"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Однако разбитые останки — это не полностью герметичная кабина сервобота. Чуткие датчики сумасшедших машин-убийц были ослеплены вспышками попаданий лишь на время, пока шёл бой. А затем, один из центурионов неизбежно увидел человека, спрятавшегося за кучей хлама. Пулемёт этого меха ранее заклинило очередью отчаянно отстреливавшегося Тита — поэтому он просто пошёл вперёд, чтобы растоптать и растерзать живое существо.
Центурион занёс над Региной, сжавшейся в комок под останками Тита-центуриона, свой кулак и замер. А потом продолжил движение и осторожно снял с девушки закрывающее её железо, сказав знакомым голосом:
— Всё закончилось, можешь вставать.
Часть 2
Из главных калибров — Интерлюдия
Васильевы всей семьёй вышли на виа, держа в руках чемоданы со скудным багажом, следом, чтобы их проводить, спустился Септим.
— Ну что, будем прощаться, спасибо за помощь, — Кассий протянул руку старому товарищу.
— Всего лишь до свидания друг, до свидания — в вечности мы будем одним целым, — сказал Септим, отвечая на рукопожатие.
С тех памятных событий, когда Единые спасли Кассия от рабства в виртуальной сфере робота, Септим ни разу больше не демонстрировал своей скрытой силы. Обычный сосед, добрый товарищ по детским играм, и, с недавних пор, хороший друг. Кассий так к нему и относился, почти забыв уже о случившемся и мало обращая внимание на регулярные поучительные рассуждения скромно живущего Септима о смысле человеческого бытия.
— На вот, возьми, — Кассий протянул Септиму фигурку древнего космонавта на шнурке. — На память, помнишь, как ты в детстве хотел выменять? Я сегодня случайно нашёл, когда вещи собирали.
— Память… — Задумчиво протянул Септим, — это самое важное, что остаётся у человека после всего. Спасибо, Кассий!
Внезапно он замер.
— Что-то не то…
Кассий страдал тревожностью и повышенной мнительностью с момента насильственной попытки вернуть ему робосферу на голову, поэтому бывший робот сразу отреагировал и стал озираться по сторонам.
— Что? А?
— Быстрее обратно в блок, оно начало!
Септим схватил за руку младшую дочь Кассия и потянул её, направляя внутрь блока:
— Давайте, давайте!
Жена непонимающе посмотрела на Кассия, но он, уже приученный жизнью к неприятностям, также повторил ей:
— Быстрее внутрь, — и, схватив свободной рукой старшую дочь, повернул обратно, внимательно следя, чтобы его Кармелла тоже не замешкалась.
А у них за спинами уже нарастал шум уличных беспорядков.
Роботы, в обилии находившиеся в этот час на виа, внезапно и одновременно прекратили свои разнородные занятия — их движение приобрело единую целеустремлённость и чёткость.
— Гражданин второго класса, вам следует одеть сферу, — глухой и лишённый эмоций робота остановил космика, идущего по виа.
— Чего?
Космик не успел даже удивиться от этого бредового требования, как его схватили несколько рук и на голову был одет шлем-сфера с транслирующейся виртуальной программой.
— Гражданин второго класса… — Голоса роботов сливались в монотонный гул.
— Гражданин второго класса, вам следует покинуть виа, возвращайтесь в свой блок до особых указаний.
— Гражданин…
Роботы собрались в чётко двигающиеся отряды, спаянные общей целью. Они избирательно, только по одним им известным правилам, хватали космиков и одевали на них заранее приготовленные шлемы-робосферы. А остальных людей они чётко и напористо оттесняли с виа внутрь блоков, призывая сохранять спокойствие.
— Граждане, в целях обеспечения вашей безопасности вам необходимо покинуть виа, сохраняйте спокойствие, — глухие безэмоциональные, но требовательные объявления звучали по всей станции.
— Ты ощутила? Пси пропало, — космик в дорогом моно высокопоставленного служащего обратился к своей спутнице.
— Гражданин первого класса, вам следует одеть сферу, — прервал его робот и крепкие руки схватили станционного чиновника за локти.
Его спутница завизжала. Космик резким рывком вырвался из захвата, коротким ударом ноги в голень вывел из строя робота, который хватал его за руки. И броском через плечо уронил другого — того, что обращался к нему со сферой в руках. К очагу внезапного сопротивления качнулось было ещё несколько безликих робосфер-шлемов, но сопротивлявшийся чиновник уже выхватил из кармана моно парализующий иглер и окружавшие его роботы начали валиться на виа, освобождая пространство.
— Бежим, он схватил спутницу за руку…
— Гражданин второго класса…
Очередной выбранный жертвой космик не стал дожидаться, пока на него нахлобучат лишающий воли шлем, и коротко, без замаха, ткнул робота электрошокером. Раздался треск — его противник упал, загремев шлемом по покрытому керамополимером металлу виа. Торговая площадь кольца, полная разного лихого люда, стремительно превращалась в поле массовой драки.
Одним из первых организованных очагов сопротивления внезапному и необъяснимому бунту роботов стал охранный околоток близ торговой площади, где несколько охранников-людей и пара антросов успели открыть огонь по нападавшим. На станции Жемчуг-3 вновь засверкали вспышки от импульсеров и демолиторов.
Часть 2
Из главных калибров — Глава 1. Абсолют
Я очнулся от толчка в салоне какого-то мобиля, посмотрел по сторонам и сразу напрягся, поскольку меня окружали вооружённые полицейские антросы. Мобиль резко остановился, и антросы, не мешкая, открыли двери. Затем я почувствовал, как моё, лишённое всяких сил, тело осторожно потащили наружу.
«Что происходит?»
Каким-то слабым эхом вдали колыхнулась и снова исчезла пси. Тем временем меня погрузили на что-то явно медицинское и высокотехнологичное — тело сразу словно обволокло пуховое облако, а по венам побежали бодрящие ручейки. В глазах то двоилось, то троилось и я даже не мог как следует рассмотреть, куда меня тащат.
«Меня хотят лечить, а не убивать? Вот это новость!»
Попытавшись сосредоточиться, я вспомнил, как вирус слился с моим сознанием и хотел его подчинить, а вот что было потом? Судя по тому, что антросы больше не спешили меня убивать, нам удалось победить.
«Нам?»
Я крепко задумался о том — кому это, нам? А потом меня накрыло воспоминаниями об одновременном существовании моего сознания сразу в трёх экземплярах, связанных в единый коллективный конструкт. А теперь я снова был один, и после осознания этого факта стало даже как-то грустно.
«Что с остальными?» — этого я не мог вспомнить, как не старался.
Меня доставили в медблок и под суету каких-то врачей, аккуратно перегрузили в капсулу. Крышка опустилась, после чего, глядя на её белую изнанку, мне удалось заснуть.
И вновь я сидел на прогретом солнцем склоне горы, прислонившись к толстому стволу сосны и, закрыв глаза, слушал весёлый людской гомон. Где-то там, среди большого количества туристов выходного дня, веселились и мои. Я сидел с закрытыми глазами, а из-под опущенных век текли слёзы. Для того чтобы их увидеть, мне стоило только встать и сделать всего двадцать шагов, поднимаясь на гребень…
Проснулся рывком, ощущая дорожки слёз на лице.
Надо мной склонился незнакомый врач.
— Господин Никитин? Как вы себя чувствуете?
— Эээ, хорошо, спасибо. Где я?
— В вашем личном медцентре.
— В личном? Не припомню такого.
— Да, он перешёл вам в наследство от господина Юния. Я ваш персональный врач Квинт Нелидович.
— Я могу встать?
— Да.
С помощью доктора Нелидовича выбрался из капсулы и осмотрелся — вокруг был традиционно выглядящий медотсек — всё белое, какие-то приборы и шкафы. У входа стояли три полицейских антроса в больничных халатах, но с оружием.
А ещё, рядом оказались две женщины — то ли тоже врачи, то ли медсёстры. Увидев их, я понял, что стою абсолютно голый, и смущённо отвернулся.
— Господин Никитин, вот оденьте, — врач протянул мне халат.