Кровавый цветок (СИ)
— Все равно. — Тихим голосом сказала она.
Отбросив в сторону клочок ткани, припав к ее разгорячённым и влажным губам, нежно надавив, я проник вглубь, и наши языки сплелись в страстном поцелуи. Тем временем моя рука скользнула вниз по ее талии, и коснулась ее бедра, снимая с него остатки одежды. Алексис застонала, когда я развязал последние верёвочки и оставил ее абсолютно беззащитной, на что я лишь усмехнулся. Взяв ее ногу, и закинув ее себе на плечо я слегка потерся о нее, заставляя почувствовать, что она меня вынуждает делать. А затем, оторвавшись от ее губ взглянул на Алексис. Взгляд девушки был как в тумане.
— Алексис….Ты же понимаешь, пути назад нет. — Она лишь кивнула.
Проведя рукой по внутренней стороне бедра, дотронувшись до горошины и скользнув ниже, где уже было так влажно, я почувствован невероятный жар и пульсацию. Алексис вздрогнула и подалась вперед. Ну, уж нет, не так быстро, удовольствие должны получать обе стороны. Взяв ее за руку, я притянул ее ладонь к своему паху. Она замерла на мгновение, а затем прошлась рукой, снизу вверх остановившись на застежках, а затем дрожащими руками расстегнула пару пуговиц. И где та смущающаяся моего тела девушка? Отодвинув ее руку, я сам расстегнул и снял остатки своей одежды, отбросив ее в сторону. Взяв Алексис за руки одной рукой, и закинув их ей за спину, второй поглаживая ее плоский живот, я наклонился и легко прикусил ее сосок. От неожиданности она застонала и попыталась выгнуться, но я удержал ее, продолжая целовать и покусывать ее соски. Языком, прокладывая тонкую дорожку, убрав руку с живота, я скользнул ей по внутренней стороне бедра, все также удерживая Алексис, в капкане. Она же извивалась как угорь, заглушая громкие стоны, покусываньем губы. Коснувшись ее лона пальцем, и чувствуя, как ее соки стекают по бедру, я чуть не сошел с ума. Мне так захотелось разом овладеть ей. В этот момент Алексис выгнулась и застонала, а я, отпустив ее руки, устроился промеж бедер и прошелся языком вбирая ее вкус, посасывая маленькую горошинку, провел пальцем по влажной окружности, лишь слегка надавливая и дразня ее.
— Боже….
— Не уверен, что это я….
Алексис
Последнее что я помнила, так это то, что мне стало очень плохо прямо у дверей в камеру, а затем я наговорила такого, чего и сама от себя ни как не ждала. Неужели я так накинулась на Дэя? И самое отвратительное, что, только сейчас придя в себя от его сладкой пытки, осознав происходящее полностью, но не хотела, что бы он останавливался. Развратница.
— Боже…. — простонала я чуть слышно.
— Не уверен, что это я…. — послышался хриплый от страсти голос Дэя.
Прикрыв рукой, лицо и подавшись на встречу, призывая его к действиям, я пыталась добиться большего удовольствия. Лицо пылало от стыда и одновременно вожделения. Хочу чувствовать его всем нутром, и пусть это будет моей ошибкой, но я никогда не буду жалеть об этой ночи.
Его рука легла мне на кисть, а рядом с ухом послышался его тихий голос:
— Не смей скрываться от меня. Я хочу видеть все эмоции отраженные на твоем лице. Это моя пытка специально для тебя, «хозяйка».
С этими словами Дэй отодвинул мою руку и впился в мои губы, легко разомкнув их, и я почувствовала, как наши языки сплелись в страстном поцелуи. На языке оставался солоноватый привкус, но это еще больше возбуждало. В этот момент я почувствовала, как его мужское естество упирается в промежность и вздрогнула.
— Не бойся, я буду нежен. — Прервав наш поцелуй, сказал он. — Обними меня покрепче. Можешь делать все, что тебе взбредет в голову в этот момент.
Между тем давление усиливалось, и я почувствовала, как Дэй медленно вторгался в меня. Резкая боль пронзала насквозь, но желание чувствовать его, пересиливало. Прижавшись к нему, чувствуя жар и пульсацию, я подалась вперед, но боже, как я была самоуверенна. Всхлипнув, я вцепилась в недавно затянувшиеся шрамы на его спине и уткнулась лбом в его плечо. Аромат Дэя ударил мне прямо по нервным окончаниям, и я застонала, когда почувствовала, как он проник в меня еще глубже.
От лица Дэя
Алексис была настолько чувственной и нежной, что я еле сдержался, чтобы не сделать ей больнее. На ее лице отражались все эмоции: опасение, любопытство, желание, страсть. Она пыталась взять на себя инициативу, как и всегда. Но не в этот раз. Я чувствовал, как с каждым движением она начинала пульсировать и сжиматься, сводя меня с ума и подаваясь вперед. Наконец дойдя до препятствия, я остановился, а Алексис глухо застонала, уткнувшись еще сильней в меня. Почувствовав на себе ее мокрую щеку, я, нежно взяв ее под голову и приобняв за талию, присел вместе с ней на кровати. Она вскрикнула и всем телом прижалась еще крепче. Этап был пройден, теплая струйка потекла по бедру, а я полностью погрузился в ее горячее лоно.
— Все нормально? Я могу продолжить?
— Да… — заглушая всхлип, ответила Алексис.
Алексис
Почувствовав легкий толчок, а затем разрывающую изнутри боль, я вся сжалась задержав дыхание, а затем почувствовала, как Дэй медленно, словно нож режущий масло погрузился в меня без остатка. Это было больно, но и прекрасно одновременно, чувствовать его горячую пульсирующую плоть внутри себя. Даже, когда он задавал вопросы, я не особо вникала, лишь один раз утвердительно ответив. Я чувствовала, как его руки медленно гладят мою спину, спускаясь все ниже, и обхватывают мои бедра, двигаясь во мне, по — садистски медленно. Решив не отставать, я подалась на встречу, но Дэй меня остановил.
— Я же сказал, что сегодня я пытаю тебя, Алексис. — Его голос был хриплым от возбуждения.
С этими словами он повалил меня на спину, заставив содрогнуться от ощущений наполненности им. Темп его движений нарастал, так медленно, что это сводило с ума. Он покусывал мои груди, оставляя следы на кожи и заставляя стонать, чуть ли не во весь голос. Дэй протянул руку к шеи, и, расцепив мои объятья, завел мои руки за голову, а второй рукой подхватил мое бедро, закидывая ногу себе на плече и резко нарастил темп. Я чувствовала, каждый его рывок и больше не могла сдержать стонов, которые становились все громче. И начала подаваться вперед ему на встречу. Рука Дэя крепко сжимала мое бедро, сгибая ногу так, что колено, касалось груди, а он нависал надо мной, его глаза были прикрыты.
От лица Дэя
Я уже не мог контролировать, то, что творил. Как только услышал ее стоны, мое сознание помутилось. Хоть и обещал, что буду нежен. Схватив Алексис и зафиксировав её, нарастил темп почти до предела, чувствуя каждое ее содрогание, заметив как она подается мне на встречу, сделав последние рывки излился в нее. Даже если бы я попытался остановиться, то у меня бы ничего не вышло, Алексис была так тесна и горяча, что я потерял голову. И мертвым грузом лег сверху. Тут на мои плечи легли ее дрожащие руки.
— Все хорошо….Я этого хотела.
В ответ я лишь зарылся в ее длинные волосы, прячась от самого себя. Еще тот безответственный идиот.
— Достань одеяло, кровать вся мокрая от воды. — Послышался ее ослабший голос. — Оно под кроватью.
Встав с кровати и потянувшись, я порылся под ней, и действительно, там лежали свертки. В одном из них было теплое одеяло, а в другом черная одежда и такой же плащ.
— Оденься в это завтра к полуночи. Мы уходим. — Шепотом сказала Алексис. — А теперь давай выспимся, завтра тяжелый день. — Вытянув из моих рук одеяло, она накрылась им, лишь макушка торчала из — под него.
Лежа рядом с ней, я долго не мог, заснут. Наша одежда, которую я повесил сушиться, могла и не досохнуть до утра. Меня мучал один вопрос доживу ли я до полуночи, если в прошлый, раз мне угрожали отрезать язык, что теперь?
С утра меня разбудил громкий, возмущенный возглас «Кхм». Как я и предполагал эта был мой Ангел смерти. Брови Оливии сошлись над переносицей, а глаз поразил нервный тик. Приготовившись к смерти, я никак не ожидал, что она, схватив меня за волосы, рывком отбросит на ледяной пол, и в тот же момент встряхнув, Алексис за плечи, отвесит своей леди жирную оплеуху. Та сонная и ничего не понимающая взвизгнула.