Дело о детях благородных семейств (СИ)

Пока же он обдумывал то, что узнал. Итак, в этот раз появился не только слуга, но и сам заказчик. И снова подтвердилось, что это богатый аристократ. Кто б ещё стал платить золотом за то, что оплачивается серебром? К тому ж понятна стала и некоторая его неосведомлённость в таких делах. Он молод, очень молод, а значит, не может быть кем-то, кого он обидел десять лет назад. Кого же он задел в этот раз? Кто это может быть? Гладкое лицо, каштановые волосы, высок и статен. Большая часть молодых аристократов Сен-Марко из богатых семейств отличаются миловидностью, таких всегда привечали при дворе, потому заботливые матушки тщательно следят за чистотой и гладкостью лиц своих сыновей.Каштановые волнистые волосы — через одного, а иные специально красят локоны в этот цвет, потому что каштановый медного оттенка всегда считался цветом кудрей принцев Монморанси. Высок и статен? Знать Сен-Марко издавна славилась этим, и потому низкий рост некоторых дворян вызывает насмешки за их спинами. Зовут же Айолина Делвин-Элидира карликом, хотя не так уж он и мал ростом.
И всё же Марк продолжал перебирать в памяти молодых людей с такими приметами, с которыми сталкивался в последнее время. Нет, он ни с кем из них не ссорился, никого не обидел. Напротив, среди юношей благородных семейств он всегда пользовался уважением, им восхищались, ему подражали. Так кто ж из них настолько озлобился, что возжелал, чтоб он сам «полез в петлю»?
Тем временем они добрались до заполненной народом Королевской площади и свернули в сторону Серой башни.
— Что это там? — услышал он взволнованный возглас Эдама и, обернувшись, увидел, что оруженосец поднялся в стременах и смотрит куда-то в сторону домов, возвышавшихся напротив королевского дворца.
Только тут он обратил внимание на крики и шум, а потом увидел толпу с факелами, собравшуюся возле особняка графа Анжу. Он разобрал угрозы и проклятия и, развернув коня, поскакал туда. Следом, разгоняя криками прохожих, устремились оруженосцы. Подъехав ближе, Марк бесстрашно двинулся на собравшихся, и зеваки поспешно расступились, распознав в его скакуне боевого коня, обученного в бою давить и бить противника копытами.
Выехав вперёд, Марк увидел, что крыльцо дома обступили вооружённые люди во главе с высоким мужчиной в боевом доспехе, а на ступенях в окружении слуг, ощетинившихся клинками и наложенными на луки стрелами, стоит граф Анжу с мечом в руках.
— Грязный безродный пёс! — орал граф, свирепо скалясь. — Ты ещё осмелился явиться сюда со своей сворой и предъявлять мне какие-то претензии! Ты, который не смог воспитать свою дочь в покорности и целомудрии, смеешь обвинять в её пропаже моего сына? Да кому нужна твоя девка, на которую не позарится и пьяный солдат?
— Как ты смеешь оскорблять меня, напыщенный осёл? — вторил ему взбешённый противник. — Твой сын такой же волк, привыкший резать овец, как и ты! Он опустился до того, что похитил честную девушку, а теперь скрывается, боясь, что его призовут к ответу! Или ты думаешь, что, если я изгнан от двора вашим мальчишкой-королём, то я не смогу защитить свою семью? Я здесь и сейчас лягу костьми, но призову вас к ответу!
— Так ляг! — взревел граф, подняв руку, и его лучники натянули тетивы.
— Прекратить! — крикнул Марк и, выехав вперёд, остановил коня между графом и его противником.
— Уйди, де Сегюр! — прохрипел граф, потрясая мечом. — Это наше дело! Мы разберёмся без тебя!
— Да что вы? — воскликнул Марк, в то время как его скакун возбуждённо танцевал, почувствовав боевой настрой. — Вы будете разбираться, устраивая кровавое побоище под окнами королевского дворца? Вы ума лишились, граф? Или думаете, что сможете отодвинуть меня одной рукой? Я здесь от имени короля Жоана, и я требую опустить луки и убрать мечи в ножны!
— Ты не имеешь право встревать, де Сегюр! — проорал мужчина в кольчуге и, обернувшись, Марк, наконец, узнал его.
— Я вижу, виконт де Комборн, вам мало тех бед, что обрушились на вашу голову последнее время? Вам не жаль себя, так, может, вспомните о сыне и не станете хоронить его будущее?
 
— Я здесь, де Сегюр, и я поддерживаю своего отца! — раздался молодой голос и Марк увидел высокого светловолосого юношу, наряженного в красивую кольчугу. — Я готов сразиться с тобой здесь и сейчас, чтоб очистить нам дорогу.
— Я принимаю твой вызов, де Комборн! — злобно крикнул Марк и вытащил меч.
Но стоило ему сделать это, как виконт, оттолкнул сына назад и закрыл его собой.
— Он тут ни при чём! Уйдите, господин барон, дайте нам разобраться во всём самим...
— Вы готовы устроить поножовщину под окнами короля, и хотите, что б я ушёл отсюда? — поинтересовался Марк, сжимая эфес меча. — Скорее, я препровожу вас и вашего сына в подвал Серой башни по обвинению в уличных беспорядках и нападении на чужой дом! 
В это время толпа, заворожённо наблюдавшая за происходящим, начала рассеиваться, и появились стражники во главе с капитаном крепости. Увидев его, Марк скомандовал:
— Разогнать толпу! Окружить людей де Комборна и встать цепью у дверей Анжу. Всех, кто не подчиниться приказу убрать оружие немедленно, арестовать и в тюрьму! В случае сопротивления — убить на месте!
Капитан, поймав его взгляд, кивнул и быстрыми жестами распределил своих солдат, как ему было указано. Очутившись в окружении, виконт мрачно взглянул на Марка, но без возражений с лязгом загнал меч в ножны. Его люди тоже убрали оружие.
— Мы уходим, — проговорил де Комборн.
— Пусть идут, — Марк взглянул на капитана.
Стражники расступились, и виконт направился в сторону Королевской улицы, а барон обернулся к Анжу.
— Что происходит, ваше сиятельство? Вы забыли, где находитесь?
— Как видите, мы лишь оборонялись, ваша светлость, — проворчал граф, тоже убирая меч. — Эти псы явились сюда требовать ответа, в то время как сами должны отвечать по закону.
— Вот! — кивнул Марк. — Как хорошо, что вы, наконец, вспомнили о законе! Если вам нанесли обиду, то вовсе незачем устраивать беспорядки. У нас есть суд и полиция, если вас оскорбили либо иным способом нарушили ваши права, подайте жалобу, но не лейте кровь на эти камни.
— Я понял вас, — граф мрачно смотрел на него. — Если б я находился за стенами Сен-Марко, то мог бы самостоятельно отстоять свою честь и честь моей семьи, но находясь в городе, принадлежащем королю, я должен подчиняться установленным законам. Хоть мне и нелегко передавать кому-то это бремя, поскольку я сам считаю себя в силах защититься и воздать своим обидчикам по заслугам!
Он снова с пылом взглянул на Марка, но тот только покачал головой.
— Я знаю, что вы отважный воин и никогда не бежали от врага, ваше сиятельство. Но вы не на войне, вы здесь, в Сен-Марко. Наш король нуждается в поддержке, он молод и принял на свои плечи тяжкую ношу. Не создавайте ему дополнительные проблемы. Только кровавой бойни под стенами дворца ему сейчас и не хватало.
— Не отчитывайте меня, как несмышлёного пажа, — без тени обиды проворчал граф. — Я обещаю, что не полезу в драку. Но не могу поручиться за этого пса де Комборна.
— Вряд ли он нуждается в вашем поручительстве, и потому я сам приму меры, что б и он вёл себя разумно. Капитан, оставьте десяток стражников возле этого дома до особых распоряжений.
— Вы берёте меня под арест? — невесело усмехнулся Анжу.
— Скорее, под охрану, и не вас, а ваш дом.
— Как вам будет угодно.
Граф вздохнул и, кивнув на прощание, начал подниматься по ступеням лестницы к двери.
Вернувшись в Серую башню, Марк направился к себе, но неожиданно увидел на верхних ступенях винтовой лестницы графа Раймунда. Заметив его, граф скомандовал:
— Зайди ко мне, — и, развернувшись, пошёл наверх.
«Как собаке свистнул», — подумал Марк, но безропотно пошёл следом.
Войдя в свой кабинет, Раймунд прошествовал к креслу за столом, а Марк, не дожидаясь приглашения, сел на стул перед ним. Граф какое-то время перебирал бумаги на столе, а потом нашёл нужную и строго взглянул на барона.