Товар возврату не подлежит (СИ)

Черт! Давно во мне никого не было.
— Не так быстро!
— Что? — лоб, покрытый испариной, коснулся моих губ.
— Черт, помедленней, не бабу трахаешь!
Поцелуй у нас получился соленым.
Было ли больно? Не очень, но тело не хотело расслабляться, ожидая подвоха от этого неугомонного. Естественно, он долго не продержался, придавив меня своими костями.
Уткнувшись в мою грудь лицом, он тяжело дышал:
— Ну, как? — мой сосок ощутил поток воздуха от его выдоха.
— Как в шестнадцать. Надеюсь, тебе не столько лет?
— Нет.
Кто тянул меня за язык! Он встал, подошел к шкафу и стал надевать на себя мои вещи. Я молча наблюдал. Одевшись, подошел и, вытянув из кошелька пару купюр, впервые после секса глянул на меня.
— Часы я оставлю на память о первом опыте.
— А мне что? Использованный презерватив?
Он наклонился и присосался к моей шее.
— Это тебе от меня.
— Через неделю сойдет. Развяжи.
Но он не развязал, молча развернулся и вышел.
Я дебил!
Часть 
Надеюсь, вам не знакомо это чувство, когда ты лежишь в темноте со связанными руками. Ты теряешь ощущение времени, вначале паника, потом наступает фаза укоров, вначале других, а в конце себя. Знал, но позволил. Сам, придурок, не сильно и сопротивлялся. Почему-то хотелось, чтобы произошло все не так, чтобы он оказался другим. Глаза же не могут обманывать?
Руки занемели, и глаза привыкли к темноте. Электронные часы показали, что прошло только полчаса. Подумать только, полчаса, а я уже успел успокоиться и даже представить, как мое остывшее тело будут осматривать следователи.
Точно! Колян! Он по-любому должен позвонить.
Если только… Он не спер...
В тишине раздался звук закрывающейся двери. Я напрягся. Колян бы позвонил в дверь, он и ногой будет стучать, если не открою, а здесь просто открыли и закрыли, зная, что дверь не заперта.
Это ведь не конец?
Дверь в спальню открылась, и от резкого света, от включенного освещения, заболели глаза.
— Не спишь? — раздался знакомый голос.
Открыв глаза, я увидел «Эдика», как ни в чем не бывало снимающего мою курточку. То ли от неожиданности, то ли подумав, что брежу, я не ответил, просто продолжая наблюдать, как он снимает остальную одежду.
Абсолютно голый, он подошел, выключил свет и, прижавшись ко мне, накрыл нас одеялом. У него были ледяные пальцы, которыми он сначала прикоснулся к моему животу, а потом к запястьям, развязывая галстук.
— На улице холод собачий, — заговорил он, как старый знакомый, прижавшись ко мне сильнее. — Я так замерз, а ты такой теплый.
Я попытался опустить занемевшие руки, но одну из них он перехватил и воспользовался как подушкой.
— У меня все занемело, ты где был?
— Искал ночную аптеку.
— Зачем?
Пацан привстал, освободив мою руку, что-то ища на полу. Раздался звук бляшки на ремне.
— Держи!
В занемевшую ладонь легло что-то квадратное по форме.
— Презервативы? — уточнил я, хотя сомнений почти не было.
— Сдачи не осталось. — Он прикалывается? Какая, нафиг, сдача?! — Посжимай кулак, так быстрее отпустит,— приседая рядом, сказал он.
Сейчас или никогда. Это мой шанс. Встать и выставить его за дверь. Все, что нужно, это протянуть руку и…
Он опустился и прижался ко мне снова, просовывая холодные ладони под меня. Словно котенок, пристраивая свой нос у меня под мышкой.
— Зачем ты вернулся?
— Ты сам знаешь.
— Я ничего не знаю, и если не ответишь, то и знать не хочу.
— Ты прикольный.
— Прикольный?! И это все? Ограблю, вынесу все из дома и еще поиздеваюсь. Это прикольно? Я не понимаю трактовки этого слова!
Он даже не соизволил пошевелиться.
— Ты и не поймешь, — промычал он мне в подмышку.
— Ты объясни, а я попробую.
— Ты любишь машины?
— Допустим.
— Представь… Ты видишь машину, которая круче некуда. Она проезжает мимо тебя иногда, и ты думаешь: «У меня такой никогда не будет». И однажды она останавливается возле тебя, дверь открывается и словно говорит: «Возьми меня!». Ты бы не покатался? Ты мечтал, ты хотел этого сильно, понимая, что тебе светит только,максимум, велосипед. Ты бы упустил шанс?
 
— Как для «прикольно» ты сейчас сильно завернул. И когда это я говорил тебе «Возьми меня!»?
— Впервые я увидел тебя на парковке возле супермаркета и целый час пас тебя в магазине.
— Значит, жертвой я стал не случайно? А ночной клуб?
— У тебя в кошельке была клубная карта.
— Следил, значит?.. Почему решил, что заплачу за тебя?
— На парковке ты так смотрел на меня, что я понял… И еще клуб. Ты же по мальчикам.
— Не по всем подряд.
— Ну, смотрел же…
Отодвинувшись, я посмотрел на его лицо. В темноте его взгляд из-под прикрывавших лоб волос казался детским.
— Ты же понимаешь, что взять что-то силой — это не приносит удовлетворения и радости. "Покатался" и что? Полегчало? Что изменилось? Трудно просто было подойти и познакомиться?
— Ты смеешься надо мной? Я пас тебя целую неделю, ты ни разу не посмотрел в мою сторону. Если бы не шапка… Я видел, какие гомики об тебя терлись.
Может, он и прав.
— И чего же ты от меня хочешь? — сразу перешел я к главному. — Кроме, конечно, ноутбука и телефона, которые ты уже спер.
— Не знаю. Может быть… — Он поцеловал меня в плечо и медленно продолжил, двигаясь вверх по шее.
Черт! Оттолкнуть?
Но я не оттолкнул, а вместо этого притянул и прижал очень крепко, перевернув на спину.
— Ты же знаешь, что может быть больно?
— Догадываюсь.
Только я не догадывался, что могу быть таким осторожным и внимательным. Хотелось показать ему, или вернее доказать, что секс может приносить обоюдное удовольствие. Мои старания не пропали даром, испачканная простынь тому доказательство. Стало так классно, сразу забылось все плохое, что произошло за сутки, притянув его к себе, я почти уснул, когда его кроличья натура снова проснулась.
— Что, снова? — пробубнил я полусонный, услышав в районе моего паха хлюпающее что-то наподобие «угу».
Кролики, они такие…
***
Проснулся я от мата:
— Бля, Леха! Какого дверь не закрыта?! Где пацан? — привстав и оглянувшись, рядом с собой я его не обнаружил. — Твою ж мать! Я так и знал! Это как кота возле банки со сметаной оставить.
Присев на край кровати, Колян вздохнул и, посмотрев на бардак возле шкафа, спросил:
— Оно хоть стоило того?
— Угу, — протянул я, растянувшись на кровати, подложив руки под голову.
Колян обернулся и посмотрел теперь на меня.
— Бля, даже так! — прокомментировал он увиденное на моих руках. — Подвинься, спать хочу. Я, в отличие от некоторых, действительно боролся с преступностью, а не удовлетворял ее.
Пришлось уступить нехилый кусок кровати.
Когда он ушел? Ничего о нем не знаю. Даже имя, сомневаюсь, что настоящее.
Часть 
Принципиальные вещи делают из человека того, кем он является. Изменилось ли что-то после того случая? Думаю, да. Я стал оборачиваться в сторону невзрачных парней, интуитивно ища его взглядом. Кто знает, может, он стоит где-то в очереди к кассе за мной или на перекрестке, когда я проезжаю мимо. Если и вправду он искал встречи со мной, а я не обращал внимания?
Прошла почти неделя, я сменил замки в квартире и даже собрался с Коляном в клуб, как на подземном паркинге моего дома в водительское окно постучали.
Это был он.
Я опустил стекло.
— Привет, — сказал он, как ни в чем не бывало, улыбаясь.
— Привет.
— Где тебя носило? Пустишь погреться в машину?
Значит, меня носило, а не его. Ну-ну!
— Может, для начала познакомимся? Как зовут?
— Дима.
— Это более правдоподобно.
Открыв пассажирскую дверку, позволил ему сесть в машину. Он устроился и, улыбаясь, молча посмотрел на мое лицо.