"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

А теперь у него нет своего корабля. И особняка нет. И денег… он всё проиграл. Всё сгорело в точно такой же вспышке, когда выбыл из соревнования корабль, на который он всё поставил.
— Я вижу, ты как-то охладел к спорту, барон Норр, — рассмеялся Сайкс, беря очередной кусок рёбер — и принялся с чавканьем его обгладывать.
Норр молчал.
— Ну что ж, дорогой барон, — полуобглоданная кость ткнулась ему в грудь. — Пожалуй, я мог бы войти в положение, оставить тебе особняк и даже немного денег…
Правда⁈
— Но ты будешь должен кое-что для меня сделать, — заключил Сайкс. — А именно…
…когда толстяк закончил говорить, на лице у барона играла радостная улыбка. Он-то боялся худшего! Опасался, что условия Сайкса загонят его в ещё большую кабалу или что похуже. А тут…
Всего-то?
— Р-разумеется, господин Сайкс, — кивнул барон. — Я не подведу вас. Я всё сделаю, спасибо, что дали шанс…
Это уже что-то. Да, он всё ещё лишается большей части богатств. Но если при нём останутся земли, благодаря которым действует его титут, их можно будет нажить. А уж не потерять земли в обмен на такую пустячковую просьбу…
Сайкс расплылся в жирной улыбке.
— Вот и ладненько, барон, — пробасил он. — Ты это… не стесняйся, бери мясо. Натуральное, выраженное на моих фермах.
Всё ещё улыбаясь, Норр потянулся к мясу.
* * *
Ещё недавно тут был винный погреб. Старинный такой, почтенный. Ну, знаете — со всеми этими бочками, стойками для бутылок, самими, собственно, бутылками. Колоритно, ничего не скажешь.
Впрочем, далеко не так колоритно, как подвешенный вниз головой Хуан Грасиас, выпучивший глаза и орущий.
Я дал ему немного выпустить пар, стоя у небольшого столика с коктейлями. А что? Как-никак, я на Мальдивах, грех не насладиться, раз уж я тут оказался.
Но основной моей целью были, конечно, не коктейли. Сейчас я дам Грасиасу немного проораться — а то разговор уже почти перешёл в какие-то неиформативные контуры — и продолжу.
Наверное, уже пора. Поставив половинку кокоса обратно на столик, я вернулся к Грасиасу и разложенным рядом инструментам. Режущим, колющим, дробящим, холодным и раскалённым…
— Кхм-кхм, — раздалось от дверей, когда я уже протянул руку к большому молотку. — Господин Никс. Я подсчитала примерные — пока только примерные! — убытки от этой операции, и…
Я махнул рукой — всунул вопящему Грасиасу в рот кляп, чтобы не орал в ухо.
— Шерри. Неужели это не подождёт?
— Если вы желаете, господин Никс… — в предельно серьёзном голосе Шерри проскользнула даже какая-то обида. — Я лишь хотела сообщить вам, что применение авианосца и истребителей оставило серьёзный след на нашем бюджете.
— О, — легко согласился я. — Оно и на Мальдивах след оставило!
В прямом смысле слова. Охренительный такой след в виде воронок, пожарищ, усыпанных трупами пляжей.
— Вот именно, — кажется, Шерри сарказма не оценила. — К этим убыткам также стоит добавить и будущие экономические убытки от потери нескольких крупных пляжей и местных достопримечательностей, а также…
— Забудь, — я махнул рукой. — Так уж работает власть над всей планетой. Да, это немного запарно, потому что, в теории, каждая разбитая на Земле чашка — это моя чашка. Что уж говорить про целый остров с целой кучек объектов ЮНЕСКО, по которому мы хорошенько вжарили ракетами воздух-земля.
— Так вы не желаете…
— Ознакомлюсь потом, — отрезал я. — Когда разберусь с более важными делами. Денежные вопросы меня сейчас не волнуют.
— Как вам будет угодно, господин Никс, — Шерри развернулась и вышла.
Ну вот, мы с Грасиасом вновь остались один на один. Я вынул кляп и внимательно поглядел на него.
На чём мы там остановились?
Ах да, молоток.
Занеся инструмент, я обрушил его на Грасиаса. Слегка, так, чтобы не убить его с одного удара — но чтобы вместе с тем разговорить.
— ААААААААААААА!!!
— Не ори, — я подкинул молоток в руке. — Говори по-нормальному.
— Я НИЧЕГО ТЕБЕ…
Тюк.
— ААААААА!!!
— Итак, — продолжал я. — Подсказываю: ты работал не один, тебе помогал… кто?
 
— Я НИЧЕГО НЕ ЗНАЮ!
Тюк.
— ААААААААААААААА!!!
— Врёшь. Ты сам говорил про заказчика, который помог тебе с армией, — напомнил я. — Или склероз заел?
Я снова занёс молоток…
— Стой, стой!!! Это были люди Саванеры, клянусь, это Саванера послал мне средства!
Я лишь фыркнул. Да, конечно, я сам знал, что Грасиас связан с Саванерой, а значит, этот латинос — первый, кто приходит на ум, вот только…
Нет, что-то здесь нечисто. Ой, нечисто. Саванера бежал год назад. Ни власти, ни денег у него нет. Даже возможности вылезти из норы на поверхность, и той у него не осталось. Если он что и припрятал, то…
Это не масштаб армии с танками.
Саванера всего лишь залёгший на дно мудак. Он может скрываться дальше, но он не осмелится на такой удар. А даже если бы и осмелился, то в чём заключается игра? Думал убить меня?
Пфффф.
Саванера — как и другие ему подобные — прекрасно понимают, что если им не удалось сделать это год назад, то и сейчас едва ли получится так просто.
Так в чём же смысл?
Размышляя над этим, я водил рукой над «инструментами для общения с контингентом». А что, если… скажем, сменить молоток на шило?
— Ладно, — заметил я, вновь глядя на него. — Допустим. И чего же ты этим добился.
Пару секунд Грасиас глядел на меня с прошлым страхом… а затем неожиданно улыбнулся разбитыми губами.
— О, хороший вопрос, Йошида, — выплюнул он. — Я добился всего, чего хотел, и даже больше. Как там твой цыганёнок… ААААААА!
Но даже удар не сбил с него ухмылку. Едва сплюнув кровь, он заключил:
— Он был всего лишь первым.
— Тебя же просто использовали, мудак, — меланхолично заметил я. — А гонору — как будто ты меня лично грохнул.
— Использовали? — прошептал он в ответ. — Может, и так. А может, у нас просто совпали цели.
— А может, — кивнул я, — твои друзья кинули тебя мне, как кость, а? Они ведь прекрасно знают — что бы ни было, чего бы ни добивался ты, чего бы ни добивались они, но тебя я распотрошу — прямо сейчас, в этом подвале.
— Я… я отомстил…
Грасиас пытался держаться героем, но бледность и заикание выдавали его.
— А когда я тебя распотрошу, — продолжал я, — то найду твою семью. Вслед за ней — твоих друзей и приспешников. Затем я найду их семьи, друзей и приспешников, а затем…
— Н-но… я…
— Если ты думаешь, — заключил я, — что, управляя планетой, можно показывать слабость, то ты ошибаешься. Показывать можно только силу.
Отложив в сторону шило, я сжал кулак.
— Думаю, с силой у меня проблем нет и никогда не было.
* * *
Вытирая кровь, я вышел из подвала; поморщился от яркого света — и тут же уткнулся в фигуру Шерри.
— Ты что, так и стояла тут, под дверью? — удивился я.
— Я занималась делом, господин Никс, — отозвалась Шерри таким тоном, чтобы мне сразу стало ясно: сам я, по её мнению, занимался незначительными пустяками. — Мной был выбран подрядчик для восстановления природного облика этого и других задетых нами пляжей; заказана полная очистка от крови исторического здания — включая его подвал 18 века с винным погребом…
— А как насчёт действительно полезных дел? — уточнил я. — Скажем, информации о Грасиасе и тех, кто с ним связан.
— Семья, друзья и приспешники, господин Никс?
— Семья, друзья и приспешники, Шерри.
Шерри повела тонкими плечами.
— Согласно всем нашим собранным данным, у Хуана Грасиаса…
— Покойного Хуана Грасиаса, — поправил я.
— … нет ни друзей, ни семьи. Как и у большинства диктаторов, впрочем. Что до приспешников, то все они были убиты в ходе операции, — Шерри обвела рукой бывший пляж, с которого уже активно вывозили тела и обломки. — Из интересов у Грасиаса обнаружилась любовь к козьему молоку.
— Запретить козье молоко, — спокойно отозвался я.