"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

- Второй, на «Агропроме» пусто. – В напряженной тишине голос Минора из динамика был слышен даже на расстоянии.
- Где наёмник? – Своим голосом спросил Физик, и у девушки под формой по спине пробежали мурашки. Во время её допроса мерх был так же спокоен поначалу, но звенящая опасность в этом спокойствии давала о себе знать.
Таченко выглядел побитым, как и центральный разводящий, но более заметно – не удивительно, что между мужчинами до поимки одного из них завязалась драка. В стороне на полу валялась «Сфера» с разбитым забралом, вероятно принадлежавшая генералу. Лидер «Долга» молчал ещё несколько секунд, не отводя рассерженного взгляда от глаз центрального разводящего, затем – твёрдо ответил:
- Очевидно это был кто-то важный, раз ты притащил сюда всю свою ораву.
Желающий получить только ответ, Физик молча поднялся на ноги, обошёл генерала и, устроившись у того за спиной, ловким движением вывернул пальцы на одной из рук Таченко, с хрустом ломая те. Мужчина глухо зашипел, более никак не показав боли; держал достоинство даже в безвыходной ситуации.
- Где пленный наёмник? – Центральный разводящий повторил вопрос, так и оставшись за спиной «долговца». Фенек обратила внимание, как напряженно подёрнулись ладони мерха и решила, что тот едва держит себя в руках, чтобы продолжить допрос.
Ей самой не нравилось упрямое молчание генерала, и от ощущения беды сдавливало грудь.
- Следовало догадаться, что вы не посадите туда кого-то бестолкового. Хотя, клянусь, думал, что он просто болванчик, которого «Шти» содержат на свои деньги. – Снова уклончиво ответил Таченко, но от переизбытка слова «был» и упоминаний в прошедшем времени, ранящая картина дел начинала вырисовываться самостоятельно.
Звонкий удар по правому уху Физик произвёл резко, вложив в тот немалую силу, заставив-таки генерала склонить гордую голову.
- Всем группам: доложить результаты поиска. – В глухом приказе мерха, звенела скрываемая надежда, не оправдываемая с каждым поступающим докладом – отрицательным. Казалось, что он скрипнул зубами от злости. – Обыскать завод ещё раз. Каждый блядский уголок, каждую яму…
- Нет его там. – Снисходительно ядовито выдал Таченко, заставив Физика замолчать и вернуться на своё прежнее место. Мерх снова присел на корточки перед пленным, замерев в тяжелом ожидании. – Позволь встать, я покажу.
Центральный разводящий кивнул, разрешая, и жестом приказал бойцам навести оружие на генерала. Мужчина медленно поднялся на ноги, один раз при этом неуклюже повалившись на пол, после чего сделал несколько хромых шагов в сторону печи. Одну стопу, бессильно болтавшуюся от явного перелома, он волок следом, при этом не издавая ни звука, а остановившись – кивнул на лежавшую рядом черную арматурную кочергу и посмотрел на большую закрытую чугунную дверь печи.
Фенек видела, как глаза Физика недобро расширились, словно у безумца, когда тот взяв в руки кочергу и открыв дверь, засунул конец той в голодное пламя внутри. Он громко копался в углях и не успевших догореть дровах, после чего – принялся интенсивно выгребать их наружу, на металлический щит рядом. Когда среди неразборчивой кучи топлива наёмник вытащил части костей, похожих на человеческие, и обгоревшие куски ткани, губы шатунши задрожали, непроизвольно выгибаясь в истеричную улыбку.
- Нет, н-нет, нет… - Сбивчиво зашептала та, чувствуя, как по горящим щекам стремительными потоками потекли крупные слёзы. Дурное предчувствие, дождавшись своего часа, переродилось в неожиданно жгучее горе, и разливалось в теле по венам, словно по речным каналам.
Физик замер на месте, словно пораженный молнией, уставившись на страшную находку и продолжая сжимать в руках испачканную пеплом кочергу; находившийся рядом «долговский» генерал не сводил с него любопытного взгляда. Отвернулся только раз, когда Фенек, громко всхлипнув, выронила из рук автомат. В его глазах не было ни капли сожаления или раскаяния, только стальная уверенность, которая пробуждала из глубин души сталкерши первобытную ярость.
 
- Брехун! – Взвизгнула та, не обратив внимания на резанувшую в горле боль, и кинулась к пленнику, полная намерений выцарапать тому глаза и задушить, если хватит сил. Но успела сделать всего полтора шага, прежде, чем оказалась скованной руками Морфея – узнала его по завозившемуся внутри страху, который был мгновенно похоронен за всеми остальными чувствами. Отчаянно стараясь вырваться из плена, девушка вертелась словно уж на раскалённой сковороде, но ничего не могла сделать, кроме как продолжать кричать сорванным голосом. – Нет! Неправда!
На избитом лице Таченко не дернулось ни мускула, он продолжал молча слушать проклятия, которыми его осыпала раненная в душу шатунша. Физик пришёл в себя резко, без лишних слов ударивши генерала кочергой наотмашь с такой силой, что хруст ломаемых в месте попадания костей был слышен даже за криками. Отбросив «биту», мерх подхватил повалившегося пленника за шкирку, словно кутёнка, и потащил к открытой двери печи. «Долговец» было заартачился, стараясь сопротивляться, но центральный разводящий с дикими распахнутыми глазами не затормозил ни на секунду, остановившись только на металлическом щите, рядом с «потрохами» печи, и то для того, чтобы удобнее перехватить пленного. Физик не стал его бить или что-то втолковывать словесно, молча сунув голову сопротивляющегося генерала к открытому огню. Тот закричал, забившись в конвульсиях, но мерх на него даже не посмотрел, уставившись на кирпичную кладку печи впереди себя. Пленник умудрялся сползать, но мужчина его терпеливо поправлял, не давая покинуть пространства печного окна и игнорируя обжигающее тепло, которое местами его доставало.
Фенек ещё не успела успокоиться, бессильно повиснув в руках Морфа, когда Таченко перестал подавать признаки жизни. Сквозь слезную пелену она видела, как уложив на пол и без того мертвого генерала, Физик сделал несколько контрольных выстрелов в его голову, и тяжело присел рядом. Склонив голову, он одной рукой яростно вцепился в гладкую поверхность боевого шлема, другую вытянув чуть перед собой, конвульсивно сжимая пальцы в кулак и расправляя обратно. Находящиеся в комнате молчали, погрузившись в глухую тишину, разбавляемую изредка тихим истеричным скулёжем сталкерши.
Просидев на месте с десяток минут, за которые в бункер успело спуститься ещё несколько членов Синдиката, центральный разводящий поднял-таки отяжелевшую голову и отжал кнопку на гарнитуре рядом с ухом.
- Всем группам: отставить поиски. Возвращаемся на базу. – Глухо и абсолютно пусто проговорил мужчина.
По его интонации без объяснений можно было понять, что дело плохо, но тишину эфира разбавил осторожный обеспокоенный вопрос Лады:
- Нашли?
- Двухсотый. – Ответил ей Физик и отключил сеанс.
***
Мёртвый город никогда не был слишком шумный местом, но сейчас молчал по-особенному. Словно осиротевши. Дома глазели в пространство скорбной темнотой пустых оконных проёмов, носящийся всюду ветер подвывал им печальную песню.
Вернувшись на базу и успокоившись, Фенек пыталась понять, почему ей оказалось настолько больно потерять этого человека. Опустошённый горем рассудок не мог разобраться сама ли шатунша успела так привязаться к наёмнику, или убивающее чувство досталось ей по наследству от оригинала, но сил прийти к какому-то выводу у девушки пока не было.
Не было сил и сидеть за длинным командирским столом в компании разводящих и втесавшегося в их команду Морфея. Мужчина казался самым трезво мыслящим из всех присутствующих, что было не мудрено: терять знакомого - не то же самое, что терять близкого друга.
- Если бы мы задержались, то рисковали и сами там остаться. Шло подкрепление с «Янова» и возвращалась группа с границы Радара. – Рассуждал сталкер, словно стараясь вытянуть остальных из горестной ямы.
Физик на его слова вяло кивнул. Бледный, что больной, разводящий казался осунувшимся и потерянным, едва притронувшись к налитой в гранёный стакан водке. Минор допивал второй такой, сидя с непривычно серьезным лицом и неслышно что-то произнося одними губами.