"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Данко?.. Надеюсь, он выбрался. Ромалэ отлично помнили, что он был со мной, и, не догнав меня, вполне могли на нём отыграться. Да уж, тут не о свадьбе думать время…
Хм. Интересно всё-таки, во что оформится его Дар.
— Твою ж мать, — резко выдохнул старик, тормозя.
Я поднял глаза. Что?..
В узкую улочку, через которую мы проезжали, заехали сразу три «Приоры», надёжно перегородив путь. Затем ещё две…
В окно машины затарабанили. Бородатый тип бесцеремонно глядел на Ратибора; Илана испуганно вздрогнула, а я криво улыбнулся.
— Вот так и живу.
— Ты хочешь сказать, что это…
— Горыныч! — заорал кавказец с характерным акцентом. — Тебе привет от Тиграна Гасанова.
Старик поглядел на него, не открывая окно.
— А что ж он сам не явился? — мрачно уточнил он.
— В больнице лежит, апельсины кушает, да! — уведомил кавказец. — А как выздоровеет — обязательно придёт нассать тебе на могилку! П**да тебе, старик, э!
Ну, да. Мстить Распутиным они не решатся, слишком велик шанс, а точнее — гарантия схлопотать в ответ. А вот Ратибор…
— Уверен? — старик сощурился на кавказца. — Хочешь войны? Мои ребята будут только рады размяться…
— Никаких ребят! — рявкнул кавказец. — Не успеют твои ребята. Ни они, ни другая помощь. Сейчас ты — будешь долго, мучительно подыхать, а вот твои внуки…
Он указал на меня с Илоной; мы переглянулись.
— …пацана на фарш пустим, а девку Тиграну отдадим. А потом и всем парням!
Ну, да. В этой одежде опознать во мне Йошиду Распутина затруднительно. Вот он и принял нас за Ярослава с Викой.
— …потому что…
— Что делаем? — уточнил я у старика, мысленно подсчитывая количество народу в приорах.
— А что тут сделаешь? — мрачно хмыкнул он. — Избавимся от этих — придут другие. Я сделал ошибку, когда попытался разобраться с ними…
Он покачал головой.
— Знаешь, почему никто с ними не связывается? Ни я, ни аристократы… Да потому что их дохрена. Три миллиона в одной только Москве. И каждый год их число только увеличивается. И что ты с ними сделаешь?
— Вылезешь сам? Или тебе помочь, э? — продолжал орать тот, что был снаружи машины.
Мда. Ситуация.
— Даже твои Распутины… не факт, что вывезут такую войну, — заключил Ратибор, мрачнее тучи.
— Тихо!.. — вдруг заговорила Илана.
Мы обернулись на неё.
— Вы слышите? — она подняла палец. — Или… мне уже кажется, я не могу понять…
Нет, Илана, тебе не кажется. Я молча указал в зеркало заднего вида.
Цок. Цок. Цок. Цок.
Одинокий конь приближался медленно, не спеша. Словно… давал кому-то возможность его догнать.
Например, толпе конных цыган, что с криками вырвалась из-за поворота.
  
Глава 6
 
Беззаконие.
Агент Новак знал ему цену. Артерии города кровоточили его миазмами, и в гнетущем чаду омерзительного порока рождались такие преступления, одна мысль о которых могла бы сломать кого-нибудь менее стойкого.
— В общем, — подытожила Лисовская, выключая рацию, — покинуть парк они не могли.
Но если заглядывать в глаза дьяволу слишком долго — рискуешь кануть в пучины безумия. Новак каждый день старался не раствориться в клубящемся вокруг беззаконии, и каждый день оно старалось сделать всё, чтобы побороть его сопротивление. Вот и сейчас…
— Новак! — Лисовская уставилась на него. — Ты меня слушаешь? Или опять замечтался?
Новак закатил глаза и молча покачал головой.
Порой ему казалось, что его напарником должен быть кто-нибудь другой. Например, вечно усталый от службы, но несгибаемый негр, ветеран какой-нибудь войны, с седыми висками и необычным хобби вроде игры на саксофоне. Он бы делился с ним мудростью, и это грело бы Новака в дни, когда давление беззакония становилось бы особенно невыносимым.
Но его напарником была длинноногая блондинка Алиса Лисовская, и она обычно делилась с ним разве что параграфами устава. Это не помогало.
— Как обычно, — мрачно процедила Лисовская. — Я работаю за двоих, пока ты витаешь где-то в облаках. Новак, приём!
Новак затянулся дешёвой сигаретой, выпустил тёмное смоляное облачко — и заговорил.
 
— И что ты предлагаешь, напарник?
Называя её так, он мог хотя бы забыть, что перед ним не седой негр. Или попытаться забыть.
— Парк оцеплен, — Лисовская не тратила времени на лишнюю лирику. — Все выходы перекрыты, и дополнительно люди стоят по периметру. Если бы он попытался выйти за пределы парка, неминуемо попался бы. Большинство территории уже обыскали, а значит…
— Покинуть парк они не могли. Я слышал.
— А внутри парка ему укрыться негде, — кивнула Лисовская. — Кроме…
Их взгляды обратились в сторону цыганского табора, шумящего метрах в ста.
Коллеги Новака и Лисовской уже час допрашивали еле отошедших от внезапного нападения актёров и работников съёмочной группы, но это было бесполезно. Всё, что можно было узнать о нападении, они и так узнали за десять минут, отсмотрев попавший на камеру материал.
Чёрная фигура, словно окутанная какой-то теневой аурой. Человек-Ночь, как сказал бы романтик. Появился словно из ниоткуда, раскидал всех — и охрану, и операторов. А затем исчез, прихватив с собой дочь босса.
Но теперь ему никуда не деться. Охранники могли носить одинаковые с ними чёрные костюмы, но всё же это был совершенно разный уровень; агенты СБ Медведевых состояли исключительно из Одарённых, притом с опытом работы в МВД или военных структурах, государственных или других аристо.
— Он там, — подтвердил Новак. — Больше ему быть негде.
— Уверен?
— Уверен, напарник.
Красная нить уверенности пролегла через белый лист происходящего. Новак любил свою работу, а репутация для профессионала не пустой звук.
— Сколько, по-твоему, времени у нас уйдёт на то, чтобы обыскать цыганский табор?
— Зависит от того, как скоро мы попадём внутрь, напарник, — Новак выпустил ещё одно кольцо дыма. — И лучше бы не тянуть с этим. Отбросы общества, обитающие в этих местах, хитры и изворотливы; им ничего не стоит…
— Короче! — делая страшные глаза, потребовала Лисовская.
Новак кротко вздохнул. Как всегда.
— Цыгане могут спрятать в своём лагере что угодно, а нас водить по кругу.
— Это и так понятно, — кивнула Лисовская. — Двое наших уже пошли туда, но не смогли даже внутрь пробиться — их просто с порога завернули.
— Дилетанты, — притушивая сигарету ногой, отозвался Новак.
Лисовская не спорила; она махнула рукой на ходу.
— Слушай внимательно, Новак. Наша задача — не обыск, вдвоём это невозможно. Наша задача сейчас — построить цыган, дать им понять, что мы главные, чтобы потом наши люди спокойно всё обыскали. Просто держи это в голове, а то я тебя знаю.
— Разве я давал повод к недоверию, напарник? — Новак быстро шагал вслед за ней в сторону палаточного городка.
— Твоя самодеятельность у всех уже в печёнках сидит.
— Хороший детектив всегда держит глаза открытыми, — философски усмехнулся Новак. — Если я вижу то, что не было учтено в плане — то и действовать начинаю не по плану, напарник.
— В общем…
Договорить Лисовской не дал какой-то шум, исходящий из табора; она запнулась на месте и обернулась на Новака.
— Ты это слышал?
Новак кивнул. Гневный рёв толпы. Но гнев не существует без объекта; на кого они так злятся?
— Что у них там происходит? — пробормотала Лисовская, пытаясь разобрать какие-нибудь отдельные слова. — Гладиаторские бои, что ли?..
…а затем ткань палаток взметнулась — и огромный белоснежный конь вырвался наружу.
В голове у Новака заиграла тревожная музыка погони.
— Новак! — окрик Лисовской — как ведро ледяной воды на голову. — Видел? Видел?
Новак видел. Человек в красной рубашке и широкополой цыганской шляпе… и Илана Медведева рядом с ним. Одета в какое-то пёстрое тряпьё, но это была она; дочку босса хороший агент СБ должен узнать где угодно, когда угодно и в каком угодно наряде.