Вуаль. Крыло четвёртое (СИ)
— Ммм…. Приемлемо. — Сделав вид что раздумывала сказала Ермолова, кивнув головой, застенчиво отведя взгляд из-за очень близкого расположения наших с ней лиц. — Чего вылупился как мышь на крупу?
— Мордашка у тебя милая. — Улыбнулся я, положив руки на упругие округлые ягодицы княжны от чего она ойкнула, начина уверенно наглаживать.
— А у тебя бля@дливая. — Недовольно буркнула Зоя, демонстративно не обращая внимания на мои вольности, и уперевшись мне в плечи, приняла сидячее положение, якобы случайно поёрзав своей промежностью по ранее воодушевлённому шаловливыми пальчиками ножки «Дружку». — И глазёнки развратные… Ладно, пойду мыться.
Хлопнув мне по рукам, сняв их со своих ягодиц, Зоя встала, специально демонстрируя просвет халата больше чем нужно и прыгнув в тапки, ушла, призывно виляя бёдрами, ответив «Обойдёшься» на моё брошенное ей вслед предложение «потереть спинку».
Романовский магический лицей.
На форсированном ходу я влетел в холл первого этажа лицея, делая крен влево, торопливо переставляя ноги. Причиной тому стало сообщение пришедшее мне на телефон. Выпуская пар из ноздрей, взлетев по ступеням, короткими перебежками лавирую между учащимися спешащими на лекции, я оказался у нужного кабинета. Постучав, и заглянув внутрь, спросив разрешения, приняв максимально спокойный вид я вошёл внутрь, усевшись на стул рядом с ректорским столом.
— Здравствуйте, ректор. — Елейным голосом начал я, доставая из кармана смартфон, включая экран, после чего развернул его к Морозову. — А что это такое?
— Это таблица рейтинга лицея, Станислав. — Сообщил мне очевидную вещь ректор, не понимая или делая вид, что не понимает, пожав плечами. — Что не так?
— Мне кажется, здесь небольшая ошибка. — Изображая само добродушие потрусил я смартфоном, указав на его экран.
— Стас, я сейчас занят, а рейтингом занимается Авдей. — Спокойно сказал Морозов уловив, что меня не устраивает. — Тебе лучше к нему обратится, он быстро во всём разберётся. Мне правда некогда….
— Понял. Не буду отвлекать….
Кивнув на прощание, я быстрым шагом вышел из кабинета, потрусив к лестнице. Через несколько минут оказавшись возле ещё одного кабинета я вошёл внутрь, и буркнув «Никому не здрасте» направился к Бляхеру, который сидел и что-то пырил в своём ноутбуке.
— Милейший Авдей…. — Взяв высокопарную ноту обратился я к полулысому скверху в шортах с глубоко посаженными глазками, показывая экран своего смартфона. — Позвольте узнать, а что вот это?
— Это таблица рейтинга лицея. — Пожал плечами Авдей и довольно хрюкнув добавил. — И за «милейшего» спасибо.
— Не во что, уважаемый Авдей. Это я и сам вижу. Почему здесь так? — С едва заметным раздражением произнеся это, я тыкнул пальцем в свой портрет, который сейчас находился на второй строчке рейтинга. — Вам не кажется, что здесь какая-то «малюююсенькая» ошибка!
— Спокойно, княжич. — Выставил вперёд ладони рук скверх-счетовод. — Сейчас проверим.
Вновь пыря в свой ноутбук, Авдей застучал по клавишам. Так продолжалось около двух минут. Когда я уже начал терять терпение, Бляхер закончил свои манипуляции и поднял взгляд, пожимая плечами.
— Нет здесь никакой ошибки, Станислав. — Уверил меня Авдей, хлопая глазами. — После пересчёта голосов Глеб Распутин на первом месте рейтинга. Теперь он «топ» Романовского лицея.
— Пересчёта? — Переспросил я нахмурившись.
— Ну да, пересчёта. Что тут такого? — Искренне удивился Бляхер, вновь пожав плечами. — Княжич Глеб из РАВМИ ведь к нам перевёлся, вот и понадобился пересчёт.
— Авдей, если на то пошло, то если устроить этот «пересчёт», как вы говорите, то у Распутина должно стать меньше голосов, но никак не больше. — Вкрадчиво заявил я, на что Бляхер наморщил лоб.
— Это ещё почему, княжич?
— Ну вот смотрите, Авдей. — Решил привести я пример. — Возьмём те же дисциплины. Предположим в РАВМИ Глебу за некие заслуги, скажем математик, присвоил все свои десять голосов, после чего княжич перешёл к нам, и отличился на том же предмете, получив десятку голосов от нашего. Понимаете о чём я? Как-то не очень честно получается по отношению ко мне? Вы так не считаете?
— Именно поэтому, пока не кончится месяц и не начнётся следующий, наш математик не сможет отметить заслуги Глеба Распутина голосами. — Видя моё вопросительное лицо, Авдей решил пояснить. — Здесь идёт привязка к самой дисциплине и преподавателю. В твоём примере Глеб Распутин уже получил десять возможных голосов, которые были выданы на месяц преподавателю РАВМИ. Даже если бы наш Гильберт захотел отметит Глеба, приложение не дало бы ему этого сделать в этом месяце.
— Хорошо… — Протянул я, понимая к чему клонит Авдей. — Другой момент, голоса полученные от учащихся. До этого Глеб получал голоса от симпатизировавших ему учащихся своей академии, а потом перешёл к нам….
— Здесь ещё проще, хотя есть утверждённый алгоритм для коррекции подобного рода, но его не потребовалось применять.
— Это ещё почему? — Сказанное Бляхером меня искренне удивило.
— Потому, что у Глеба Распутина нет ни единого голоса полученного от учащегося РАВМИ. — Вогнал меня в лёгкий ступор своим ответом Бляхер.
— Как нет? Никогда в это не поверю. Даже от тайком вздыхающей по нему какой-нибудь девчушки? — Опешил я, почесав затылок.
— Иди сюда… Вот смотри. — Клацнув по клавиатуре, дождавшись когда я подойду, Бляхер указал на экран. — Это подробная распечатка с разноцветными маркерами всех голосов Глеба. У учащихся маркер жёлтого цвета…. Теперь листаем список…. Убедился, княжич? У Распутина младшего нет ни единого голоса от других учащихся РАВМИ.
— Странно… Стоп… Авдей, строки красным маркером подкрашенные означают дуэли?
— Да, княжич. Всё верно. У Глеба голоса лишь от преподавателей, классность и за поединки, коих у него…. — Вместо слов, Авдей медленно протянул ползунок прокрутки, показывая алеющий список. — Как видишь… Все дуэли официальны. Победа в каждой отмечается стандартными десятью голосами из общего фонда, всё что выше — из баланса ректора. Странно, что его отец ни разу не поощрил сына со своего баланса, а давал лишь стандартную «десятку» из общего.
— Ладно, Авдей… Ты мне доказал, что все вычисления идут по выверенным методам….
— А как иначе?! — Всплеснул руками главный статист, с лёгкой обидой глядя на меня. — Ещё до твоего поступления мы не один месяц коллективно вырабатывали систему учёта, принимая в расчёт различные нюансы. Тебе кажется это простым, но на самом деле за тем, что я тебе сейчас объясняю стоит титаническая работа статистов не только нашего лицея, но и остальных высших магических учебных заведений.
— Всё-всё, достопочтенный Авдей, не заводитесь. — Поспешил успокоить я нашего гения рейтингового учёта, наградив новым эпитетом. — Ответьте только на два вопроса… Что такое упомянутая вами «классность» и как получилось, что у Глеба появилось лишних шестьдесят очков и он меня опережает теперь на сорок голосов?
— Классность — это участие в кружках лицея. — Сообщил мне Авдей, поспешив пояснить. — Тебе лучше почитать об этом в памятке приложения. Там всё подробно рассказано об этом. И да… Ты не состоишь ни в одном кружке. Если так продолжиться, то в конце месяца у тебя отминусуется 5 голосов за отсутствие участия в жизни лицея.
— Эммм…. Вот это поворот. — Не нашёл я даже что сказать, но тут же решил подсуетиться. — Авдей, а возьмите меня к себе журналистом, раз уж я пришёл. Так можно?
— Можно… — Немного подумав, Бляхер полез в ящик стола и покопавшись там, протянул мне белый шеврон с изображением объектива камеры.
— Это что? — Нахмурился я, приподняв бровь. — А как же повязка?
— У тебя высокий рейтинг, так что делать тебя обычным корреспондентом неправильно. — В очередной раз удивил меня Авдей, после того, как я принял от него самоклеящуюся нашивку. — Будешь специальным корреспондентом.
— А что делать нужно? — Сразу насторожился я, ища подвох.