». Перед праздником он был под завязку набит людьми. В самом разгаре была шоу-программа.
Им с трудом удалось найти свободный столик на семерых, и то повезло случайно: шумная компания освободила его как раз в тот момент, когда они ввалились в зал, залитый огнями светомузыки, вибрирующий басами и гремящий гулом голосов.
Надя с Катей сразу отправились на танцпол, а остальные, устроившись на мягких кожаных диванах с панорамным видом на город, стали изучать меню. Решено было начать с выпивки.
- Первый тост за любовь! – Поднял бокал Рома.
- За любовь! – Завизжала Надя, подбежавшая к столу и плюхнувшаяся на подлокотник дивана.
- За настоящую любовь, - сказал Катя, подойдя к столу и подняв свой бокал, - которая приходит неожиданно.
- И проверяется временем, - бросив на Леру короткий взгляд, добавил Антон.
- И всегда находит путь к сердцу. – Поднял в воздух бокал Кирилл.
- Ура! – Крикнула Лера.
И закрутилось веселье. Танцы, разговоры, шампанское рекой. Через час с небольшим плетеные абажуры и деревянные аксессуары интерьера начинали покачиваться, когда Лера на них смотрела.
- Я на воздух. – Бросила она девушкам, с которыми они отжигали на танцполе.
- Я с тобой, - увязалась за ней Оля.
Они вышли, и морозный воздух ударил свежестью им в лица.
- Как хорошо… - Выдохнула Лера, обняв себя руками. – Нужно было мне тоже заказать стейк, так быстро не развезло бы.
- Ой, а помнишь, мы с Ромкой напились в десятом классе на школьной дискотеке? – Хихикнула Оля, опираясь спиной на деревянную колонну. – Он пошел проводить меня до двери, а я была такая пьяная, что полезла к нему целоваться. На улице было минус тридцать, а мы целовались, и нам было совсем не холодно.
Лера кивнула.
- Жаль, что у вас с ним ничего не получилось. Вы хорошо смотрелись вместе.
- Да что уж теперь. – Отмахнулась она и расчесала пальцами рыжие локоны. – Надя была решительнее, и я отступила. Любовь ведь не всегда идет в руки сама, иногда за нее нужно бороться. – Оля обернулась и посмотрела через стекло на их столик. – Вы, кстати, тоже хорошо смотритесь с твоим парнем. Как его? Кирилл?
- Да. – Подтвердила Лера, сделала вдох и уронила лицо в ладони. – Но ты не поверишь. Он даже не мой парень. – Она рассмеялась, затем подняла на нее взгляд. – Я попросила его изобразить моего парня, чтобы вернуть Антона.
- Ты так и не отпустила его? – Сочувственно качнула головой Ольга.
- Я уехала за ним в столицу. – Развела руками Лера. – И там подбирала крохи его внимания еще два с половиной года. Эти отношения буквально съели меня. – Она надавила на виски и зажмурилась. – Наверное, я просто не хотела, чтобы он видел, что я все еще страдаю. У него все хорошо, есть замечательная девушка… Черт, мне тоже хотелось показать, что у меня все прекрасно!
- Значит, ты еще любишь его?
Балабося бросила короткий взгляд на залитый лучами светомузыки зал кафе, где за столиком о чем-то оживленно беседовал с Антоном ее брат.
- Не знаю. Иногда кажется, что нет. Но иногда так больно…
- Иди сюда. – Оля обняла ее и погладила по спине. – Неожиданно, конечно. Значит… твой приятель свободен?
- Сомневаюсь, что у него кто-то есть. – Ляпнула Лера. – А если и есть, то вряд ли это что-то серьезное.
- Идем обратно, ты уже дрожишь. – Сказала девушка и потянула ее внутрь.
- А сейчас! – Раздался громкий голос ведущего. – Состоится конкурс Дедов Морозов! Мне нужны трое мужчин, готовых участвовать!
К тому моменту, как они добрались до центра танцпола, Лера заметила Надю и Катю, выталкивающих на сцену Рому и Кирилла. Третьим участником стал какой-то незнакомый парень.
- Ю-ху! – Радостно засвистела Оля.
Балабося лишь покачала головой и улыбнулась.
- Победит тот, кто лучше станцует! – Объявил ведущий. – Голосовать будут зрители.
Участников завели за ширму, а через полминуты заиграла ритмичная музыка. Мужчины вышли из-за ширмы в костюмах Санты и праздничных красных колпаках. Под короткими шубками с меховой оторочкой у них ничего не было, и гости могли свободно любоваться их торсами. Толпа радостно взвыла. Девушки потянулись к сцене, а Лера застыла с открытым ртом.
Шикарный вид на кубики пресса Соло вместе с очертаниями косых мышц его живота привел ее гормоны в настоящее безумие. Она попыталась унять свою фантазию, но тщетно: та вытворяла с ней страшные вещи, рисовала картины, в которых Лера слизывала пот с этого божественного пресса, ласкала его руками, губами и языком. Тот же самый эффект вид его тела произвел с ней полгода назад, на пожарном пикнике, и теперь она словно ощущала дежавю.
- Боже, какие они горячие! – Завизжала Оля.
Надо признать, фигуры других участников тоже были хороши. Даже Ромка удивил: оказывается, борода была не единственным признаком его возмужания – братишка окреп, немного подкачался и теперь мог похвастаться недурственными рельефами в области живота.
Но пялиться на брата, даже если его вид удивлял, Лера не собиралась. Она вернулся взгляд на Соло, который плавно двигался в такт музыке, заставляя девушек кричать и тянуть к нему руки.
Боже. Столько тестостерона! От окружающей наэлектризованности у Леры покалывало кожу. Она взбила пальцами волосы и закусила губу. Ей казалось, она теряет опору под ногами. Кирилл подпевал в ритм песни и, танцуя, словно невзначай касался пальцами своей груди и стрелял в нее взглядом. Не может быть, чтобы он не знал, как это действует на нее. Он делал это намеренно – вот же дьявол, мать его, искуситель!
  
Толпа бесновалась. И кровь в венах Леры качалась все быстрее, пытаясь удержать кислород, которого она лишалась, глядя на сцену. Соло уже больше дурачился, но его танец все равно выглядел чертовски эротично. А эти движения бедрами… Вперед и назад, вперед и назад: он хотел, чтобы она представляла их вдвоем в постели. Представляла, как он двигается в ней, двигается с ней в такт, срывая все новые и новые благодарные стоны с ее губ.