Непорочная куртизанка

Остановившись, чтобы понюхать табаку, он лениво оглядел живописную сцену. Стояла середина роскошного золотисто-зеленого осеннего дня начала октября, и здесь можно было увидеть людей всех классов и занятий. Денди прогуливались под ручку с размалеванными женщинами. Ковент-Гарден был рынком, где основным товаром считалась плоть независимо от того, предлагалась ли она модно одетыми дамами, сопровождаемыми лакеями, или их менее удачливыми сестрами, стоявшими в дверных проемах кофеен и деревянных лачуг, теснившихся в глубине центрального двора. В жалких попытках привлечь внимание «покупателей» шлюхи кокетливо приподнимали юбки, показывая полные бедра.
Джаспер по привычке положил руку на гарду шпаги и насторожился. Слишком часто ловкие пальцы карманного воришки освобождали карманы завсегдатаев Ковент-Гардена от кошельков и часов, особенно в тех местах, где собиралась толпа.
После сегодняшнего визита к виконту Брэдли он ощущал настоятельную потребность в свежем прохладном воздухе. Дядюшка был таким же сварливым, как обычно, но смог встать с постели и сидел у полыхающего огня, то и дело прикладываясь к портвейну, который наливал из стоявшего перед ним графина. И это несмотря на строгий запрет врача!
Отец Косгроув с пером в руке устроился на месте секретаря у оконного проема, и трогательное облегчение, отобразившееся на его лице при виде графа, в очередной раз снискало сочувствие последнего.
Легкая улыбка коснулась губ Джаспера при воспоминании о реакции дядюшки на предложение племянника похоронить его в фамильном склепе в Блэкуотер-Мэноре. Реакции, побудившей бедного отца Косгроува поспешно схватиться за четки и начать читать молитву. Правда, не вслух.
— Не хочу гнить в компании предков, этих ханжей и святош! Я прожил свою жизнь и заплатил за свои грехи и буду лежать вместе с хорошими, честными грешниками в хорошем, честном церковном дворе.
После этого дядюшка стал допытываться, далеко ли продвинулся Джаспер в поисках жены; вопрос, напомнивший графу Блэкуотеру о полном его бездействии.
Он оставил дом дяди и направился к Ковент-Гардену, размышляя над тем, что казалось почти неразрешимой проблемой. Он вообще не собирался жениться ни на ком, не говоря уже о каком-то несчастном создании, нуждающемся в духовном спасении. Он и сам нуждался в этом не меньше. Но без дядюшкиных денег он рано или поздно попадет в долговую тюрьму и общую могилу. Не говоря уже о невосполнимой потере того, чем дорожила семья Блэкуотер. А, нужно признать, он достаточно гордился фамильным именем и своим родом, чтобы спокойно наблюдать за их разорением.
Он вдруг сообразил, что направляется к торговцу пирожками. Поднос, висевший на шее у паренька, был доверху нагружен золотистыми деликатесами. От хрустящих корочек поднимался аппетитный пар. Только теперь Джаспер осознал, как голоден. Он не ел со вчерашнего вечера, и от соблазнительного запаха у него потекли слюнки.
Джаспер полез за кожаным кошельком с мелочью, который держал во внутреннем кармане, когда что-то врезалось ему в живот.
За несколько минут до этого Кларисса Астли пробиралась сквозь скопления людей, стараясь не выпускать добычу из виду. Люк был человеком высоким и носил касторовую шляпу с высокой тульей, что еще больше облегчало слежку. Сегодня в девять утра ее усилия были вознаграждены. Люк вышел из своего дома на Ладгейт-Хилл и с решительным видом зашагал по Хай-Холборн-стрит. Кларисса последовала за ним на почтительном расстоянии, то и дело ныряя в гущу толпы. Она понятия не имела, куда он направляется. И могла лишь надеяться, что Люк приведет ее к брату или по крайней мере туда, где она сможет найти следы бедняжки Фрэнсиса.
Намерения Люка стали ясны после нескольких поворотов в сторону и путешествия по переулкам и темным дворам. Его цель — Ковент-Гарден.
Кларисса устало вздохнула. Только сегодня утром она покинула Кинг-стрит на Ковент-Гарден, и вот теперь возвращается туда же всего четыре часа спустя.
Не выпуская его из вида, она нырнула под сень колоннады площади Ковент-Гарден. Люк шагал уже медленнее, разглядывая памфлеты, выставленные на многочисленных тумбах, рядами обрамлявших площадь. Слишком поздно она поняла, что Люк замер перед одной, известной наиболее непристойными предложениями.
 
К счастью, Кларисса не врезалась в него и успела нырнуть вбок, низко опустив голову. Но тут же ее голова уткнулась в чье-то упругое тело, а на плечи опустились сильные руки.
— О нет, не выйдет! — объявил раздраженный голос. — Поверьте, мисс, я более чем знаком с подлыми трюками карманных воришек!
Кларисса с негодованием уставилась на державшего ее мужчину.
— Пустите! — прошипела она, пытаясь вывернуться из его неумолимой хватки.
— С чего это вдруг? Вы же задумали ограбить меня, — почти учтиво заметил Джаспер.
Несмотря на то, что девушка явно была взбешена, он не мог не отметить ее на редкость мелодичный голос, в котором не было ни следа лязгающего выговора кокни. Это заставило его пристальнее присмотреться к ней. Оказалось, что он безжалостно сжимает хрупкие плечи. Нефритово-зеленые глаза с удивлением и гневом взирали на него с лица, наделенного редкостной прелестью. Пожалуй, впервые в жизни Джаспер видел подобную красоту.
— Ничего подобного! — возмутилась Кларисса. — Зачем мне нужно было вас грабить?
— А почему нет? — мягко осведомился он.
В этом месте было полно жуликов и мошенников обоих полов, и, несмотря на внешность и нежный голос, в остальном девица ничем не отличалась от остальных негодяев на площади. И одета просто: полотняное платье, больше подходившее деревенской девчонке, и передник. На голове косынка, из-под которой выбивались на лоб прядки цвета червонного золота. Но и этого достаточно, чтобы он захотел увидеть остальное.
Гнев Джаспера сменился любопытством и вполне определенными признаками более личного интереса.
— Сомневаюсь, чтобы у вас было с собой много денег. Карманники просто не носят их при себе, — предположил он в надежде узнать о ней побольше.
— Вы не имеете права бросаться подобными обвинениями! — возмутилась Кларисса. — И не ваше дело, что у меня есть и чего нет.
— Совершенно с вами согласен при условии, что у вас не окажется ничего принадлежащего мне, — хмуро проворчал Джаспер. — А если вы не воровка, зачем столкнулись со мной, причем явно намеренно?
И тут он, не веря своим глазам, понял, что она, похоже, его не слушает. Вместо того чтобы ответить, девушка растерянно оглядывалась, полностью игнорируя тот факт, что он продолжает держать ее за плечи.
— Теперь я его потеряла, — пробормотала она.
— Кого именно? Не будете ли так добры ответить? И почему вы врезались головой мне в живот, если не собирались облегчить мои карманы?
— Я пыталась спрятаться от одного человека, — нетерпеливо объяснила Кларисса. — А вы задержали меня и все испортили.
— Прошу прощения, — сухо обронил Джаспер. — Может, когда-нибудь я пойму логику ваших слов. Насколько я понял, вам не хотелось, чтобы вас увидел некто, кого вы высматриваете.
Он подчеркнуто внимательно огляделся. Толпа текла полноводной рекой, и никто не смотрел в их сторону.
— Почему вы должны от кого-то скрываться? — осведомился Джаспер, почему-то не торопясь отпустить ее, хотя она снова стала вырываться. Но он был уверен, что она исчезнет в ту же минуту, и вовсе не хотел ее потерять.
— Это тоже не ваше дело, — отрезала Кларисса. — Я же сказала: отпустите! Вы не имеете права меня удерживать.
— Вы из борделя? — неожиданно спросил Джаспер.
Это объясняло бы ее присутствие на площади. Возможно, она убегает от совсем уже непристойного предложения. Эта девушка прелестна и достаточно свежа, чтобы привлечь лучших клиентов, и, вполне возможно, любой из сутенеров и хозяек публичных домов, в изобилии имевшихся вокруг Ковент-Гардена, посчитает ее ценным приобретением. Судя по простому платью, она небогата, но выговор! Видимо, кто-то не пожалел труда, чтобы отшлифовать ее грубую речь, готовя девушку к приему наиболее капризных клиентов, поэтому, вполне вероятно, вскоре она пополнит ряды элитных куртизанок в солидном доме терпимости. Если уже не пополнила.