Непорочная куртизанка

Крофтон открыл дверь библиотеки для дамы, которая, гордо выпрямившись и глядя перед собой, прошла мимо него.
При виде госпожи горничная поспешно вскочила:
— Мы уже уходим, мэм?
— Да, Салли.
Кларисса нетерпеливо притоптывала ножкой в ожидании, пока дворецкий откроет дверь, после чего проплыла на крыльцо, пробормотав: «Спасибо, Крофтон».
Она опять почти бежала, и Салли едва поспевала за ней. Теперь она сама была вне себя. Как посмел Джаспер обращаться с ней подобным образом? Унизить перед слугой?
Похоже, ложь размножалась, как кролики. Сможет ли она когда-нибудь стать прежней и, по возможности, опять говорить только правду?
Люк без труда нашел дом на Халф-Мун-стрит. Улочка была маленькой, и ему пришлось всего один раз справиться у прохожего, где дом графа Блэкуотера. Сейчас он стоял в узком переулке, ведущем к конюшням напротив дома графа. По одну сторону от входной двери тянулись окна, но влезть в дом через окно опасно: увидят из домов на другой стороне улицы, а шум ему ни к чему.
А вот сзади... Нужно пройти дальше по переулку, параллельному тому, на котором он стоял. Переулок ведет мимо дома к конюшням.
Но мысль о взломе и похищении показалась ему не слишком разумной. Во-первых, слишком шумно, да и Кларисса начнет отбиваться!
Он продолжал обдумывать план, когда на другой стороне улицы показались две женщины. Одна — в меховой накидке и элегантной шляпке с вуалью в мушках, другая — скромно одетая, по-видимому горничная. Когда они остановились у двери графского дома, Люк отступил в тень. Значит, это Кларисса и ее служанка. И скорее всего Фрэнсис тоже в доме. Она наверняка не выпускает его из вида с тех пор, как похитила у Берты.
Дверь за женщинами закрылась, а Люк остался на месте, машинально постукивая по зубам ногтем указательного пальца. Через несколько минут дверь снова открылась, и на крыльцо вышли Кларисса с братом. Последний подбрасывал мяч и подпрыгивал от возбуждения.
Кларисса взяла его за руку, и оба направились к Пиккадилли.
Люк улыбнулся. Ну вот, теперь оба попались! Остается придумать, как захватить их без лишнего шума.
Он подождал, пока они доберутся до Пиккадилли, и сразу последовал за ними на почтительном расстоянии, старательно прячась в толпе. И как раз успел увидеть, как они входят в Грин-парк.
Не стоит идти за ними. Слишком он будет выделяться среди нянек и их подопечных, резвящихся среди кустов и вокруг пруда.
Люк прошелся по Пиккадилли и нанял экипаж.
Кларисса обрела некоторый покой, наблюдая, как брат гоняет мяч по траве и его все еще впалые щеки розовеют от холода. Он остановился у пруда и с завистью наблюдал, как двое мальчишек играют с деревянным корабликом, подталкивая его в воду палками.
— В следующий раз мы и Сэмми с собой возьмем, ладно, Рисса?
— Возможно, — уклончиво пробормотала она. — Это зависит от того, понадобится ли он мистрис Ньюби.
Фрэнсис кивнул и, азартно вопя, плюхнулся в кучу сухих коричневых листьев, старательно собранных садовниками. Кларисса улыбнулась и пошла по тропинке, постоянно наблюдая за окружающими. Невозможно представить, чтобы здесь оказался Люк, но она ни на секунду не теряла бдительности!
Кларисса позволила брату поиграть еще час, а потом окликнула:
— Фрэнсис, нам пора. Уже полдень. Разве ты не голоден?
— И давно, — кивнул он. — Мистрис Ньюби обещала сделать яблочные пончики.
— Тогда давай поспешим. — Кларисса улыбнулась, крепко взяла его за руку, и они перебежали Пиккадилли.
— А мы еще пойдем гулять, Рисса?
— Да, мы попробуем ходить в парк каждый день. 
Она свернула на Халф-Мун-стрит. На другой стороне улицы, напротив дома, стоял наемный экипаж. Лошади дремали, опустив головы. Но стоило Клариссе и Фрэнсису приблизиться, как экипаж пришел в движение. Кларисса снова насторожилась, но экипаж подозрения не вызвал. И тут кучер взмахнул кнутом, и лошади оказались на середине узкой улочки как раз в тот момент, когда Кларисса и Фрэнсис подошли к двери дома.
 
Все случилось настолько быстро, что позже Кларисса так и не смогла восстановить последовательность событий. Дверца экипажа распахнулась так резко, что Кларисса отлетела к стене дома и ударилась головой. Из глаз посыпались искры. Откуда-то, словно издалека, раздался крик Фрэнсиса. Грубые руки подхватили ее и потащили в экипаж. Она упала на колени, на грязный пол, и лошади снова тронулись.
Сбитая с толку, ошеломленная, она подняла глаза. Кларисса слышала плач Фрэнсиса, но видела только сидевшего напротив дядю. Сложив руки на груди, он с тонкой усмешкой разглядывал племянницу.
Кларисса кое-как поднялась и уселась рядом с забившимся в угол Фрэнсисом.
— Ты за это заплатишь, — прошипела она, глядя на Люка.
Тот подался вперед и спокойно, даже лениво, отвесил ей пощечину.
— Сомневаюсь, Кларисса. Очень сомневаюсь. Ты и твой братец — мои подопечные. И я вправе делать с вами все, что пожелаю. Могу обвинить тебя в похищении своего питомца, и тогда судья отправит тебя трепать коноплю в тюрьме Брайдуэлл. Впрочем... — Он улыбнулся. — У меня относительно тебя другие планы. Я упеку тебя куда-нибудь поближе.
Кларисса похолодела, хотя лицо горело огнем. Из уголка рта, рассеченного перстнем Люка, текла кровь. Голова тупо ныла.
Фрэнсис все еще тихо плакал. Она прижала его к себе и стала гладить. Брат не должен знать, что она боится, хотя злорадное лицо Люка вызывало в ней ужас.
Она взглянула в сторону двери, прикидывая, нельзя ли открыть ее и выпрыгнуть на ходу, с Фрэнсисом на руках. Нет, нельзя. Скорее всего они попадут прямо под колеса другого экипажа и разом решат все проблемы Люка.
Кларисса откинулась на спинку сиденья и, продолжая гладить брата по голове, закрыла глаза — ведь все равно пока что ничего нельзя изменить.
Экипаж остановился.
Люк снова подался вперед, и Фрэнсис вскрикнул. В руке дяди блеснул нож. Он вырвал Фрэнсиса из объятий сестры, зажал горло сгибом локтя и уколол ножом за ухом.
— Спускайся вниз, Кларисса, и не двигайся.
Он мог бы и не угрожать. Достаточно и того, что Фрэнсис смолк и потрясенно смотрел на сестру совершенно сухими глазами. Она ответила ободряющей — так ей казалось — улыбкой и спустилась вниз. Экипаж стоял у дома Люка на Ладгейт-стрит.
Люк тоже спустился, держа одной рукой Фрэнсиса, а второй по-прежнему угрожая ему ножом.
— Подойди к двери и постучи, — приказал он.
Кларисса повиновалась, хотя внутренний голос кричал: едва они войдут в дом и за ними закроется дверь — все пропало.
Но что можно сделать, если Люк угрожает мальчику ножом?
Дверь открылась, и девушка с чувством обреченности ступила в узкий, пропахший плесенью холл.
Люк и Фрэнсис вошли вслед за ней, и дверь захлопнулась.
Свет в холл проникал через единственное окно-фрамугу над дверью. Кларисса огляделась, стараясь запомнить окружающую обстановку.
— Наверх! — приказал Люк, мотнув головой в сторону узкой лестницы. 
Кларисса стала подниматься. Преодолев два лестничных пролета, она оказалась перед дверью, ведущей на чердак. Люк велел открыть. Она увидела нечто вроде спальни: постель, сломанный комод и грязный горшок под кроватью... К тому же здесь было холоднее, чем в погребе. Через щели в оконном переплете задувал ледяной ветер.
Люк швырнул Фрэнсиса на кровать и шагнул к двери.
— Останетесь здесь, пока я не договорюсь, куда вас поместить, — ухмыльнулся он. — Моя назойливая племянница, я подыскал для тебя хорошенькое местечко, но мне потребуется несколько часов, чтобы определить тебя туда. А пока устраивайся поудобнее.
Он вышел. В скважине проскрежетал ключ. Глаза у Фрэнсиса по-прежнему были сухие, хотя за ухом алела капля крови.
— Что он сделает?
Кларисса вымучила улыбку.
— Подождем и увидим, дорогой.
Она подошла к крохотному оконцу, выходившему на убогий переулок. Ни водосточной трубы, ни опор для ног и рук. Выхода отсюда нет.