"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Ты без перчаток то ли? — Спросил сталкер и, не дожидаясь ответа на вопрос, стянул со своих рук часть гардероба. Подойдя к ученой, капитан упрямо натянул перчатки той на руки, преодолев сопротивление со стороны. Как бы девушка не злилась и не пыталась оттолкнуть, в отличие от других, Морф всё это время упорно пытался наладить с ней контакт. — Хорош уже агриться, я всё понял.
Он сжимал ладони Розы в своих, сверля ту уставшим взглядом.
— Разве? — Спросила та, как-то печально усмехнувшись.
— Разве. — Серьезно ответил сталкер и тут же улыбнулся, погладив ладонью девушку по румяной холодной щеке. Та от этого, казалось, разрумянилась ещё больше и по ответной улыбке, Морфей понял, что подруга ход его мысли уловила. — Придумаешь что-нибудь для Корда?
— Конечно. — Утвердительно покачав головой, девушка отметила для себя, что улыбнулась впервые за долгое время, чему была отчасти рада, ровно как и тому, что скрывать эту улыбку совершенно не хотелось.
Распрощавшись с товарищами, ученая направилась к командиру «Спарты», чтобы сообщить тому ложные результаты, придуманные прямиком на ходу. Вряд ли бы кто-нибудь поверил во встречу с Черным сталкером, ведь для многих «Спартанцев» он оставался жуткой сказкой, которой пугали новичков, дабы те не лезли лишний раз в дела, которые их внимания никак не касались. «Умирающая термическая аномалия» — прокрутила Роза ответ в голове и, глубоко вздохнув, вышла из-за заграждения к небольшой компании сталкеров во главе со своим лидером, что уже готовились к спуску в подземелья для поисков товарищей.
Те, со слов Корда, отсутствовали около пяти часов.
Вплетя в историю с аномалией и долгие блуждания по подземельям, и борьбу с мутантами, девушка усыпила бдительность командира и, уже через несколько минут, все направились обратно на базу, где их ждали, натянувшие на лица расслабленную улыбку, Зелон и Морфей.
  
6
 
Какую бы отрицательную репутацию среди сталкеров в Зоне военные не заработали своим характером, подчинённые им территории они охраняли и патрулировали совестно: никто не мог проскользнуть мимо блокпоста без их внимания, равно как и всё происходящие в ближайшем радиусе события — удостаивались самого пристального внимания.
Прячась от холодного дождя в сторожевой комнате и попивая из термоса кислый дешевый кофе, один из военнослужащих отдыхал после своего дежурства. Его товарищ и, по совместительству, командир наблюдал в лишенное стекол окно за игрой двух слепых псов, что с громким лаем бегали друг за другом с одной обочины асфальтированной дороги, на другую и, откровенно недоумевал, почему никто не стреляет. От мыслей его отвлек громкий нарастающий гул голосов на улице. Мужчина поспешил спуститься вниз и узнать о происходящем, как тут же, замеченный командиром блокпоста, был направлен к тыловым воротам, отделяющим опасную территорию Зоны от её более похожих на обычный мир земель. Когда на горизонте показался небольшой микроавтобус, боец понял причину шума: на базу прибывали важные гости. Важность он определил по массовому сбору своих товарищей для встречи, хотя никакого сопровождения, по сути, не требовалось — проехать несколько метров до ворот можно было вполне спокойно.
Проехав через ворота, микроавтобус приблизился к штабу и остановился. Из него вышло пятеро мужчин, четверо из которых были в полной боевой экипировке. Пятый же был облачен в простую камуфлированную форму и имел относительно не славянскую внешность. Приехавший, заметив в открытых входных дверях штабного помещения знакомых ему командиров, широко улыбнулся и направился к ним.
— Что-то он слишком радостный. — Тихо проговорил капитан Ерофеев и внимательнее осмотрел гостя: ничего особенного он не заметил, но вот что-то в его лице выдавало его принадлежность к какой-то иной народности, нежели Украинской или Русской, что были наиболее распространены в Зоне.
— Американец, вот и радуется. — Ответил своему заместителю майор Ильин — нынешний командир южного блокпоста и протянул руку вошедшему в помещение, приветствуя. — Мистер Уокер, здравствуйте.
 
— Добрый день, мистер Ильин. — Ответил ученый, наконец-то убрав с лица улыбку, что за последние несколько секунд успела вызвать недовольство капитана, ведь мужчина привык, что люди в Зоне, в том числе и его сослуживцы, угрюмы. Ерофеев и сам считал, что Зона — не место для каких либо иных проявлений эмоций, кроме постоянной настороженности, за что здешние солдаты регулярно получали от капитана нагоняй.
— Какой же он добрый? Дождь льёт как из ведра, противно на улице. — Ильин был гораздо сговорчивее своего заместителя и, поэтому, вызывал больше положительных эмоций у своих подчинённых. Вот и сейчас он в очередной раз подтвердил свое умение сговариваться с людьми, заведя беседу с приехавшим ученым. Пожаловавшись на погодные условия, мужчина поспешил проводить Айзека в казармы, в одном из помещений которых расположилась небольшая учебная аудитория, в которой проходили краткий курс знакомства с Зоной впервые прибывшие сюда бойцы.
— Каждый день, что ты проживаешь — счастливый, ведь живем мы один раз. А всякие мелочи, вроде плохой или хорошей погоды, имеют место достаточно часто повторяться. — Словно наставляя, проговорил ученый и присел за ближайший к доске стол. Родом из маленького городка, Айзек в тесном светлом помещении узнал кабинет, в котором провел свои школьные годы. Вот только вместо старой, страдающей полнотой, но доброй учительницы перед ним стоял сурового вида майор ВСУ. Услышав рассуждения гостя, тот усмехнулся.
— А вы точно не философский факультет, или что там у вас в Америке, закончили?
— Нет. — Вопрос Ильина заставил ученого рассмеяться, да так заразительно, что майор и сам не стал скупиться на эмоции но, так как слишком много времени на задушевные беседы не было, смех пришлось прервать. Принявшись было объяснять гостю самые азы того, что военный сам знал о Зоне, Ильин тут же осёкся, вспомнив, что перед ним сидит не солдат-новобранец, а ученый, который наверняка о ЧЗО знает больше, чем он.
— Вы к нам какими судьбами, товарищ ученый? — Спросил у Айзека майор. Тот открыл на планшете карту Зоны и подозвал к себе командира блокпоста. Ильин внимательно посмотрел на карту, и потер, покрытый легкой щетиной, подбородок. — А она не верная.
— За этим мы к вам и заехали. — Ответил Уокер. — У вас должна быть актуальная карта.
— Я не буду спрашивать, почему вы не на вертолете, это ваше дело на каком транспорте добираться до коллег, а вот карту выдам. Там все известные нам аномалии обозначены — точно не пропустите. — Ильин быстро передал со своего КПК карту на планшет ученого и, посмотрев на часы, направился к выходу, но был остановлен гостем.
— Мистер, Ильин, можно вас попросить об одном деле?
Майор остановился и положительно кивнул. Ученый озвучил вопрос:
— Время уже позднее, не найдется ли у вас места, чтобы мы с коллегами могли переспать ночь?
Майор хотел рассмеяться над сказанным, но сдержался, напомнив себе, что приехавший ученый — американец и русский язык в совершенстве знать — не обязан.
— Вы имели в виду «переночевать»? — Спросил тот и Айзек громко щелкнул пальцами:
— Да, всё верно. Забыл слово.
— Найдется. Идёмте, я покажу вам ваши места. — Командир блокпоста проводил ученого в общую казарменную комнату и ушел. Вскоре в помещении появились сопровождающие Айзека бойцы, по громкому поведению которых становилось ясно, что солдаты успели отметить своё прибытие сюда и найти общий язык с местными военнослужащими. Среди них выделялся только водитель группы, молча проследовавший на свободную койку рядом с ученым. Когда шум утих, американец тихо спросил у солдата:
— А ты чего не выпил, Вадим?
Водитель группы ответил неохотно, не повернувшись в сторону Уокера:
— Я же за рулем.
— Некому ведь штрафовать. — После слов Айзека в комнате вновь воцарилось молчание, а спустя несколько секунд, которые, наверное, предназначались для переваривания полученной информации бойцом и осознания глупости, со стороны водителя по комнате разнеслось громкое протяжное: «Вот я баран!», сопровождающееся возмущенными голосами остальных солдат, как из группы, так и местных служащих, но вскоре перепалка утихла и люди отошли ко сну.