"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Ингар остановил лошадей метрах в десяти от поджидающей их толпы.
– Чего это вы такой представительной компанией тут ожидаете?
Говоря это, Крад не вышел вперед, а просто встал так, чтобы его видели, а он мог быстро дотянуться до меча. Крад поправил кинжал на поясе и немного расслабил наборный щегольской ремешок, стягивающий теплую накидку.
– Ты можешь ехать дальше, – сказал Ингару тот, кто вчера приставал к Софин, – а девка и этот молодчик пусть останутся. У меня с ними есть нерешенные дела. Давай проваливай и не тяни время.
– Я советую вам одуматься и просто пропустить нас, это избавит вас от многих проблем, – спокойно проговорил Крад.
Он сунул руку за пазуху и, достав перстень барона, надел его на правую руку, после чего сбросил с головы шапку, и вырвавшиеся из-под нее волосы рассыпались по плечам.
Волосы до плеч и даже ниже могли носить только дворяне, простые же люди – селяне, мещане – должны были иметь короткую стрижку. Делалось это так: на голову надевали глубокую посудину и подрезали волосы, которые выходили за ее край. Делалось это любым режущим предметом, чаще всего ножом. Выходило очень неровно, но так как все носили головные уборы, скрывавшие огрехи стрижки, то никто не обращал на это особого внимания. Дворяне же могли заплетать волосы в косичку, носить хвост или же не сдерживать волосы ничем, так, чтобы они рассыпались по плечам и спине.
Однако это касалось только мужчин, к женщинам это не относилось. Простолюдинки не имели права делать высокие прически. В это время вообще было много сословных ограничений. И незыблемым было правило: любое оскорбление простолюдином дворянина каралось каторгой, а оскорбление действием – смертью.
Люди, стоявшие рядом с Симоном Карзом, как представил его вчера охранник, растерялись, что было видно по их нерешительности.
– Ну, что вы встали?! – проорал тот. – Вперед! Мы их тут и похороним, а вещи и лошадей продадим!
Зашелестели мечи, вынимаемые из ножен, и Симон, а за ним и остальные бросились вперед. Схватка была неминуема.
Крад не стал дожидаться, когда они приблизятся, а выхватил метательные ножи и бросил сразу с двух рук. Попал или нет, смотреть было некогда.
– Дарк, держи! – закричала Софин, и он, на мгновение скосив глаза, увидел летящий меч.
Дарк (а это был он) подхватил меч и одним движением сбросил ножны, а вторым располосовал ближнему нападавшему грудь. Но разбойников было довольно много, и вскоре Дарк, прижавшись спиной к повозке, отражал один удар за другим, перейдя в глухую оборону. Противники мешали друг другу, стараясь дотянуться до парня, и он этим пользовался: то один, то другой выпадали из свалки – кто-то раненый, кто-то мертвый. Но врагов было слишком много.
«Суслик, помоги! Где тебя вечно носит, когда ты нужен?!» – в раздражении послал Дарк мысленное послание бергу.
За спинами нападавших вдруг раздался оглушительный рык, и из лесу вымахнула темная тень, превратившаяся в огромного берга. Мгновение – и два располосованных противника упали, даже не поняв отчего: у одного просто пропала голова, а второй, всхлипывая, смотрел на свои внутренности, свисающие из разорванного живота. Между оставшимися крутилась смерть в виде сверкающего меча в руке молодого парня, прекрасно им владеющего, да темной, оглушительно рычащей тени.
Сзади раздался стук копыт, и на дорогу вылетел десяток воинов, которые и довершили разгром.
– Что-то вы задержались, – стал выговаривать Дарк десятнику дружинников Марка Мушера, вытирая меч, затем нашел ножны и вложил его в них.
– Виноват, милорд. Лошадь потеряла подкову, заехали перековать, дел на минуту, не думали, что так получится. Прошу меня простить.
– Ладно, хорошо, что все благополучно закончилось; это и были не воины, а так, сброд, а иначе, думаю, я так легко не отделался бы.
Десятник смущенно поклонился и отошел.
«Суслик, спасибо тебе. Если бы не ты, не знаю, что и было бы», – мысленно поблагодарил Дарк берга. «Ты же обещал не называть меня так», – прошелестело в голове Дарка. «Ну извини, все время забываю твое имя, оно такое непривычное». – «Вы, двуногие, такие бестолковые, а ты так в особенности». Зверь снова скрывался за густыми кустами, росшими на опушке леса, не желая лишний раз показываться людям.
 
– А ты так легко сдала меня! Ведь договаривались, что я теперь Крад! Что же это такое? – начал выговаривать Дарк Софин, стараясь не улыбнуться.
– Милорд, – испугано проговорила девушка, – я очень испугалась и растерялась, простите меня.
– Ладно, чего уж там, тут все немного растерялись, даже берг. Запомни: я теперь Крад, пока не попадем во дворец короля.
– А мы что, попадем прямо во дворец к королю?
– Вообще-то, должны, – усмехнулся Дарк.
Отвернувшись от Софин, он посмотрел на воинов, которые осматривали трупы разбойников и стаскивали их с дороги к лесу.
– Десятник, – обратился Дарк к старшему среди воинов, – мы поехали, а вы тут тоже надолго не задерживайтесь, догоняйте.
Он принял от подошедшего воина несколько метательных ножей, которые ранее кидал в разбойников, тщательно их вытер и сунул в перевязь. Затем снял с руки перстень и снова засунул его за пазуху, после чего надел шапку, спрятав под ней длинные волосы.
Повозка снова продолжила свой путь. Они тащились так уже четыре недели, по этим сельским, еле протоптанным дорогам, от деревни к деревне, и Дарку все просто надоело. Хотя временами было и интересно, он беседовал с простыми людьми о жизни, интересовался их проблемами, осторожно расспрашивал. И очень многое узнал и понял за дорогу.
Через пару дней они выйдут на тракт, а еще через сутки будут в столице. И Дарк надеялся, что на этом все закончится. Он и не подозревал, что с его прибытием в столицу все только начинается.
Начал накрапывать мелкий дождь, но с началом его потеплело, и идти тоже пока было легко: дождь прибил пыль, но еще не развез грязь на дороге. Надо было спешить: дожди тут могли зарядить на десяток дней, а то и больше, и идти безостановочно. Дороги тогда превращались в болото, и передвигаться по ним было уже просто невозможно, даже по королевскому тракту. Ведь это была такая же грунтовая дорога, только на ней могли разъехаться две кареты и через определенные расстояния располагались постоялые дворы и таверны, а за мостами через реки и овраги следили и регулярно их ремонтировали.
Дарк подхватил Софин на руки и усадил сзади на повозку, сам тоже присел рядом. Та, словно так и надо, вдруг привалилась к его плечу. Дарк посмотрел на нее, опустив глаза, и приобнял рукой. Софин пискнула и еще тесней прижалась к нему.
* * *
Пошла уже вторая неделя, как Ринк и его люди, согласившиеся поехать с Дарком, прибыли в столицу. Но расположились они в предместье и снимали комнаты на постоялом дворе «Жирный гусь», изображая наемников, ожидающих заказа. Ежедневно несколько человек по очереди дежурили на тракте, ожидая Дарка и компанию.
Граф и баронет с подставным принцем и оставшимися гвардейцами отбыли во дворец. Там графа поселили в дальних комнатах, а баронета и гвардейцев буквально сразу же отправили в охотничий домик, находящийся в паре часов пути от столицы, чтобы никто даже случайно не смог обмолвиться, что принц еще в пути. Домик этот находился в королевском лесу, куда король ездил на охоту. Правда, было это давно; после того как произошло несчастье с сыновьями, там, кроме обслуги, никто не появлялся. Он только назывался охотничьим домиком, а на самом деле это был огромный дом в лесу, имевший и гостевые покои на тридцать человек, и казарму для воинов.
Король был недоволен, что Дарк добирается отдельно. Но когда ему доложили о схватке в лесу, в которой потеряли почти половину воинов, а изображавший принца воин был убит, король согласился с тем, что поступили правильно, отвлекая на себя всех недоброжелателей.
Король Грегор не знал, что Дарк был недоволен этим решением еще больше, его вообще уговаривали целую неделю. «Я не трус и могу постоять за себя, – говорил он. – Нет и еще раз нет, я на это не согласен». – «Никто не говорит, что ты трус или не умеешь дать отпор, просто мы не знаем, что подготовят герцоги. Ты ведь сам слушал, когда расспрашивали Симора Корча, капитана пиратов. Они готовы заплатить любые деньги и пойти на любую подлость, лишь бы ты не доехал до столицы».