"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Я вообще не про это! Правила Кодекса написаны кровью! За каждой строчкой десятки, а может быть и сотни погибших коршей стоят.
— Это все идеология! — отмахнулся я.
— Это — статистика! — с жаром ответила Энн, вскочив с пилотского кресла, — каждое правило Кодекса, каждая рекомендация основывается на статистических данных! Я даже могу тебе точно сказать, сколько агентов пострадало из-за привязанностей…
— Сколько? — перебил я Энн. Она вдруг часто замигала и сбилась с настроя.
— Ой! Не помню точно. Но много!
— Но к нам-то это много, какое отношение имеет⁈ Мы, что, на задании сверхсекретном⁈
— А где мы по-твоему находимся с того момента, как сбежали с платформы? — совершено искренне ответила Энн, — это не жизнь, это одна сплошная операция!
Я открыл было рот. Но как спорить с очевидным? У нас и правда жизнь идет довольно насыщенная. Примерно такое же непрерывное веселье происходило у меня и с Лэей. Я же не удовлетворился статусом наследника Бирюзового Дола. И сразу же после гибели родителей развил довольно бурную деятельность. Нам с Лэей абсолютно не мешал тот факт, что мы были и соратниками, и любовниками одновременно. Хотя… а ведь Кодекс в чем-то прав. Если бы мы с Лэей не были бы близки, вряд ли я бы рванул за ее убийцами по крышам в одиночку. Я бы подавил порыв, дождался охрану и хладнокровно их окружил и перебил. И тогда… возможно я бы выжил в покушении!
Размышляя, я молчал. Энн же восприняла мое молчание, как согласие с доктринами Кодекса.
— Вот видишь — ты осознал, что лучше нам все-таки соблюдать некую дистанцию.
Я не стал рассказывать Энн про Лею, нашу с ней яркую жизнь и ее мрачную гибель. У меня был свой кодекс и в нем тоже были параграфы, один из которых гласил — всему свое время.
— Давай обсудим твой план, ты про него и словом не обмолвился!
— Я все еще расставляю в нем кирпичики по местам, — признался я.
— И чего молчишь⁈ — с упреком ткнула она меня в плечо, — я же корш! Спец по всяким диверсиям! Рассказывай, вместе подумаем!
Выстраивать схему нашей будущей операции вместе с Энн оказалось делом забавным. У нее совсем не было практики, но теоретическая база была ого-го! Она подсказала мне пару очень подленьких, но очень эффективных трюков.
«Барракуда» не только была дубовой в управлении. Пошарпанная субмарина снижала наш социальный статус. Портовая служба «Дарвина» определила нам место поскромнее, чем в прошлый раз. К потрепанному пирсу были пришвартованы такие же видавшие виды суденышки. Но оно было и к лучшему. От пирса для бродяг, до комплекса складских ангаров, где нам назначил встречу Мирон было рукой подать. Однако мы все равно вызвали роборикшу, чтобы не тащить груз, предназначавшийся дарвинским мятежникам, на своем горбу. В том, что у нас завелись деньги, пускай еще пока небольшие, были свои плюсы. Да и в усилителях мускулатуры они тоже имелись — четыре контейнера мы перекидали из трюма «Барракуды» на подъехавшую тележку, особо не напрягаясь. Потом мы уселись на роборикшу и с относительным комфортом доехали до конечной точки, коей являлся полукруглый ангар. Кажется, заброшенный, если судить по толстому нетронутому слою пыли перед воротами. Но только стоило нашей тележке подкатить к нему, внутри склада проснулась какая-то жизнь. Что упало, звякнув о бетон пола, после чего ворота приоткрылись и оттуда на нас уставился глаз.
— Пароль? — раздалось из-за двери. Голос говорящего мне был знаком.
— Мирон, не валяй дурака. Ты же видишь, что это мы.
Во время сеанса связи, Мирон говорил о каком-то пароле. И даже отзыв на него называл. Но вся эта псевдо-шпионская чепуха у меня из головы практически тут же испарилась. Но аферист-гидрофермер очень хотел быть настоящим жутко засекреченным агентом.
— Так пароль скажите? — с надеждой спросил он.
— Нет, — ответил я, спрыгнув с тележки. Я подошел к воротам и пинком открыл их. Нам было не до глупых игрищ, чем меньше мы светимся перед камерами, установленными в порту, тем лучше.
Мирон едва избежал того, чтобы не получить отворившимися воротами по лицу. Вырядился он тоже подходяще ко случаю, в выцветшую полевую форму со срезанными шевронами и нашивками. И пришел, как мы и договаривались, один.
— Чем дурью маяться, лучше помоги контейнеры скинуть, — я махнул рукой в сторону роботележки.
— А что там⁈ — при виде груза Мирон сразу расхотел играть в шпионы, — можно посмотреть?
— Сначала занесем на склад. Кстати, — обратился я к Энн, — проверь пока склад.
Пока мы с Мироном перетаскивали в ангар ящики, корш изнутри прошлась по его периметру, тщательно осматривая голые стены. Имплант перехвата тоже должен был ей помочь. Он засекал любую передачу информации. И даже если бы сигнал бы зашифрован, но само его наличие говорило, что из ангара ведется передача. Чего угодно. Видео, звука. Нас не устраивал любой вариант.
— Чисто! — объявила Энн.
— Что за помещение? Твое? — спросил я у Мирона.
— Ага, как же. Нет у меня денег, чтобы склады покупать. В аренду взяли.
— На подставное лицо? И на сколько?
— На неделю. На товарища моего…
— Зачем на товарища⁈
— Да не кипишуй, его недавно зарезали, — успокоил меня Мирон, — так что ты привез? Можно посмотреть?
— Смотри, — ответил я и отстегнул защелки на крышке ближнего контейнера. С базы мы захватили оружие, достаточное для оснащения отряда в двадцать человек.
— Мощь! — Мирон вытащил укороченный пулемет с двумя объемными барабанными магазинами, — откуда такие? Я раньше таких не встречал.
Еще бы он встречал — стволы, что мы привезли в Дарвин, хранились в родовом тайнике Елагиных. Я выбрал самые заурядные, но и они смогли впечатлить Мирона.
— Старинная работа, сейчас таких уже не найдешь, — уклончиво ответил я.
— А в других что?
Я молча открыл второй контейнер.
— Боевая броня⁈ — Мирон вытащил из ящика шлем, — настоящая⁈
Мелким преступникам типа него, боевые доспехи были не по карману. Однако радость Мирона я вынужден был пригасить.
— Нет, не настоящие.
— А… почему… зачем… и как⁈
— Слишком много вопросов, — я достал из контейнера нагрудник и постучал по нему кулаком, — это пластик, армированный. Прочный, но под пули я бы в этой броне лезть не стал. Она максимум может защитить разве что от камня.
— И зачем нам такая броня нужна?
— Явно не для боевых операций. Гляди, — я развернул нагрудник к Мирону лицевой стороной. Она была выкрашена в однородный серый фон с черным трехлучевым крестом по центру.
— Церковники? Зачем нам рядиться в церковников?
— Затем, что так сказал я. Человек, который платит вам деньги, — посвящать Мирона в детали проходящей акции я не собирался, — наберешь двадцать человек. Каждый получит по две тысячи токенов за один вечер работы.
Чем мне нравились омеги, так это стоимостью их услуг. Глаза Мирона округлились от удивления, сделав его еще больше похожим на лемура.
— Кого надо убить?
— В идеале — никого, — я достал из ящика пулемет, — оружие вам нужно в основном для того, чтобы производить впечатление.
— А оно хоть настоящее⁈
— Более чем, — я клацнул затвором и из пулемета вылетел толстенький латунный патрон, — но главные роли исполнят не пушки, а вот эти малышки.
Я достал из ящика пластиковый шар с прикрепленным к боку кольцом.
— Зажигательная граната. Дергаешь кольцо. Кидаешь в цель. Происходит слабый взрыв.
— Совсем слабый? — Мирон достал из коробки еще один кругляк и продел палец в кольцо.
— Еле слышный хлопок, — подтвердил я. А Мирон бесстрашно подкинул кругляк на ладони, — взрыв разбрасывает на пятнадцать метров вокруг гель с белым фосфором.
— Это очень плохо?
— Смотря для кого. Для нас хорошо — эта смесь самовоспламеняется и горит с температурой свыше тысячи градусов. Для цели — плохо. Редкие материалы могут сопротивляться такой температуре. Ни залить водой, ни как-нибудь затушить фосфор невозможно. Руку он, к примеру, прожжет вместе с костью.