По дороге разочарований… (СИ)

Далее шел судовой паспорт, оформленный все на ту же туристическую компанию. А самое главное нигде я не нашел упоминания о том, что капитаном назначен именно Стивен А. Шерман. Именно это имя стояло в водительской лицензии. Кроме документов, в бумажнике обнаружились еще и сто пятьдесят долларов десятками, кои тут же перешли ко мне. Я уже был готов согласиться с этим вариантом развития событий, как вспомнил о судовом журнале. Еще дядюшка Джо, выходя каждый раз в море, обязательно делал в нем запись, что меня сильно удивляло, но по его словам это было обязательным правилом.
Судовой журнал находился, все в той же рубке и находился в закрытом полиэтиленовом пакете, видимо для того, чтобы сберечь его записи от солёной морской воды. И первая же запись в судовом журнале, сделанная почти пять лет назад, почти поставила крест на этом варианте развития событий. Там значилось, что капитаном данного судна, назначен Стивен А. Шерман, который закончил, школу судовождения, и его сертификат, на право управления судами малого и среднего класса находится в центральном офисе компании «Морская рыбалка» в городе Гамильтон, Бермудские острова. И эта запись была снабжена тремя подписями и двумя печатями. В принципе, при желании повторить эти подписи было не так уж и сложно. Это были, скорее всего «официальные росчерки», когда приходится подписывать много документов подряд, то в большинстве случаев, упрощают свою подпись. Потому что каждый раз выводить что-то сложно просто или надоедает, или находится другая причина. Да и по большому счету, за пять лет многое могло измениться, как например и руководители компании. С печатями было сложнее. Хотя если вспомнить уроки, полученные в училище, и воспользоваться, например теми же вареными яйцами, подделать их окажется не так уж и сложно. В общем, я надолго задумался и размышлял, как же мне поступить. С одной стороны, вариант с корабликом мне откровенно нравился. Я сразу же приобретал для себя и судно, и собственное жилье, потому что, предназначавшийся для морской рыбалки сейнер, имел несколько кают для пассажиров и капитана. И потом я мог сразу же не раздумывая отчалить от этого пирса и уйти достаточно далеко. С другой, кто знает, что ждет меня в дальнейшем. Ведь в свое время, я обнаружил этот катер именно здесь, и уже очень в плачевном состоянии. И именно на нем обнаружился тот самый сундук, открыв который меня перенесло на сорок лет назад. Кстати, а ведь один из сундуков и сейчас находится здесь.
Вспомнив об этом, я поднялся со своего места, и проковылял в носовой трюм. Бегать я пока не мог, все же нога, ощутимо побаливала. Откинув в сторону брезент, я убедился в том, что вижу перед собой, все тот же сундук, повлиявший на мое перерождение и отправку в это время. И хотел, было его вскрыть, но подумав, решил отложить это на некоторое время. Кто знает, куда меня закинет еще раз, и хотелось бы максимально подготовиться к этому переносу. Например организовать закладку из денег и камней, где-то на берегу, чтобы после добраться до них, пусть и через некоторое время. Вновь прикрыв его парусиной, вернулся на палубу, и уже не задумываясь, начал стаскивать с нее трупы недавно застреленных людей. Трупы, я просто доволакивал до борта, и переваливал за него на пирс. Почему-то решил, что так будет лучше. Когда последний труп оказался за бортом судна, зачерпнул несколько ведер воды и промыл от крови рубку управления, а затем постарался удалить все следы с палубы, после чего, раскочегарил паровую машину, которая, как и на сейнере дядюшки Джо работала от мазута, и дождавшись, когда давление возрастет, вылез на пирс, снял с тумбы удерживающий судно канат, и войдя в рубку потихоньку отчалили от берега.
Я выбрал этот вариант развития событий из-за нескольких причин сразу. Во-первых, учитывая то, что на судне оказался один из сундуков, в голове появилось опасение того, что если кто-то из бандитов знает об этом грузе, и общем количестве предметов, то не найдя один из сундуков, решит поискать его на том же катере, вполне может вернуться сюда и проверить свои догадки. Хотя это было и маловероятно, но тем не менее я этот вариант не исключал. Во-вторых, из-за ранения в ногу, ходить было довольно больно. Но более важным был тот факт, что любой полицейский, увидев разорванную штанину, со следами крови, и то, как я хромаю, сразу же заинтересуется этим. И мне придется искать объяснение случившемуся. А вот после эти объяснения вполне могут попасть на глаза бандитам. Уж о продажности местных полицейских я знал не понаслышке. И тогда объясняться придется еще раз. И боюсь, это будет, последним днем в моей жизни. Поэтому, было гораздо проще, сейчас отчалить от берега, и пройдя каких-то пять-семь миль скажем до того же Санди-Хука, причалить к какому-то пирсу, под предлогом дозаправки, или пополнения продуктов, и спокойно переписать основную запись в судовом журнале, назначив капитаном самого себя. Думаю, это будет не слишком вызывающе, тем более, что первая запись с именем Стивен А. Шерман, датируется пятью годами ранее. А за пять лет, могло произойти, что угодно.
 
Судно пересекало залив Лоуэр, довольно быстро. В конце концов, пять миль это недалеко и вскоре, я уже причаливал к выступающему в море пирсу который был установлен на полуострове. Уроки дядюшки Джо, не прошли даром, я на малом ходу, подошел к пирсу, вовремя дал реверс винтом, и бросил швартовочный конец местному швартовому. После чего отдав ему четвертак, сказал, что на судно требуется мешок картошки и полмешка лука. И пусть не стесняется, а берет самое лучшее. Добавив ему для покупки два доллара, хотя вся покупка вряд ли потянет больше одного вернулся на судно, а швартовый, тут же кивнул и убежал выполнять мою просьбу.
Я же заглушив котел, вошел в жилую надстройку судна. Первым на моем пути оказался камбуз, который меня поразил свои великолепием. Похоже кораблик предназначался либо для очень «богатеньких Буратино» либо находился в частной собственности, того самого спонсора. Во всяком случае, шикарный камбуз, с газовой плитой, огромным холодильником, и со множеством самых разных продуктов и спиртных напитков говорил сам за себя. Конечно даже того, что имелось там, должно было хватить надолго. Но для предлога, о том зачем я здесь пришвартовался, и был послан швартовый за продуктами. Лишними они не будут, храниться они могут долго, а место для хранения здесь предостаточно.
Кроме камбуза, на судне оказались четыре каюты. Одна самая роскошная состояла из двух небольших комнат по левому борту, и предназначалась видимо для хозяина судна, либо какого-то другого богатого человека. Напротив нее имелись три каюты меньших размеров, но тем не менее, тоже вполне респектабельных. А в самой корме, имелась небольшая комнатенка, с гальюном и душевой лейкой установленной на одной из стен. Кроме того, как я увидел несколько позже, здесь имелись еще две каюты, скорее всего для обслуживающего персонала. Одна из них предназначалась для капитана и его помощника, а другая, скорее всего для кока и официанта. И хотя помощника, как и кока с официантом, я сейчас не наблюдал, места для них и некоторые вещи, явно принадлежащие не убитому капитану, здесь имелись. Как и поваренная книга, которая почему-то оказалась в другой каюте, а не на камбузе.
Я же, взял с собой судовой журнал, и перешел в одну из кают, где заметил большой письменный стол, и набор для письма, стоящий на нем. Стоило мне выдвинуть первую же столешницу, как обнаружил в ней связку ключей. Оглядевшись вокруг, заметил у дальней стены металлический сейф, который меня очень заинтересовал. И хотя, к моему удивлению он был практически пуст, не считая, может единственной чековой книжки, которой я вряд ли смогу воспользоваться, и каких-то документов состоящих из нескольких папок, с которыми еще предстояло разобраться. Но обрадовало то, что среди всего этого обнаружилась пропитанная чернилами губка, на которой покоились две круглых печати и один угловой штамп, что красовались в судовом журнале. Не мешкая ни минуты, тем более, что вскоре должен был появиться швартовый с картошкой, я вооружился авторучкой лежащей на столе и написав несколько слов на каком-то листке бумаги, восстанавливая свои навыки письма, полностью скопировал то, что было записано на первом листе судового журнала, только со своим именем. Поставив под этой записью, три подписи, с вымышленными именами, заверил все это, найденными печатями и штампом, и со спокойной душой, закрыв за собою дверь в каюту, вышел на палубу.