Кровавый цветок (СИ)

— Что стоишь, как вкопанный?! — рыкнул позади меня Оскар. — Ты хоть что — то обнаружил?
— Она уехала.… Как и говорила…
— В каком смысле уехала? — подойдя ближе, спросил тот, и оглядел комнату. — Деньги? Она решила сбежать от тебя…. Что ты сделал?! — развернувшись, он вцепился в меня и уже хотел врезать, но на пороге появился еле дышащий от бега Савлий.
— Господин… Кто — то, представившись мной, выехал на патруль. Сейчас проверяют лошадей, пойдемте со мной.
В конюшне уже была толпа и голоса перекрикивали друг друга, животные бились в беспокойстве и рвались из стоил. Молча пройдя мимо, я направился к тому стойлу, где была кобыла Алексис, как я и думал, там было пусто. Она уехала. Уже разворачиваясь, я заметил, чуть заметный отблеск при ночном свете. В сене, что — то было, присев и расчистив, его я увидел запонку. Но чья она? Такие у нас никто не носит. Ни у одного солдата нет индивидуального украшение, только знак принадлежности к дому. Она была не одна? Нет. Это не похоже на Алексис. За столь короткий срок спланировать побег. Это спонтанное решение. Невдалеке послышался голос герцога Стайлес:
— Запомни, если с моей дочерью случится, хоть что ни будь, полетит не только твоя голова Нэйлон! Мне плевать, что вы там сделали и какой обряд провели! Я не давал согласия на…
— Вэргар, твоя дочь теперь неизбежно связана и с нами. У нас будет внук. — Отец говорил спокойно, но холодно. Ответа не последовало, но внезапно земля начала вибрировать, и казалось началось землетрясение. Обернувшись, я увидел, как вокруг герцога Стайлес трескается земля и поднимается пыль.
— Вэргар! Успокойся! — прикрикнул на него стоящий рядом Фаерлэнс. — Позже разберётесь. Нам надо найти и твою дочь и жену. — Он обхватил Вэргара пылающими руками и тот немного успокоился. Но обернувшись на меня, прошипел:
— Подлый мальчишка! Такой — же наглый, как и твоя мать! Если с ней что — то случиться, я уничтожу ваш род под самый корень.
Поднявшись, и держа в руках свою находку, я подошёл прямо к нему и молча протянул запонку. Вэргар некоторое время молчал, а затем фыркнул:
— Что ты этим хочешь сказать? Не понимаю. — Из — за моей спины послышался голос Оскара:
— Эта запонка…Отец, тебе подарили брошь, а нам запонки. Я видел, какие получил брат, и это одна из них.
Воцарилась гнетущая тишина, а затем Вэргар сорвавшись с места, подбежал к лошади и, вскочив в седло, выехал из конюшни прочь. Все последовали его примеру. Нагнав его, я спросил:
— Куда вы едите? Мы даже не знаем, где они могут быть! — Мне было плевать, что он со мной сделает, лишь бы найти Алексис живой.
— Зная Ливэйя, он предпочитает долгую слежку за объектом охоты. Но куда в этот раз он поедет — не имею понятия. Любой из пограничных постов и дальше! — подгоняя лошадь, прокричал Вэргар. — А с тобой — разберусь позже!
— Стойте! — Я его просто так не отпущу. Не зная, о каких постах он говорит. — Не думайте, что я позволю вам забрать мою жену обратно!
— Кто сказал?! Я хочу знать, жива ли она, вот и все! Оскар! Езжай, и проследи за этим лисом!
— Да! А как же леди Адэла?!
— Они должны быть вместе, иначе невозможно! — Это был отец. Обогнав нас, он присоединился к Вэргару. Как он может, так спокойно ехать рядом с убийцей своего сына?! Я не понимаю его.
— Направляемся в межземелье, там должны остаться следы, если твой отец говорит, что Ливэй предпочитает слежку. Мы должны, что ни будь обнаружить именно там. — Оскар молча кивнул и пришпорил лошадь.
В ловушки.
28
Алексис
Холод и влага, первое, что я почувствовала, когда начала приходить в себя. Руки и ноги казалось, онемели, совсем рядом, пробежало что — то маленькое и пищащие. Мышь? Открыв глаза, я обнаружила, что нахожусь в пустой комнате, не камере, в ней не было ничего, кроме небольшого тюка сена и камина, который даже не был зажжен, окно было, узкой бойницей, а дверь, она была приоткрыта. Что же произошло? У меня так раскалывается голова, и желудок, как будто слипся, внутри сжался комочек и еле шевелится… Ребенок! Он жив?! Хоть бы это было так.… И, как будто услышав мои мысли, он подал «голос», слегка шевельнувшись внутри меня.
 
Я выходила из придорожной гостинице… Лошадь, последнее, что я помню… Меня схватили! И это.… Ливэй! Мама, она должна быть рядом. Возможно она где — то рядом, я смогу ее найти. Подойдя к окну, стало понятно, что даже если попытаться выбраться из него, меня ждет неизбежное падение в темноту. Темные и острые суки деревьев, выглядели как пики многочисленных копьев. Но самое страшное, то, что дверь была открыта, и это означало, что Ливэй ждет меня. Он всегда любил подобные игры. Если бы тут был, какой ни будь тайный ход. Мне так не хотелось подходить к этой двери. Начав метаться по комнате, я ощупала все камни в надежде найти хотя бы один рычаг, но ничего подобного тут не было. Чувство страха начало окутывать своей вуалью, сердце учащенно билось, я слышала каждый его удар и не только его. Оперившись о ледяную стену, и обхватив себя руками, я медленно сползла и с чувством безысходности уставилась на дверь. Ребенок сильно беспокоился, буквально кувыркаясь внутри меня, и, как бы говоря, какая я все же идиотка. Я даже не знаю, где нахожусь, и куда бежать…. Ни оружия, ни каких — либо еще предметов защиты. Почему я так упиралась и просто не сказала Дэйю, что отправила шпиона, узнать, как там мама? Почему я не могу выбросить эту привычку, не доверять никому? Дэй сказал, что чувствовал страх ребенка,… Может и в этот раз он услышит его. Хоть бы было так.
Послышались приглушенные шаги, они были еще далеко, но направлялись именно сюда. Не хочу его видеть. Больше никогда. Резко поднявшись, я выбежала из моей «камеры», и побежала по темному коридору, он не был освещен, иногда встречались просветы, там, где стены были разрушены, и лунный свет освещал дорогу. Но я не могла ускориться, как было раньше, тело уставало намного быстрее. Чувство усталости настолько быстро пришло, что мне пришлось перейти на шаг, а за мной кралась «кошка», неторопливо загоняя в ловушку. Наконец появился просвет, большая резная арка, выбежав, я поняла, что это крепостная стена, которой нет конца. Холодный ветер пронизывал до костей, а посмотрев вниз, я оледенела от увиденного. Внизу уютно угнездились невиданные ранее мне птицы, а место хвостов у них было нечто похожее на жало. Их было настолько много, что можно было подумать, что это темный ковер, но нет. Невдалеке что — то заскрипело, обернувшись на звук, я увидела ту самую клетку, а в ней сидела моя мама, ее кожа была синего оттенка от холода, а сама она была одета лишь в ночную сорочку. Еще раз, посмотрев вниз, я осознала, почему этот «ковер» столь плотный.
— Я рад, что ты, наконец, проснулась, сестренка… — произнес голос столь знакомый и причиняющий боль от одного понимания, того что он звучит рядом. Ливэй, накинул мне на плечи плащ. — Посмотри. — Схватив меня за подбородок, он заставил меня не отворачиваясь глядеть на шатающуюся клетку. — Теперь от тебя зависит жизнь твоей матушки. Будешь хорошо себя вести, эти твари не сожрут ее. Так что, договорились? — я не могла пошевелиться от накатившего на меня ужаса. — Не слышу… — И он щелкнул пальцем. Появился силуэт и подошел к цепям, поддерживающим клетку на весу, а затем чуть опустил ее вниз. Ковер из чудовищ сразу же оживился и адски зашумел.
— Стой! Прошу! Я сделаю все, только не трогай! — Я буквально взмолилась, чуть ли не падая. Ливэй подал знак, и клетку подняли обратно. — Прошу, дай ей покрывало… Она оледенела.
— Как именно ты просишь? — Произнес он, касаясь губами моей шей, и я вздрогнула. — Ну же, неужели ты стала настолько стеснительной? — Обжигая меня языком, срывая с плеча накидку и впиваясь зубами в плечо, так как будто хотел оторвать от меня кусок плоти.
— Умоляю… — простонала я, чувствуя его зубы, впивающиеся в кожу и оставляющие глубокий красные след.
— Молодец. А ты стала более послушной, как я посмотрю. — Прижимая меня к себе, произнес он. — Ей дадут покрывало, но она останется сидеть в этой клетке. А сейчас ты вернёшься к себе. — Грубо схватив меня и, не обращая внимание на, то, что мне больно, он потащил меня обратно. Но не в ту холодную комнату. Ливэй привел меня в старую, по — видимому хозяйскую спальню. Она была протоплена и там стояла кровать. Грубо кинув меня на нее, он развернулся и вышел, щелкнув засовом. Я снова оказалась в плену.