Непорочная куртизанка

Джаспер почувствовал, как постепенно отпускает Клариссу напряжение, и довольно кивнул. Держа ее в объятиях, он хорошо понимал, какой кошмар ей пришлось пережить за последние двадцать четыре часа. Его намеренно шутливые реплики были всего лишь инстинктивной попыткой успокоить и ободрить Клариссу. Теперь он видел, что безумие в ее глазах постепенно рассеивается.
— Итак, где твой дядя?
— Н-наверху, — пробормотала она, обхватив себя руками. — Н-надеюсь, я убила его. Он собирался заточить меня в Бедлам.
Показная беспечность мгновенно покинула Джаспера.
— Что?!
Кларисса невесело улыбнулась.
— Он мой опекун. И может делать со мной все, что пожелает.
— Пора потолковать с ним, — решил Себастьян и, обнажив шпагу, бросился наверх.
Джаспер последовал за ним.
— Кларисса, если хочешь, подожди внизу.
— Нет, я тоже пойду, — покачала она головой и вместе с братьями вошла в гостиную. 
Люк скорчился в кресле, закрыв глаза и тяжело дыша. На виске расплылся большой синяк. Лицо, обожженное горячим кофе, покраснело, одежда промокла. Кофейник валялся на полу.
— Так ты еще и кофейник в него швырнула? — с некоторым почтением осведомился Себастьян.
А Кларисса смотрела на человека, который всего несколько минут назад угрожал навеки похоронить ее в Бедламе.
— Да, — кивнула она. — Надеюсь, он сильно обжегся. Но, похоже, я его не убила.
— Не убила, — согласился Джаспер, прижимая кончик шпаги к горлу бесчувственного негодяя.
На коже немедленно выступила кровь, и глаза Люка раскрылись. При виде Клариссы, стоявшей за спиной человека, который, по всей видимости, твердо вознамерился его прикончить, он поднес инстинктивно руку к горлу.
— Кто вы? — прохрипел он. — Что делаете в моем доме?
— Пришел проверить, жив ли ты, и, если это так, довершить начатое Клариссой, — дружелюбно объяснил Джаспер. — Насколько я понял, у тебя возникли крайне неприятные идеи относительно будущего этой леди?
— Она моя подопечная и останется в моей власти, пока не достигнет совершеннолетия... — Голос Люка постепенно набирал силу. — В этой стране нет такого судьи, который оспорил бы мое право распоряжаться судьбой подопечных, как я сочту нужным!
Кончик шпаги вошел чуть глубже, и Люк вжался спиной в кресло, а Джаспер спокойно продолжал:
— К сожалению, ты забыл упомянуть одну подробность. А возможно, просто о ней не знал. Леди больше не твоя подопечная, а моя жена, графиня Блэкуотер, и, как таковая, находится под моей защитой.
Глаза Люка забегали.
— Она не имела права выходить замуж без моего согласия!
— Возможно, но она это сделала, так что все уже свершилось. И если попытаешься обратиться в суд, я оспорю право опекуна запирать совершенно нормальную подопечную в сумасшедший дом, и, клянусь, тебя ждут серьезные неприятности. Единственный вопрос, интересующий меня в этот момент: что делать с подобными отбросами человечества, дабы больше они не оскверняли эту землю?
У Клариссы голова шла кругом. Джаспер только что беззастенчиво солгал, не моргнув при этом глазом!
Она взглянула на Себастьяна, ожидая увидеть его потрясенное лицо. Он-то хорошо знал, что она всего лишь содержанка брата.
Но Себастьян казался абсолютно безмятежным, словно не услышал ничего удивительного.
— Итак, Кларисса, как ты желаешь поступить со своим родственником? — осведомился Джаспер, не отнимая шпаги.
— Он отправил Фрэнсиса на детскую ферму и ждал, пока тот умрет от болезни или голода, — медленно выговорила она. — Если бы это случилось, Люк унаследовал бы все.
— В таком случае нужно сделать так, чтобы он ни при каких обстоятельствах не унаследовал ничего. Как ты считаешь, Себастьян?
— Полностью согласен, — подтвердил тот, выступая вперед и прижимая кончик шпаги к животу Люка.
Тот сдавленно вскрикнул.
Кларисса зажмурилась. Она не могла позволить им убить его, и все же какой-то первобытный инстинкт кричал в ней, требуя жажды мести за то, что Люк сделал с Фрэнсисом и собирался сделать с ней.
— Мне кажется, он не заслуживает быстрой казни, — объявила она. — Сам он намеревался уморить меня и Фрэнсиса за несколько месяцев, а то и лет.
 
— Совершенно верно, — согласился Джаспер. — А теперь, дорогая, предлагаю тебе спуститься вниз и предоставить действовать мне и Себастьяну. Можешь быть уверена: мы осуществим библейское отмщение в мельчайших деталях.
Люк застонал и снова закрыл глаза. Кларисса задумчиво взглянула на Джаспера, гадая, способен ли тот на подобное насилие. Но когда он снова приказал ей уйти, немедленно повиновалась. Вышла из дома и глубоко вдохнула холодный воздух...
Джаспер подождал, пока хлопнет входная дверь, после чего склонился над своей жертвой:
— Слушай меня очень внимательно. Мой брат проводит тебя до побережья и посадит на корабль, отплывающий в очень далекие страны. В места, такие же варварские, как ты сам. Там ты будешь как дома. И если я когда-либо еще раз увижу тебя в пределах этой страны, мой гнев будет безграничен. Я достаточно ясно выражаюсь?
Кончик шпаги лениво скользнул по горлу Люка, оставив тонкую кровавую линию.
— Ты меня понял? — повторил Джаспер.
Люк очень осторожно наклонил голову.
Джаспер сунул шпагу в ножны.
— Прекрасно! — И повернулся к брату: — Себ, посторожи его, пока я не пришлю экипаж вместе с Планкеттом. Он сможет удержать эту вошь одной рукой, так что вместе вы без труда доставите его в Дувр.
Себастьян с ухмылкой кивнул. Кучер Джаспера был признанным боксером-профессионалом, вполне способным справиться с таким дохляком, как Люк Астли.
— Не беспокойся, Джаспер! К завтрашнему утру мы уже отправим нашего друга в далекие края.
— Постарайся найти судно, отплывающее в Юго-Восточную Азию. Тамошние страны достаточно велики и не выпустят его из своих объятий.
Джаспер, прощаясь, махнул рукой и вышел. Кларисса стояла около экипажа, гладя лошадей. Том, как всегда, флегматично ждал хозяина.
Услышав шаги Джаспера, Кларисса прижалась щекой к шелковистой шее животного.
— Он мертв?
— Он жив, но скоро от всей души пожалеет об этом.
Джаспер откинул волосы с ее лба и пальцем разгладил глубокую морщинку между бровями.
— Прости меня, любимая, но убить его без всякого видимого повода — это значительно усложнило бы мою жизнь. Я также подумал, что позже, немного успокоившись, ты могла бы пожалеть о столь решительных мерах...
Кларисса улыбнулась:
— Я уже жалею. Но пока он жив, Фрэнсис остается под его попечительством — до тех пор пока мне не исполнится двадцать один год. Значит, его жизни по-прежнему угрожает опасность.
— Не волнуйся. В самом скором времени твой дядя окажется очень далеко отсюда, а Фрэнсис останется с нами.
— О...
Кларисса вспомнила, как много лгала, и, возможно, подумалось ей, Джаспер решил просто успокоить ее.
— Вы солгали, милорд. Даже мне подобная ложь не пришла бы в голову.
— Вот в этом я очень сомневаюсь, — сухо улыбнулся он. — К тому же эта ложь скоро превратится в чистую правду.
Он бесцеремонно подхватил ее и почти забросил в коляску, а сам прыгнул следом.
— Не понимаю...
Лошади с такой силой рванули вперед, что она схватилась за борт коляски.
— Джаспер, если она перевернется, мы все сломаем шеи.
— Как можно не верить в мои способности! — улыбнулся он. — И хорошо, что на этот раз именно ты чего-то не понимаешь! С самой нашей первой встречи я существовал в состоянии постоянного недоумения. Однако теперь появилась возможность все это исправить. Для начала я получу специальное разрешение на брак и найду двух свидетелей, и тогда ложь станет правдой.
— Я думала, церемония пройдет в католической церкви. Должен же ты выполнить условия своего дяди!
— О, это можно сделать позже. Ради блага семьи. Но пока что мне необходимо сделать наш союз законным, поскольку это, похоже, единственный способ тебя удержать. — Он искоса посмотрел на нее, и в этом взгляде не было ни капли веселья. — Я хочу попросить у тебя прощения за свою резкость, за слова, о которых я сожалел с той самой минуты, как их произнес. Но почему, Кларисса? Почему ты не могла довериться мне?