"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Улёгшись обратно на кровать, Иван закрыл глаза, успокоился и постарался войти в Альфа-состояние. Мысли кружили, как стая воронья вокруг головы, но чувствуя важность момента, Иван всё-таки смог сосредоточиться.
«Моё Я, подскажи мне, сколько у меня контрактов?» Мысленно обратился Иван к своему подсознанию и начал считать. «Один? Два? Три?» На последней цифре в правом ухе зазвенело и вывело Ивана из расслабленного состояния.
«Вот как!?»
Убедившись, что таким нехитрым способом можно, получить ещё больше информации, Иван расслабился и продолжил.
«Моё Я, ответь мне, сколько процентов у меня забирают? 10… 20… 30… 40?»
На сорока, расслабленная до этого рука, слегка дёрнулась. «Ого! Думал меньше». Одновременно с этим знанием пришло и ощущение радости, ведь целых 40% с него качали всё это время, и он даже не знал об этом. Не став доверять одному способу, Иван отмотал немного ниток с катушки и привязал с одного конца пуговицу. Получившийся отвес или в простонародье маятник, он вывесил перед собой, и максимально расслабив руку, снова спросил.
«Моё Я, что сегодня да?»
Спустя несколько секунд маятник начал раскачиваться вперёд назад от тела Ивана. «Хорошо». Дальше он задал те же самые вопросы и получил подтверждающие ответы. Договоров действительно было три, а про проценты с помощью маятника можно было выяснить точнее, зашевелился он на 43%. Иван понимал, что работать с маятником надо учиться, и ответы, полученные с помощью такого метода, зависят от чистоты спрашивающего, но в данный момент требовалось лишь подтвердить информацию, что и удалось сделать. Настал самый важный момент.
«Моё Я, могу ли я разорвать эти три контракта своей Волей?»
Очень важные вопросы, и поэтому руку с ниткой удалось расслабить не сразу, но расслабив, маятник просигналил заветное: Да.
Результат требовалось закрепить, и вновь приняв горизонтальное положение, закрыв глаза и расслабившись, Иван успокоился, собрал всю свою Волю в кулак и объявил: - Все контракты, которые, когда-либо были заключены со мною, разрываю! На то моя Воля! Да будет так! Представив, как рвутся в его руках исписанные листы и, сгорая, опадают пеплом на землю, Иван почувствовал учащённое сердцебиение.
«Что-то точно сейчас произошло!»
Какого-то резкого прилива сил ощутить не получилось, но Иван чувствовал внутри, что свершилось нечто удивительное. Какая-то внутренняя радость наполнила его сердце. Проскочившую мысль о том, что, заключившие контракт, могут быть недовольны, Иван отогнал. – Я вам не дойная корова! Хотя в глубине души понимал, что раз контракт есть, значит, что-то ему было дано в физическом мире, и это что-то осталось при нём, в то время как он обрезал все шланги без разбору.
Взглянув на часы, Иван удивился. Оказалось, что пока он тут занимался самокопанием и разрывами контрактов, время уже перевалило за двенадцать ночи.
- С Богом! Тихо проговорил он, и, взяв рюкзак в руку, как будто просто переносит вещи с места на место, вышел из палатки.
Двигаться пришлось не в ту сторону, куда лежал его путь, а свернуть к крайним постройкам, где была организована полевая баня. Там по его наблюдениям было меньше всего постов и больше всего шансов покинуть лагерь без лишних вопросов. Страха совсем не было, наоборот, было чувство, что начинается новая глава в его жизни, которая несла в себе новые знания и открытия. Без привлечения лишнего внимания Иван пересёк весь лагерь, и, постояв немного у палаток, в которых, не смотря на поздний час, кто-то мылся или стирал бельё, осмотрелся «Зрением лекаря» и возжелав, что его никто не увидит, ушёл в темноту. На тот случай, если бы его кто-то окрикнул, Иван был готов применить дар и «прыгнуть» на большое расстояние, исчезнув таким образом из поля зрения и одновременно разорвав дистанцию. Всего этого не потребовалось и все заготовки, так и остались заготовками на всякий случай. Идти по темноте было не очень комфортно, ноги часто запинались о разные неровности на дороге и выступающие корешки. Вспомнился Карлос Кастанеда и то, как его учил ходить по темноте Дон Хуан. Применив этот метод, а именно короткие шаги с высоко поднятыми ногами, удалось относительно безболезненно преодолеть приличный отрезок пути. После чего, непривыкшие к такому передвижению мышцы на ногах, начали выражать протест. Оглянувшись вокруг при слабом свете половинки инопланетного корабля, висящего под куполом, Иван приметил несколько молодых берёзок и поспешил укрыться под ними. Вытянув ноги, и балдея от возможности отдохнуть некоторое время, он замечтался о том, как было бы здорово летать.
«Ведь не так давно, буквально сотню с небольшим лет, инквизиция отлавливала женщин, умеющих это делать. Да, они мастерски шифровали своё умение, выставляя в качестве необходимого атрибута метлу, но кто пробовал посидеть на тонкой деревяшке, зажав её между ногами, тот наверняка поймёт, что это просто нереально. Для чего их истребляли? Конечно, в первую очередь для того, чтобы люди забыли, что такое магия и волшебство, и что у людей нет и быть не может таких способностей. Самое главное, такими людьми легче управлять».
Иван и сам, по сути, был своего рода ведьмаком, скрывая свои возможности от людей и применяя их очень редко и точечно, желательно без свидетелей. Ведь каким бы крутым ты не был, найдётся хитрый болт с резьбой и на такого.
«Ведьм вон переловили, хоть они и могли летать».
Вспомнился хирург Станислав Викторович, перед которым Иван раскрылся, но оставалась надежда, что тот не будет придавать его тайну огласке, или, в крайнем случае, ему никто не поверит, ведь операции они проводили вдвоём, без посторонних глаз.
Вспомнив, что сегодня даже не ужинал, Иван достал печенье с бутылкой воды и стал не спеша кушать. Посматривая в сторону лагеря Моцарта, он никак не мог избавиться от мыслей о том, сколько людей там находится в неведении и только маленькой кучке упырей известно об истинных мотивах и целях того для чего их всех там собрали. Ещё до всего этого безобразия, Иван видел чуть больше, как будто отдалил от себя лист с текстом и мог прочитать больше, чем некоторые, пялящиеся в него в упор. За последние несколько дней он смог отдалить этот листок ещё дальше и «написанное» там ему совсем не нравилось. Что-то происходило на планете, частоты Шумана повышались, земля выходила на новые вибрации, кто-то называл это «День Сварога», кто-то «Переходом», но суть была одна. Некто затеял устроить на земле кровавый пир в этот период. Иван посмотрел наверх, на светящуюся луну.
«А может ваше время заканчивается? И вы решили собрать урожай? Ведь такое уже было на нашей планете. Динозавры, великаны, потом люди поменьше. Сохранилось даже много фотографий, с пустыми городами и остатками здоровенных людей. Что если вы решили брать количеством? Запустили сюда много душ, размножили определённый тип людей и теперь присосались к нам как пиявки? А все эти слуги народа исполняют ваши приказы и рады стараться, чтобы их не угрохали вместе со всеми, может и место рядом с собой пообещали?»
Встав и сверив направление по компасу, Иван двинулся дальше, продолжая развивать мысль. Перед глазами проносились события массовых чисток на земле и вновь пазлы чётко ложились в общую картину. Не став углубляться слишком далеко, он остановился на событиях 1917-18 годов.
«Пока наши предки под лозунги картавого деда вырезали друг друга, в Европе устроили игры с вирусом и под знамёнами борьбы с Испанкой, переколи пол страны, от чего те и померли. В 39-45 года прошлись ещё раз, разрушив пол мира. Блин».
Вспомнились медали деда, которые много значили в то время и стали простыми побрякушками в наши дни.
«А ведь как красиво они дурили мозги людям. Вот тебе медаль, за то, что ты чуть не помер, пусть другие смотрят на тебя и тоже так делают. Песни вам разные сочиним, чтобы за душу брало. Главное, это ваша добрая воля, чтобы вы сами шли. Безсмертный полк и Можем сука, повторить. Такое коварное манипулирование».