По дороге разочарований… (СИ)

Единственное, что было откровенно жаль, так это мой дом. За время моего отсутствия он просто придет в полную негодность, тем более, что я собираюсь туда не на один день, а как минимум лет на пять если не больше. После некоторых раздумий, решил сделать следующее. Во-первых, закупил на своем предприятии цистерну топлива для своего грузовика. В Ехать предстояло далеко, и лишнее топливо не помешает. Вместо предложенной денежной компенсации мне отгрузили заказанное топливо, с большим удовольствием, и даже дали скидку. Затем, я заехал домой, где залил в бочку и то топливо, что все это время сливал в емкости на будущее. В итоге у меня получилась практически полная уистерна на все четыреста галлонов. И наконец, собрав все свои вещи и документы отправился в Сан-Себастьяно, на ферму своих родителей.
Здесь, все оставалось в том же виде, как было больше двух лет назад, когда я покинул отчий дом, отправившись с дядюшкой Джо в Манзанито. Отец, вообще сдал, видимо дошедшие до него вести о смерти лучшего друга еще более подкосили, и так не самое крепкое здоровье семидесятилетнего мужчины. Братья, тоже находились не в самых лучших отношениях. Начавшийся кризис снизил закупочные расценки, и семья, и так ели-ели сводящая концы с концами, вообще находилась на грани разорения. И если старшие братья будучи близнецами еще как-то ладили друг с другом, то средний Хоакин, уже не верил ни в какие изменения к лучшему, и почти в открытую требовал выделить ему причитающуюся долю, которую собирался продать и отправиться город, почему-то решив, что там все будет по другому, и жить там гораздо легче.
Тем более что мой приезд, считай на новеньком грузовике, говорил сам за себя. Уж если младший, то есть я сумел заработать на автомобиль, то и он — Хоакин сможет сделать это. И никакие доводы в том, что я два года подряд откладывал все заработанные с дядюшкой Джо деньги, плюс к ним подарок от тетушки Бенни, без которого вряд ли все это оказалось так просто, не принимался им во внимание. Тогда я предложил отцу, и братьям свой вариант.
Хоакин, отказывается от своей доли наследства, а взамен я отдаю ему право владения купленным мною участком, и стоящем на нем домике, в котором я недавно жил. Я конечно предупредил, что дом больше похож на летнюю кухню, имеющуюся на ферме отца. Но тем не менее там имеется койка, небольшая кухонька и подключены все коммуникации. Другими словами, жить можно прямо сейчас, а на участке, уже распланировано место для постройки полноценного дома, и начата заливка фундамента. Сам участок вместе с домом расположен в предгорьях, на окраине Сан-Пабло в семи милях от залива Сан-Франциско. Конечно, можно было выбрать место и по ближе, но я руководствовался в первую очередь ценой на землю. Да и участок самый дешевый из предлагавшихся на тот момент. С другой стороны, даже он вскоре будет стоить гораздо дороже, к тому же налоги этого года уплачены, и на участке не висит никаких долгов.
Хоакин рассмотрев все за и против, тут же ухватился за эту идею. Правда вначале, попытался набивать себе цену, но тут я жестко обломал его, сказав, если не хочешь получить этого попробуй судиться с отцом и братьями. Думаю, останешься вообще без ничего. В общем, уже на третий день моего пребывания на ферме, средний брат собрал свои пожитки, документы, переоформленные на его имя у местного нотариуса, и тут же сбежал, даже толком ни с кем не попрощавшись, чем очень обидел отца. Зато Санчес и Хуго радовались и не скрывали своего довольства. Близнецы с самого рождения, по словам отца, были вместе, и никогда не ссорились даже по пустякам, поэтому ни о какой дележки фермы даже и не помышляли. То же самое, можно было сказать и об их женах. Это были не две, а скорее одна, большая дружная семья. Вся работа делилась на всех, и никто не роптал, выполняя что-то порученное ему.
В хозяйстве имелся трактор «Фордзон» купленный отцом пять лет назад. В тот год сняли хороший урожай зерновых и сумели его выгодно продать. Поэтому отец отмел все возражения и приобрел трактор. С тех пор он служил в хозяйстве верой и правдой, потому что был достаточно мощным для этого времени, и неприхотливым в обслуживании. К тому же он мог работать на любом из трех видов топлива на выбор. Его можно было питать спиртом, керосином или бензином, что было довольно удобно в условиях деревенской жизни.
 
Зато помимо вспашки своих полей, он порой выезжал на соседние, таскал за собой телегу со всевозможной продукцией, и вообще был практически незаменим, и зимой и летом. И сейчас, братья, вот уже какой день уговаривали меня поделиться с ними бензином, которым была заполнена моя бочка, прицепленная, к моему грузовику. Учитывая что кризис шел полным ходом и бензин мало того, что значительно поднялся в цене, так вдобавок ко всему входил в разряд дефицитных продуктов. Я разумеется, пообещал подумать, но с каждым днем, понимал, что дальняя дорога, на побережье Мексиканского залива, сводит на нет все мои замыслы. И как бы я не выкручивался, а поделиться не получится. Только до Веракрусо от Сан-Себастьяно более двух тысяч шестисот миль. Следовательно мне понадобится минимум половина запаса, только для того чтобы добраться туда. Да денег было в обрез, а нужно было еще и что-то выделять на питание и жилье на время пути. Форд ТТ не тот автомобиль, в кабине которого можно устроиться на ночлег. И кто знает, что может произойти в дороге.
И тут в один из вечеров, который я коротал в городке Сан-Себастьяно, ко мне подвалил местный авторитет. Вряд ли его можно было назвать именно этим словом, все же он был, вполне «законопослушным» гражданином, и «никогда» не ввязывался в сомнительные сделки. Но тем не менее это слово, как нельзя лучше характеризует его деловую хватку, и умение заработать, казалось на простом месте, пусть и не совсем законными методами. Сан-Себастьяно, небольшой городок, где все друг друга знают. Именно поэтому этот человек и предложил мне сделку, от которой, я просто не смог отказаться.
Все было и просто и сложно одновременно. Сейчас в США царит сухой закон. В баре, конечно продавали некоторые напитки, но чаще либо из-под прилавка, либо что-то слабоалкогольное, типа сухого вина. Хотя иногда, если предъявить справку от местного врача, что по медицинским показаниям мне предписано употребление виски, можно было получить и рюмочку крепкого напитка. Но опять же не более рюмки за вечер, вот и приходилось выкручиваться, кто как может. Например, сейчас я употреблял «рюмку чая». Точнее обычную чайную чашку, в которую был налит джин. При этом, при появлении полиции все, у кого на столе имелись подобные «рюмки» должны были тут же опустошить их, или же объявить что содержимое чашки было принесено с собой. Впрочем местный полицейский тоже не слишком лютовал по этому поводу, понимая, что в следующий рас и сам мог остаться без выпивки.
Предложение состояло в следующем. У почтенного сеньора Скварчалуппи, неподалеку от его усадьбы, имелась охотничья заимка, где он нелегально гнал кукурузный виски, или попросту самогон. И сейчас, когда его количество превысило все разумные пределы, он решил отправить его на восток, где и реализовать по «приемлемым» ценам. Единственная проблема состояла в том, что его нужно было туда доставить. О том, куда именно его сдавать, и то что весь объем данного продукта примут с распростертыми объятиями его земляки итальянцы, не было никаких сомнений. Проблема была только в доставке. И тут в городке появляюсь я.
Мало того, что позади грузовика находится полуприцеп с емкостью до тысячи восьмисот литров, так еще на борту бочки красовалась эмблема хоть и молодой, но достаточно известной на всю западную часть страны, нефтеперерабатывающей компании. То есть если меня даже где-то остановит полиция, всегда можно будет сказать, что я везу обычный бензин. А то, что везу его с запада на восток, никому нет до этого дела. Где фирма нашла покупателя, туда и везу — кризис. Выбирать не приходится.
— А потом, въедливый коп, откроет верхний люк бочки и поймет, что бензин странно смахивает на кукурузный виски. И по запаху, и по вкусу. — Отвечаю я сеньору Скварчалуппи. И слышу в ответ оглушительный хохот.