"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Мы недаром призывали граждан к мятежу публично, создавая впечатление у Ома, что у него под боком зреет революция. У владетеля нервы были напряжены, а у его гвардии они натянуты в струну. И когда гонимые инфразвуком, обезумевшие толпы выплеснулись на улицы, отряды Ома решили, что это тот самый мятеж, о котором говорила «дочь» Елагина. И начали его гасить самыми жесткими мерами. Инфразвук гвардейцев с ума не свел. Во-первых, потому что боевые шлемы изолировали своих владельцев от него. А во-вторых, при планировании операции я для крабов выбрал районы города, где не расквартированы войска Басаана. Может, даже хорошо, что у нас не было прямой трансляции с улиц — при столкновении обезумевшей толпы с войсками должна начаться настоящая мясорубка! С реками крови, невинно убиенными и прочими прелестями гражданского бунта. Моя психика к таким зрелищам готова. Лилия и ее люди его тоже, наверное, выдержат. Остальных моих помощников к кровавым зрелищам жизнь не готовила. На мостике «Левиафана» мог возникнуть свой мятеж в духе «Лэт, что же мы творим⁈». Но я получил совсем другую обратную связь.
— Лэт, люди Молли докладывают, что на улицах начались беспорядки, — по коммуникатору доложила Лидия.
— Они пока не вмешиваются?
— Нет. Ни они, ни шпионы Бейкера пока в бучу не лезут. Ждут от нас обещанного, — произнесла бывшая хозяйка Фрипорта.
Пообещали мы моим бывшим компаньонам, а ныне владетелям Домов, ни много ни мало — остановить подкрепления, которые Ом бросил бы на подавление мятежа в крупнейшем городе своего лена.
Я знал, как он будет их отправлять. Штурмовые элитные группы, конечно же, отправятся по воздуху. Для подавления мятежа в зародыше элита должна как можно быстрее взять под контроль стратегически важные объекты: станции выработки и распределения энергии, здания мэрии и полицейские участки, узлы Сети и связи, основные трассы. Но Ому в Сиднее нужна большая масса бойцов, которая город будет зачищать от революционного элемента. Столько людей по воздуху не отправишь. Учитывая географию Сиднея, основной ударный кулак Ома отправится в Австралию морем на быстроходном транспорте, так как в одно десантное судно можно запихать больше людей и техники, чем в весь воздушный флот владетеля. Также я предполагал, что Ом не будет дергать гарнизоны из других владений, опасаясь того, что Сидней будет обманным маневром, а заговорщики нанесут основной удар в другой провинции. Помощь в Австралию поспешит от японских берегов. Из самого Бирюзового Дола!
Именно к японским островам и направлялся изначально «Левиафан». Генеральное морское сражение мы будем давать не возле Австралии. А здесь! Буквально под носом у Ома, чего он, конечно же, никак не ожидает.
— Идем к точке «Один», — скомандовал я.
Вопреки своей изначальной специализации Божко сейчас выполнял роль первого пилота. А Ян занимал кресло рядом с ним и был дублером. Они вдвоем излазили «Левиафан» во время восстановления вдоль и поперек. И знали наш флагман чуть ли не лучше, чем Альта. Поэтому управление этой махиной я им доверил со спокойным сердцем.
— Так точно, — отозвался Божко. — Идем к точке «Один». Глубина триста, скорость пять узлов.
К намеченной навигационной метке мы ползли с черепашьей скоростью, чтобы себя не выдать. Она находилась в сорока милях северо-западнее удивительного острова Минамитори — крошечного атолла, имевшего форму почти равнобедренного треугольника. Природа не ограничилась тем, что придала острову необычную форму, она окружила его коралловым рифом, настоящей крепостной стеной, достигающей на некоторых участках толщины в три сотни метров. Сразу же за рифом глубина резко уходила в свал на целую тысячу метров. Это, с одной стороны, позволяло подходить к острову крупнотоннажным кораблям, а с другой — риф защищал остров от атак и диверсий из-под воды. Моим предкам Минамитори полюбился не только за красивую форму и естественную защиту. Атолл, ко всему прочему, еще и удачно распложен. Во-первых, он находился чуть ли не в самом центре нашего лена. А во-вторых — до ближайшей суши от него больше тысячи километров. Незаметно подготовить войска для вторжения на Минамитори практически невозможно. Авиацию, флот, даже подводный, можно засечь на приличном расстоянии от острова и подготовиться к отражению атаки. Но это если противник использует стандартные методы ведения войны. У меня же была Альта. И передовые технологии атлантов.
 
— Точка достигнута! — отрапортовал Божко.
Дело предстояло ультрасерьезное, поэтому моя команда вела себя как закоренелые вояки. Собранно и без обычных пустых разговоров.
— Переключить сонары в пассивное сканирование.
— Сделано! — откликнулся Ян.
— Все системы корабля в тихий режим.
— Есть!
На борту «Левиафана» выключилось практически все. Работал только сонарный комплекс, да и то лишь в режиме приема. «Уши» субмарины собирали весь звуковой фон, фильтровали его и внимательно анализировали, вычисляя известные объекты, их скорость и вектор перемещения. Результатом их нелегкой работы была трехмерная карта в виде куба, на которую наносились метки. Вся остальная аппаратура, кроме сонарного комплекса, ушла в глубокую спячку. Отключилась даже система жизнеобеспечения, чтобы избежать шелеста вентиляторов, в стелс-режиме углекислый газ перерабатывался в кислород прямо в отсеках с помощью химических шашек.
Карта продемонстрировала нам, что возле атолла крутится один фрегат и пара подводных лодок. В этом не было ничего необычного, после мятежа в Сиднее гвардейцы Ома и должны перейти на усиленный вариант несения патрульной службы, более тщательно прикрывая Бирюзовый Дол от возможных атак. Но не эту активность я ожидал увидеть.
— Альта, подключайся к птичкам, — приказал я атлантке.
Сонарная карта штука неплохая, но у меня для разведки было кое-что получше. Для проведения этой операции нейроинтерфейсы вшивались всем членам моей команды. Более того, Альта сама установила нам протоколы атлантов, которые напрямую позволяли управлять техникой погибшей подводной цивилизации. И не только техникой.
Несмотря на то что интерфейсы у всех сейчас находились в подключенном состоянии, я попросил именно Альту управлять птичками не просто так. Хоть у нас и было время на освоение технологии управления тета-животными, все-таки у Альты практического опыта в этом деле больше всех, а задача перед ней стояла нешуточная.
Альта откинулась в кресле и закрыла глаза. Мониторы на мостике «Левиафана» мигнули и выдали картинку с высоты птичьего полета. На самом деле с птичьего — камеры, с которых мы сейчас видели изображение, крепились к вездесущим чайкам. К целой стае! Эта стая была настоящим произведением инженерного искусства. Часть птиц несла камеры, часть, летевшая рядом, ретрансляторы сигнала. Мощность этих ретрансляторов низкая, сигнал передавался от особи к особи на смехотворное расстояние. Зато и засечь его сложно. Передачу на «Левиафан» вели птицы, охотившиеся за мелкой рыбешкой на поверхности воды. У чаек имелись также вожаки, управляемые Альтой, они задавали вектор движения всей стае. При этом атлантка должна была руководить всей оравой пернатых так, чтобы у стороннего наблюдателя складывалось впечатление, что двигается она хаотично — обычные птицы занимаются своими обычными делами. Орут, летают, едят и гадят.
Альта филигранно управляла более чем тридцатью «дронами» разом. Но любоваться на ее работу я не стал, потому что на экране мостика появилось нечто, к чему я стремился с того самого момента, как воскрес в теле Текео. Возвышающаяся над островом башня, сложенная из лазурных блоков и увенчанная золотым куполом с флагштоком, на котором развевалось знамя с красно-синими полями. Удивительно, но повесив тряпку со своими цветами над моим родовым гнездом, Басаан не стал перекрашивать стены башни. Хотя я его понимал, на фоне моря Бирюзовый Дол выглядел потрясающе!
  
Глава 18
 
Четырехсотметровая бирюзовая башня была не единственным строением на острове. Возле нее располагались склады и казармы. Но взгляд к себе приковывала именно она. Пусть мой замок и не парил в воздухе, как дом Родригесов, к примеру, но от этого он не проигрывал в величии. Раньше моя родовая вотчина была обыкновенной круглой башней. Но руки легендарного Саввы и до нее дотянулись. Теперь башня выглядела, как друза сросшихся кристаллов лазурита, причем центральный, шестигранный, выдавался высоко вверх над остальными. Где-то там, под венчающей его пирамидкой, находились покои владетеля. И я более чем уверен, что Басаан Ом сейчас в них мечется, как тигр в клетке. Частичным свидетельством того, что у Басаана сегодня выдался тяжелый день, являлось то, что от казарм к стоящим на взлетных площадках транспортникам протянулась вереница бойцов. Они, как живой конвейер, передавали друг другу припасы и оружие и грузили все это добро в машины.