"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— …пусть продолжают работать, — заключила она. — Траты и потери не имеют значения, если по итогу они представят мне нужный результат.
В конце концов… не бывает шахматной партии без нескольких принесённых в жертву фигур. Срыв эксперимента — допустимая неприятность, если приблизит его успешное завершение. Грабители во дворце — невеликая цена за то, чтобы заполучить себе Йошиду Распутина.
Главное — помнить о своих целях и не размениваться на мелочи.
* * *
— Вот, сэ-э-эр, — усатик Уортингтон слегка поклонился, пропуская меня внутрь. — Ваши покои.
Казалось, даже усы дворецкого, и то такие же скучные, как и он сам. Голос, осанка, взгляд — всё буквально кричало (нет, не кричало — негромко сообщало приличествующим тоном), что передо мной не человек, а попросту функция в стиле староанглийских романов.
Я скептически оглядел гостевые покои. В целом, комната как комната, ни больше, ни меньше. Окон нет, само собой, а так — просто небольшая комнатка. Кресло, пустой стол, диванчик, люстра на потолке. Графин с водой и стакан. Возможно, королева ещё сама не решила до конца, куда меня запихнуть?
— И… что же мне тут делать? — пройдя вперёд, я уселся в мягкое кресло и вопросительно взглянул на Уортингтона.
— Простите, сэр? — тот приподнял бровь.
— Делать мне что? — пояснил я. — Телевизора или компьютера тут нет, и готов поспорить, телефон тоже не сработает…
— Комната экранирована от любого вида связи, сэр, — солидно подтвердил дворецкий, качая усами.
— Это понятно, — согласился я. — Связаться с миром вы мне не дадите. Но надо же мне тут чем-то… тупо занять себя, пока королева там намывается в ванне и решает другие неотложные дела!
Уортингтон размышлял пару секунд.
— Возможно, я мог бы предложить вам книгу, сэр? — осведомился он наконец. — Во дворце обширная библиотека, назовите издание, и, если оно у нас имеется, я принесу его вам. Также у нас есть большое количество периодики, музыкальные коллекции…
Я задумчиво почесал в затылке.
— Нет-нет, — отозвался я. — У меня есть идея получше. Вот что: принесите-ка мне…
Я чуть улыбнулся.
— Бумагу и простой карандаш.
  
Глава 4
 
…глубокий вдох, выдох; успокоиться и попытаться снова.
Глаз.
Глаз нарисовать не так уж и сложно, верно? Белок, зрачок, небольшой отблеск. Не нужно ничего изобретать — великая сила эволюции всё уже изобрела до нас. Главное — убедительно изобразить то, что я хочу создать, и тогда оно…
С-с-сука. Опять! Да как, почему? Линии я вёл ровно, штрихи прочерчивал точно, а в итоге получилось непонятно что — странная мазня на уровне шестого класса. Монстрик выглядел так, будто сам не был до конца уверен в возможности собственного существования.
Чёрт, как у Хидео это получалось? Пойти, вытащить его из багажника и потребовать провести для меня мастер-класс, что ли?
В раздражении я дёрнул карандашом в воздухе; чёрная линия мелькнула — и тут же снова исчезла, вернувшись в небытие. Она и вышла-то какой-то тонкой, хилой, откровенной халтурной — никакого сравнения с тем, что вычерчивал Хидео во время нашей схватки. Что ж… наверное, тут нечему удивляться. Как-никак, Мори художник с многолетним стажем за спиной.
И всё-таки как же это непередаваемо тупо — заполучить способность к материализации рисунков, совершенно не умея рисовать. Я же… да, чего скрывать — я был здесь полным нулём. Бездарь. Неуч. Дилетант на тройку с минусом.
Чего только я не научился делать в своей жизни!.. Летая по Галактике, выучишь всякое, и среди моих талантов были вещи довольно специфические. Готовить? Рыть окопы? Гадать кроссворды? Играть в специфические азартные игры?
А вот рисовать я не умел совершенно, да никогда и не учился. Таланта к рисованию у меня не было отроду, нужды в этом — тоже, как и желания… Эх. Знать бы заранее — записался бы в художественную академию ещё в детстве. Сейчас бы!..
Ладно, ладно. Я оборвал себя, жёстко соблюдая железное правило — никогда не жалеть о том, что было бы, если бы да кабы. И всё-таки обидно, блин. Невесело хмыкнув, я уставился на собственные рисунки.
 
Идея создать — для начала, для разминки и пробы пера — нечто вроде летающего глаза, монстрика-шпиона, способного подглядеть и рассказать мне что-нибудь интересное — была неплоха. А вот реализация… с бумаги на меня в ответ глядело косое чучело.
Занеся карандаш над бумагой, я взял новый лист, сделал пару линий, вычерчивая очертания существа…
А, к чёрту. Бесполезно.
Способность Хидео, в сущности, была не так уж сложна. Единственное ключевое условие для оживления нарисованного — творец должен искренне поверить в своё творение, в то, что оно может ожить.
Новый взгляд на рисунки; бррр. Поверить вот в это мог бы только полный псих или наркоман под кайфом.
Отложив карандаш, я откинулся в мягком кресле и мрачно уставился на ровные голые стены «гостевых покоев». Чёрт. Нужно учиться рисовать, иначе я не смогу воплотить в жизнь ничего, что сложнее трёх-четырёх линий. И что мне тогда делать с такой способностью? Зрелищно играть в крестики-нолики?
Стоп. Или… нет?
Трёх-четырёх линий, значит. Всего трёх-четырёх. Вроде бы мало, но разве нет на свете вещей, состоящих именно из такого количества линий?
Что-то простое, правильной формы. Что-то, что легко нарисовать ровными линиями…
Например, вот на этой гладкой белой стене напротив.
Довольно кивнул самому себе, я вновь подхватил со стола карандаш. Может, пустая надежда, может, ничего и не выйдет, но… попытаться стоит. В конце концов, много ли усилий? Смешно даже сказать: всего четыре прямые линии, ровный прямоугольник.
Ну, и круглая дверная ручка.
Глядя на возникшую на белой стене схематическую дверь, я улыбнулся. Похоже, кое-какие простые эскизы были доступны даже мне.
Тишина; в помещении не было даже часов, чтобы нарушать её своим тиканьем, и потому секунды я отсчитывал в уме, про себя. Одна, две, три. Десять. Двадцать. Двадцать пять… двадцать девять, тридцать.
Никаких изменений. Рисунок, прочерченный в воздухе, всё так же оставался нанесён на противоположную стену, не думая исчезать; я бы совершенно уверен, что реши я сейчас встать, подойти и дёрнуть за ручку — дверь тут же откроется, выпустив меня в соседнее помещение.
Откуда я знал? Оттуда, что рисунок был правдоподобен; я верил в него. А во что тут не верить? Простая дверь, прямоугольник на стене, ни изысков, ни украшений. Своего рода маленький шедевр минимализма.
Вот только есть один нюанс.
Отведя взгляд от дверей, я посмотрел в угол; огонёк камеры наблюдения мигал, даже не пытаясь быть незаметным. Разумеется, они ведь не идиоты.
Точнее, не так — они совершенно точно идиоты, которые позволили Данко и компании рыскать по дворцу и ограбить какую-то из местных сокровищниц, заставив королеву лично гнаться за ними в портал. А значит, сейчас все эти идиоты и на миллиметр не отойдут от мониторов, следя за каждой мухой во дворце. Не говоря уже о таком ценном фрукте, как я.
Но видят ли они меня — это один вопрос, а видят ли они дверь — совсем другой. Едва ли; рисунок плоский, и точно не виден с того ракурса, где висит камера. Есть ли тут другая, скрытая? Чёрт знает, но, во всяком случае, никто не спешит примчаться и помешать мне. Не мчались они и во время экспериментов с карандашом. Возможно, именно такой приказ им и дали?
Ладно, ладно. Я чуть шевельнул рукой, словно отпуская рисунок на волю, признавая его нереальность; чёткие тёмные линии поколебались пару секунд — и истаяли, оставив напротив меня всё ту же ровную, белую стену.
Чего я хотел на самом деле? Ха. Вы ещё спросите, какой у меня план. Как я и говорил Данко, все планы (особенно те, что состоят из двух и более пунктов) — от лукавого и к добру не приводят; а потому я занимался любимым делом.
Плыл по течению.
Устроить тест-драйв новой способности? Само собой. Поискать что-нибудь интересное, подслушать разговор или что-то в таком духе? По возможности. Ну и не забывать о главном: как следует повеселиться.