Скажи, что любишь меня (СИ)
— Ярка! Чего пугаешь так, морда твоя холеная, — погрозила кулаком с зажатым в нем пирожком, недовольно цыкая. — Чего шастаешь посреди рабочего дня? Опять делов нет, по бабам шпыняешь? — прищурила подслеповатые глаза, на что блондин только плечами пожал, вытаскивая из-за спины, купленные заранее заварные пирожные с кремом.
— Взятку несу, чтоб не ругались, — потянул, отдавая дернувшейся при виде любимых лакомств женщине пакет, получая взамен три пирожка. — С капустой? — спросил, осматривая тщательно выпечку, получив в ответ недовольный фырк.
— Обижаешь, я же в курсе, что ты не ешь капусту. С яблоками! С собакой своей поделишься, она у тебя милашка. Яблочки любит.
Улыбнулся самой очаровательной из своих улыбок, отмечая легкий румянец на щеках пожилой женщины, невольно поправившую чуть сбившийся пучок на голове, вытирающую жирную руку о юбку.
— Баб Варь, да вы просто чудо, — втянул носом манящий аромат, взбегая по лестнице наверх.
— Ой, охальник и бабник!
Расхохотался уже, будучи на втором этаже, забросив пирожки в общий пакет с продуктами, вынимая ключи с сигаретами. Пока поднимался, прикидывал можно ли вытащить Пашку с Сергеем вечером в клуб или напроситься к Раисе на ужин. В последнее время он так часто делал, не желая оставаться дома. Да и готовить себе ему было откровенно лень. Вставил ключи в скважину замка, когда услышал грохот в квартире, замерев. Затем собачий лай, звон и снова шум. Быстро повернул ключ, распахивая входную дверь, с пакетом наперевес влетая на кухню, откуда слышалось собачье рычание. Влетел в огромное светлое просторное помещение с большим окном, замерев прямо на пороге в одной руке держа увесистый пакет, второй ключи от квартиры.
— Пуся, фу!
Маленькие черные глазки пуговки уставились на хозяина с невозмутимым равнодушием. По всему полу была разбросана утварь, половник под столом, пара оставленных с вечера грязных тарелок кусками керамики рядом с посудомоечной машиной. Сама собака, породы померанский шпиц, виляя хвостиком давила маленькими лапками на многочисленные кнопки крупногабаритной мультиварки. Та отчаянно пищала, периодически издавая шипение, писк и редкие вскукареки, которые обычно издавала после приготовлении блюд.
Собака, привстав на задние лапы, передними упиралась прямо в корпус, недовольно облаяв хозяина, попытавшегося подойти ближе.
— Убери лапы с мультиварки, — возмутился, осторожно ставя на пол пакеты. — Она стоит больше, чем ты на китайском рынке собачьего мяса!
Агрегат пискнул, а разобиженный шпиц вильнула хвостиком, зарычав на Ярика, когда он снова к ней шагнул. Пришлось поднять руки, ведь подозрительная мордочка разглядывала его с придирчивым блеском в наглых глазах.
— Не смей. Ее. Трогать, — по словам проговорил, заметив интерес псины к шнуру мультиварки. Дернуться не успел, как Пуся зубами выдрала из розетки вилку, удерживая ее с характерным рычанием. Снова шагнул к собаке, отчего шпиц отступила, потянул тяжелую машину за собой. С места не сдвинула, зато сам шнур натянула, грызя толстое основание между мелкими зубками.
— Перегрызешь шнур, я из тебя пареные котлеты сделаю! — погрозил пальцем, снова шагая к собаке.
— Гав!
— Отпусти мультиварку, белая поганка, — рыкнул, получив в ответ рычание. Попытался схватить мохнатое тельце поперек, за что был укушен. Цыкнул от боли, схватился за шнур, пытаясь выдрать, но не тут то было. Пуся потянула в одну сторону, он пытался выдрать его из пасти, но каждый раз, когда она прекращала его слюнявить, кусала Ярика в ответ за пальцы, сопровождая все тявканьем и рычанием.
— Налысо побрею, — рявкнул зло, прижав к груди пострадавшую руку. — И намордник куплю.
— Гав!
— Пуся! — попытался снова схватить многострадальный шнур, но собака бросилась на его руку, снова точно озверевшая морская свинка, не давая даже убрать мультиварку подальше. Улеглась рядом с королевским видом, дергая хвостиком и приподняв уши. Зашипел от злости, разглядывая изрядно пожеванный шнур, недовольно уперев руки в бока. Мелкие зубки оставили вполне себе кровоточащие царапины с укусами, зато сама Пуся выглядела крайне довольной своей пакостью.
— Патриция, — зарычал Ярик, в ответ, услышав невозмутимое:
— Гав!
— Надо было назвать тебя Ингеборга, — буркнул под нос, а Пуся наклонила голову набок, озадаченно тявкнув:
— Гав?
Вздохнув, оглядев созданный беспорядок, пусть и привычный для его вечно захламленной квартиры, а после двинулся из кухни, хватая пакет с вкусно пахнущими пирожками, аромат которых уже начал разносится по кухне. Пуся высунула язык, заинтересованно привстав, тихонько цокая коготками по поверхности кухонной тумбы. Ярик коварно улыбнулся, доставая пирожок, помахивая им перед собой, возвращаясь обратно.
— Гляди, что у меня есть, а? А у тебя не-е-т. Только мерзкий шнур, зато тут сочная, вкусная выпечка, — втянул носом запах, сделав вид, что жаждет укусить. Этого пережить собака не могла. Подскочила, бросившись прямо на Ярослава, от неожиданности выпустившего пирожок. Собака в полете схватила долгожданный трофей с маневром заправского циркача, а затем приземлилась прямо на груди упавшего хозяина, зацепившего рукой мультиварку с грохотом рухнувшую на пол и чудом не убив самого Тасманова при падении.
Лежал, разглядывая потолок, пока Пуся топталась по нему, пытаясь то ли сомкнуть челюсти на пирожке, то ли съесть целиком от жадности, измазывая в жире одежду.
— Да, — потянул задумчиво, — все-таки, ты реально сучка.
— Гав!
Глава 3 — Любить принца совсем не просто
Раиса громко зевнула, правда тут же смущенно огляделась, пряча взгляд от любопытных коллег. Федеральная служба судебных приставов — место вообще веселое. Кругом одни женщины, у половины из которых портреты бывших мужей были развешаны на доске почета прямо в коридоре. Куда не плюну — злобный неплательщик то налогов, то алиментов, то долгов по ЖКХ. И хотя у Кошкиной был собственный, вполне уютный кабинет, по традиции женского коллектива, составляющего основную часть, пить чай садились строго вместе.
С конфетками, печеньками да последними сплетнями, главной из которых сегодня: Раиса и ее несостоявшаяся бесконечная история невзаимной любви.
Дружный женский протяжный вздох разнесся над столом, пока Мария Ивановна жевала пончик, щедро макая его в сгущенку, запивая кофе.
— И что ты так ему и не сказала?
Кошкина уныло опустила голову, с грустью качнув головой. Суровый ведущий специалист-эксперт службы судебных приставов, претендующий на повышение до главного в свои 27 лет. Дочка полковника еще в прошлом милиции, комсомолка, спортсменка, красавица — такая невезучая романтичная дуреха, сейчас отчаянно грызущая нижнюю губу.
«Ты мне нравишься, Яр», — сказала вчера ночью, пока они пили чай за столом на кухне. Это было пятое признание в симпатии за все время их недолгого знакомства. А он смотрел на нее своими голубыми глазами цвета лазури, улыбаясь самой прекрасной из улыбок, повторяя:
— Ага, ты тоже прикольная!
— Тупой кретин, — выругалась Ирина, подпиливая изрядно отросшие покрытые гелем ногти, придирчиво разглядывая парочку оторвавшихся стразиков.
— Он не кретин, — обиделась за Ярика, с шумом отпивая чай, стараясь не попасть на форменную блузку. — Просто, кажется, не понимает серьезности моих слов.
— Всегда говорила: красавчики сплошь идиоты, — отмахнулась рыжеволосая Жанна, поправляя вжимающийся в кожу бюстгальтер под одеждой, тихонько чертыхаясь. — То ли дело мой Гоша!
— Бухает беспросветно, — буркнула Мария Ивановна, дожевывая выпечку. — Только жрет, пьет и на диване лежит! Нашла чем хвастаться, давно ли плакалась нам тут в жилетку?
Дамы загалтели, Жанна засопела, а вот Раиса рассеяно уставилась на бледно-зеленую стену напротив, чувствуя, как от тоски сжимается наивное девичье сердце. Оно жаждало любви, прямо как в романах. Тех самых, где суровые викинги похищали девиц, а затем делали их своими возлюбленными. Где лорды женились на горничных, пораженные стрелой Амура и где принцы были готовы бросить к ножкам своих избранниц все королевство лишь за один взгляд.