Кровавый цветок (СИ)

— Что?… Хочу….Да…. — похоже, она ничего не поняла из сказанного.
— Чего ты хочешь?
— Быть с тобой…. Мне нравиться быть с тобой….
— И почему же?
— Ты меня не…. Не обижаешь….
— Вот значит как…. Что ж, этого пока достаточно.
Моя рука скользнула по внутренней стороне бедра от колена поднимаясь выше, щекоча нежную кожу и заставляя раскрыться мне. Пальцы коснулись пульсирующего лона, и я проник, внутрь оглаживая разгорячённые стенки и эмитируя движения, перед тем как проникнуть в Алексис самому. Она сокращались настолько быстро и затягивали, что я чувствовал, еще немного и накинусь на нее, как зверь.
Алексис
Чувствуя, как Дэя играет со мной, внутри все затрепетало и начало гореть огнем, обволакивая его. После той пытки, что он мне устроил, я еле соображала. Собачка? Какая к черту собачка?! Но тут мои мысли прервались от новых ощущений, его пальцы начали свой новый танец, натирая и зажимая горошинку до такого предела, что мне захотелось не просто выгнуться, а превратиться в тетиву пускающий стрелы. Попытавшись выгнуться, я не смогла этого сделать по той причине, что Дэй крепко держал меня за плечи, а когда я пыталась вырваться, покусывал мне шею, как дикий зверь в период гона. Эта пытка была настолько сладка, что я больше не могла сдерживать стоны, и они были так постыдно громки, что мое лицо все покрылось алым румянцем до самых кончиков ушей. Мои бедра разъезжались и содрогались от того удовольствия, что он мне дарил, и тут эта пытка прервалась, а я как расплавленная свеча так и осталась лежать на нем, тяжело дыша.
— Ты думаешь, что это все? — После этих слов сказанных мне на ухо я почувствовала знакомое давление и Дэй вошел в меня, но не весь, и застыл как каменная статуя, а я чувствовала его жар и это сводила меня с ума. Уж кто, а он действительно мастер пыток, не я. Его рука легла мне на горло, и я ужасно испугалась, вспомнив прошлое, и инстинктивно попыталась вырваться. — Не бойся, я не сделаю тебе больно, просто получай удовольствие. Согни ноги и поставь их на край кровати. Раздвинь их широко и наслаждайся. — Сделав так как он попросил меня, я почувствовала, как изнутри все пульсирует и я чувствовала Дэя еще сильнее, жар усиливался с каждым движением. Не думала, что будет так приятно.
Положив мне вторую руку на низ живота, он медленно двигался, его разгоряченная плоть обжигала меня, я попыталась податься на встречу, но Дэй еще крепче прижал меня и, погрузившись полностью, продолжал пытку, медленно двигаясь внутри, заставляла неровно дышать, прикусывая губы, чтобы не закричать во весь голос. Я чувствовала его руку, держащую меня и соприкосновения плоти изнутри, это было настолько приятно, что, не выдержав, я застонала, и в этот момент темп стал немного быстрее, а давление усилилось.
— Стой…. Это сводит с ума…. Я…. Не выдержу….
— Разве? — Дэй коварно усмехнулся и остановился на мгновения, а затем вновь двинулся вперёд и затих. — А как тебе этот вариант?
— Н…настоящая камера пыток…
— Ммм…. А мне это нравиться. А то, как то твоя камера была скучновата. Ешь, спи, выздоравливай. Никаких развлечений.
И вновь он раз за разом повторял эти движения, мои ноги уже дрожали от усталости и соскальзывали. Заметив это он убрал руки с моей шеи и живота и подхватив бедра начал резко наращивать темп, биться о сокращающиеся от его ударов стенки лона, входить до самого конца и иногда резко останавливаясь снова начинал то же самое действо пока последние удары не прекратили пытку и я почувствовала, как горячие струю его семени обволакивают меня изнутри, но мне было все равно. Вместе мы упали на постель и еще долго лежали, не размыкая объятий. Я понимала, что точно пойду вместе с ним.
Друзья или нет
15
Дэй
Проснувшись до рассвета, я решил пройтись и заодно купить припасов в дорогу. Спускаясь вниз и почувствовав ароматы, исходящие со стороны кухни, ноги сами понесли меня к угловой двери. Там трудились две весьма крепкого телосложения женщины, и один мальчик поваренок стоял у вертела, на который был насажен упитанный кабанчик. Мальчишка буквально спал стоя, изредка встрепенувшись, словно птенец и поворачивая вертел. Видимо мясо готовилось с самой ночи. Вспомнив, любовь Алексис к дичи, я недолго думая решил оплатить сытный завтрак и попросил набрать небольшую суму припасов с расчетом на двух человека, которой бы хватило на четыре дня. Подходя к хозяину гостиницы, для того, что бы оплатить расходы, я заметил, как он, поглядывая на меня, криво улыбнулся, а потом и вовсе подмигнул, но больше ничего не сказал. Обменявшись несколькими вежливыми фразами, я узнал, где можно приобрести дорожную одежду и амуницию. Уже направляясь к выходу, я встретил Рейну, она, преградила мне дорогу, и некоторое время строго смотрела на меня, ничего не говоря, но затем все же сказала.
 
— Вчера в конюшне был твой человек? Он приближенный к тебе?
— Удивительно, что от твоих глаз ничего не ускользает.
— Я спрашиваю не потому, что не доверяю, а наоборот, хочу быть полностью уверенна. Что могу доверить тебе Алексис и пойти своей дорогой. Мои люди порядком устали. Некоторые из них, как ты мог заметить, не молоды. Держаться в седле столько времени утомляет.
— Да. Этот человек мой приближенный, а точнее правая рука. Я отправил его вперед, предупредить о нашем прибытии.
— Ты возьмешь ее с собой? — Я утвердительно кивнул в ответ. — Что ж я рада. Но запомни, если с ней случиться хоть что — то, я сама лично приду с моими людьми на твою землю и устрою тебе разнос. Позаботься о ней хорошенько, Алексис умеет бравировать словами и нарываться с помощью их же на большие неприятности. Оружие ей особо не помогает. Единственное, что она действительно умеет почти в совершенстве, так это стрелять из лука. — С этими словами она протянула мне сверток и небольшой конверт. — Нам лучше уйти без прощаний иначе она нас не отпустит, и ты это прекрасно знаешь. Еще, мы купили ей лошадь и одежду. Иди. И будь с ней. — Она развернулась и пошла к выходу, поднимающиеся лучи солнца освещали ее удаляющийся силуэт.
Алексис
Я проснулась от слепящих глаза солнечных лучей, укрытая простынями, но в полном одиночестве, тело было, как вата, так, что я еле шевелилась. Эта пытка была восхитительна. Привыкнув к утреннему свету и присмотревшись, я увидела ширму отгораживающую кровать от остальной комнаты, а на ней весела чистая и новая одежда. Сейчас мне показалось такой глупостью, тем, чем я занималась эти годы, пряча в лесах, как скарбник золото. Сладко потянувшись до первого хруста в костях и встав с кровати, я медленно, можно сказать, что подползла к ширме с одеждой, натянув весь комплект, и выйдя босиком, открыла небольшое окно. Подул свежий осенний ветер, запахло выпечкой и мясом. Вновь этот запах. Он становится все отвратительней с каждым разом. Все же не став закрывать окно я быстро прошла через всю комнату к столу, где стояла еще вчерашняя еда и, заметив в темном углу тарелку с ранее незамеченным сыром, добавила к нему фруктов и стакан воды направилась обратно в кровать. Остановившись у стула с моей сумкой и, достав оттуда бутылек с темным порошком, я добавила его в воду и вдохнув в грудь побольше воздуха, выпила залпом. Меня чуть не вывернуло наизнанку, хоть в прошлые два раза было и не очень, но терпимо, а теперь же хотелось блевать после этого. Вновь налив воды в эту же чашу, я выпила, и почувствовала то же самое. Пришлось пить воду пока рвотный рефлекс не сошел на нет. В этот момент дверь открылась, и в комнату торопливым шагом зашел Дэй. К счастью, я успела спрятать бутылек в сумку.
Дэй
После разбирательства с конюхом, я все — таки сумел выбить из него деньги за плохую работу. И даже получил от хозяина деньги «за моральный ущерб», а конюх нагоняй, и возможно уже не первый, поскольку далее посыпались угрозы увольнения. Дабы загладить ситуацию, я дал хозяину один шин за вчерашнее хорошее обслуживание и, кинув конюху простенькую работёнку, подготовить новую лошадь, мерно пошел обратно. В этот момент, я почувствовал Алексис. Мана, которую она получила от меня — сработала. Чувство смятения и немного страха. Мои чувства обострялись с каждым приближающимся к ней шагом, все больше и больше. Не зная, что могло произойти, я, перепрыгивая через ступеньку, поднялся на второй этаж и, распахнув дверь, быстро прошел через всю комнату, обнаружив ее спокойно сидящей на кровати и доедавшей вчерашний ужин. На вид, конечно, она была невозмутима, но внутреннее состояние говорило об обратном.