"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Морф! — Вскрикнула девушка и побежала из комнаты мужчины в проходную, а затем на улицу, по пути снимая своё оружие с предохранителя и делая три выстрела в воздух, тем самым давая сигнал на атаку, который был уже не нужен. На улице Роза заметила, что помимо членов «Чистого неба», воинственно направлявших своё оружие на здание «штаба», рядом с ними стоили и сталкеры, в компании которых они пришли сюда.
— Как знал, что мирным путем проблему не решить. — Проговорил Уж, делая выстрел в открывшуюся в стене дыру, раня монстра, которым стал лидер «Чистого неба».
10
Ночь всегда работает на стороннего наблюдателя, позволяя тому оставаться незамеченным на вражеской территории, но бывает так, что ночь выдает своих обитателей — если только она уверенна, что это верный поступок. По сути, «спартанцам» пришлось бы раскрывать себя самим, но немного позже и другим способом, нежели песней, как это вышло в конечном итоге.
— Есть чем платить, но я не хочу победы любой ценой. — Тихо пропел на свой манер Зелон, этими самым привлекши к себе внимание Корда. Мужчина сначала недовольно посмотрел на подчиненного, затем легко толкнул того ладонью и зашипел, мол: «Тише», на что механик «Спарты» пожал плечами и замолк, но, через некоторое время запел вновь. — Я никому не хочу ставить ногу на грудь…
— Цой жив? — Раздалось сзади враждебное высказывание, сопровождаемое металлическим звуком поднятия оружия и приведения его в боеготовность. Гадать направлено ли оно на «Спартанцев» или нет — не было смысла: кроме них в ближайшем радиусе чужаков не было, да и с песнями сидели только они.
— А Гуф — мёртв. — Отозвался Зелон и усмехнулся, понимая безысходность своего положения и чувствуя на себе испепеляющий взгляд своего лидера, но в данной ситуации он действительно был виноват и осознавал это.
— Остряк дофига? — Патрульный «Чистого неба» упер дуло автомата в затылок механика «Спарты» и тут же резко перевел его на Корда, что, успев поднять своё оружие, воинственно целился в обнаружившего их сталкера. — Да вы кто такие?
— Стасюк, ты? — Уж, до сего момента молчавший, поднялся на ноги и включил фонарик, направив луч света на нарушителя их засады, и распознал в нём своего знакомого и по совместительству бывшего брата по группировке. — Ты, да. По голосу узнал.
— Ужище, ничего себе! — Удивленно воскликнул тот, кого, видимо, звали Стасом, и опустил оружие, подходя к Грише и, по-видимому, рассматривая того. — Вернуться решил? А что с твоим…
Не дав договорить старому знакомому, Уж резко поднял ладонь перед сталкером и свернул ту в кулак, как бы давая понять, что тема его внешнего вида для разговора закрыта.
— Нет, вернуться не решил. — Твердо проговорил тот и отошел немного в сторону, указывая на сидевших в траве Корда и Зелона. — Они со мной. Ты лучше расскажи, как там Лебедев себя чувствует? Мы по его душу.
Ранее враждебно настроенный сталкер неловко замялся на месте и, спустив с лица маску, подошел к «Спартанцем», с каждым поздоровавшись за руку, знакомясь, и только после этого продолжив разговор.
— А шут его знает, Гриш. Наружу он не выходит, к себе никого не пускает, поэтому точно сказать ничего не могу. Мы сидим на базе как прокаженные, ничего не делаем. Хочешь выйти — будь готов получить пулю в затылок: Лебедев хоть и молчит по поводу новых приказов, но те, что он уже дал — мы исполняем и, согласно одному из них, я должен вас убить. — Стас криво усмехнулся, вновь внимательно посмотрев на Ужа, который увлеченно настраивал найденный в машине ученых тепловизор. — Не скажешь почему?
— Потому что сам не слишком уверен в сознательности своего лидера, чтобы исполнять его приказ. — Ответил за Гришу Корд и поднялся на ноги, с громким хрустом размяв ладони. — И ты прав в своей неуверенности.
В этот момент тепловизор в руках Ужа приветственно пикнул и сталкер направил его в сторону базы, вслух пересчитывая количество появившихся на дисплее зеленых точек, но, по своей природе не привыкший доверять технике, он попросил Стаса уточнить количество людей, находящихся на базе в данный момент.
— Четырнадцать человек считая меня: Холод, Новиков, профессор наш, Лебедев, четверо в дозоре, остальные просто находятся на базе. — Ответил член «Чистого неба», загибая пальцы.
— Плюс ещё двое, итого — шестнадцать человек. — Уж задумчиво потер ладонью пораненный подбородок и немного помахал тепловизором, словно ненужной и бестолковой вещицей. — Врёт машинка — она регистрирует на базе только пятнадцать человек.
— Те двое, что пришли — тоже с вами? — Без удивления спросил Стас и усмехнулся. — Интересно, наш непревзойденный лидер пустил их к себе или нет? Слышал, барышня говорила, что она его дочь.
— Значит, кто-то там у вас не человек. — Высказал свою мысль Зелон и рассмеялся, так как с его стороны это было шуткой, но она заставила сталкеров напрячься и задуматься, ведь подобный вариант исключать было нельзя. Заразившись серьёзностью товарищей, перестал смеяться и сам механик. — Только кто?
Уж посмотрел на Корда, нахмурив брови:
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросил сталкер у лидера «Спарты».
— Лебедев. — Уверенно сказал Корд и поднял с земли принадлежавшие ему оружие, тут же направив своё внимание на задумавшегося Зелона и, позвав его, приказал: — Найди Луну и Седого, пусть выходят во двор. Оружие не опускать.
Когда «Спартанец» скрылся в зарослях камыша, оставшаяся часть компании во главе со Стасом двинулась во двор базы «Чистого неба». Своим появлением сталкеры вызвали вопросительные взгляды других членов группировки, но, после объяснения ситуации, сталкеры рассредоточились на территории базы, готовясь к бою.
Почему то, никто не сомневался, что иного пути решения проблемы нет и драки не избежать.
* * *«Обидно сдохнуть сейчас, совсем у цели» — думал про себя Лебедев, уже жалея, что решил устроить привал под этим одиноко стоящим, среди приболотного поля, дерева. Долгое время мужчина шёл на базу, которая стала для него домом в Зоне — той крепостью, в которой можно было не бояться, что кто-нибудь воткнет тебе в спину нож, где каждый обитатель был для него сроднен близкому родственнику.
Лебедев, как он думал, был единственным, кто пережил тот выброс на ЧАЭС: он видел своими глазами, как под кровавым заревом погибали один за другим его бойцы, до тех пор, пока выброс не поглотил и самого лидера «Чистого неба». Какого было удивление мужчины, когда тот почувствовал, как воздух, хотя и пыльный, наполнил его лёгкие и каким сладким был момент осознания того, что он жив.
Не без труда выбравшись с территории ЧАЭС, у встретившихся в Припяти совершенно не знакомых Лебедеву сталкеров, мужчина узнал текущую дату и понял, что пробыл в своей коме около трех лет. Он был немало удивлён, что Зона всё ещё принимает на свои территории людей, не нашедших себе место в обычной жизни — выброс мог сделать Зону настолько опасной, что даже самые безбашенные люди не рискнули бы сюда сунуться. Так же исследователь отметил, что старых знакомых стало заметно меньше, но, не смотря на некоторую печаль, вызванную этим фактом, Лебедев решил, что отсутствие знающих его лиц — на руку. Не известно как сейчас сталкеры относятся к «Чистому небу», если та ещё не исчезла совсем, а по его одеянию было не сложно понять к какой именно группировке он принадлежал. Поэтому на вопросы, касающиеся его обмундирования, мужчина предпочитал врать, якобы нашел всё в некотором тайнике и координаты благополучно забыл, ссылаясь здесь на свой возраст.
Знакомств не заводил, в разборки не встревал — мужчина осторожной тенью путешествовал с территории на территорию, поживаясь на убитых кем-то сталкерах, если с тех можно было что-нибудь взять. С каждым днём он подходил всё ближе к базе своей группировки и надеялся, что та всё же сумела продержаться и не исчезнуть за время его отсутствия.
За время, что мужчина отсутствовал, многие знакомые для него тропы стали опасны и недоступны, поэтому приходилось искать новые пути, но Лебедеву, знавшему все азы выживания в Зоне, было достаточно легко и вот ближе к вечеру четвертого дня своего путешествия, он добрался до места, где по памяти мужчины находились некогда брошенные жителями здешних мест сады. Но на месте бесплодных яблонь Лебедев обнаружил только пустырь с парой высохших кустарников и большим дубом, одиноко возвышающимся к серым небесам. Повинуясь внутреннему инстинкту, что указывал на этот самый дуб и обозначал его как самое безопасное место в окрестностях, мужчина решил устроить привал под подозрительно густой листвой, а переждав ночь — двинуться дальше в путь, ведь, насколько он помнил, данное место находилось в значительной близости от Болот.