Двигатель бесконечности (СИ)

– Еще не покинул корабль.
Я чувствовал: Рисс что-то скрывала от меня. Возможно, она знала, что случилось с Сепией. Но вытягивать из нее правду я не хотел, потому что чем дольше пребываешь в неизвестности…
Рисс вела меня сквозь оседавшую пыль и рассеивавшийся дым, пелена которого уже не застила горевшие чуть в стороне остатки шаттла. Определиться с законами перспективы на столь маленькой планете было сложновато, так что я запустил специальную программу, и она сообщила, что обломки находились в полутора километрах от нас. Видимость продолжала улучшаться, я уже видел кратер, у которого мы приземлились, – но ни следа Пенни Рояла.
Наконец мы добрались до границы дымившейся земли. Возле воронки Пенни Рояла торчал, воткнувшись в твердевшую лаву, шип. Вероятно, мистер Пейс пытался покончить заодно и с Черным ИИ, но снаряд – или снаряды – не пробил защиту, отклонился. Я осторожно притопнул, проверяя землю, убедился, что она тверда, и зашагал вперед.
Нога неприятно заныла, и скафандр предупредил о том, что кровотечение возобновилось. Я отключил предупреждения.
– Он сошел с корабля, – сообщила Рисс.
Так…
Только приблизившись к шипу, я решил вновь углубиться в его связь с мистером Пейсом – и тут стал смотреть его глазами, не отрывавшимися от далекого облака пыли и дыма, и слышать его мысли, мысли черного старика, который размашистыми скачками бежал по металлическому лесу. Ухватив шип, я попытался выдернуть его из лавы, но тот не давался, поскольку камень уже затвердел, крепко склеившись с иглой. На миг мне показалось, что эту шутку подстроил Пенни Роял, ведь шип немного походил на меч…
Потом я переделал структуру иглы, изменил характеристики – и вытащил ее из земли. Мы двинулись дальше по застывшей магме, Рисс струилась рядом, сама похожая на ручеек расплавленного серебра. Я двигался прямо к останкам шаттла. Корабль развалился на куски, да и земля вокруг так пострадала, что я не мог вспомнить, где именно стоял сам, не говоря уже о Сепии.
– Она здесь? – спросил я. – Этот взрыв отбросил меня почти на полтора километра.
– Застряла там. – Рисс поднялась в воздух и показала яйцекладом на один из металлических зубцов, кажется, именно тот, за который дрон толкнула меня.
Я шагнул туда, но тут увидел себя – иными глазами, со спины. Мистер Пейс быстро приближался.
– Взрывной гель еще остался? – на всякий случай поинтересовался я.
– Ни капли, – ответила Рисс.
Я опять стал множеством, как в Цехе 101, когда на нас напал робот, и время вокруг замедлилось. Рассчитывая вектора, я начал поворачиваться, а мистер Пейс метнулся вперед, занеся каменную руку, чтобы меня прихлопнуть. Отпустив шип, я перехватил запястье старика и, наклонившись, рванул вниз и перекинул противника через себя. Хотя мне удалось отклонить удар, я все равно растянулся на земле, чувствуя себя так, будто попал под самосвал. Мистер Пейс, кувыркнувшись в воздухе, рухнул на обломок корпуса шаттла, опрокинув его и разбросав по сторонам искры и ошметки затвердевшей монтажной пены.
Поднявшись, я подобрал шип и глянул на Рисс, которая даже не пошевелилась.
– Посмотри, чем ты можешь помочь Сепии, – попросил я.
– Я могу помочь тебе.
– Я сказал – помоги ей.
Пейс вскочил. Скафандра на нем, естественно, не было, но почему он решил выйти против меня голым и безоружным, я не понимал. Тем не менее его нагота позволяла увидеть, что мне удалось оставить на адамантовом теле пару выбоин. Но что теперь? Я застиг его врасплох, воспользовавшись его же ускорением. Если он бросится на меня, можно повторить маневр, но бросаться он, похоже, не собирался. К тому же скафандр делал меня более неуклюжим, более медленным и более уязвимым.
– Ты залез в мой разум, так? – спросил он, не двигая губами.
Как я мог ему ответить? Спикер скафандра в этой атмосфере не работал. И я обратился к нему прямиком через иглу:
– Зачем обязательно убивать меня перед тем, как забрать шип?
– Затем, что это единственный способ причинить боль Пенни Роялу, прежде чем я прикончу ублюдка.
 
Я, конечно, знал, что он лжет, а поскольку находился достаточно глубоко в верхних слоях его сознания, то и понимал почему. Мою связь с шипом требовалось разорвать, чтобы он сумел установить собственную. Но было тут что-то еще, чего я не мог уловить. Старый опытный разум что-то скрывал от меня. Пейс ухитрился удалить информацию из собственного сознания.
Он двинулся ко мне, согнув руку и небрежно покачивая выставленным пальцем. Указательным.
– Я просто разорву твой скафандр. Ты задохнешься, но в местной атмосфере достаточно цианида, чтобы сделать этот процесс максимально неприятным.
– А почему моя смерть должна быть неприятной?
– Потому что это приятно мне.
Говорил он с издевкой, но я чувствовал его замешательство. Почему он не мог просто прикончить меня и двинуться дальше?
Мистер Пейс замахнулся – как-то неловко. Парировав удар шипом, я качнулся в сторону и пнул противника, так что он пошатнулся и едва не шлепнулся носом вниз. Но продолжать в том же духе я уже не мог – нога разболелась не на шутку, а руки после удара онемели. Можно ли было добраться до него как-то иначе? Отследив потоки данных, я потянулся к нему – так я собирался войти в Рисс, так, как мне стало теперь известно, я мог добраться до Пенни Рояла.
Пейс повернулся, поднял руку, осмотрел ее. Два пальца отсутствовали. Я почти непроизвольно изменил форму шипа. Да, я мог остановить мистера Пейса. С лязгом, превратившимся в этой атмосфере в пронзительный вой, шип обернулся мечом, мечом, который я недавно извлек из камня. Нужно просто отрубить руку или ногу…
Словно в ответ на мои мысли шип изменился снова, вернувшись к первоначальной форме. Я уставился на колючку, потом на Пейса, вспомнил о големе на «Копье»…
– Ты хочешь умереть, – произнес я.
Конечно, он хотел. Но при этом желал прихватить с собой как можно больше народа и причинить как можно больше вреда. Я видел его прошлое: людей, которых он походя сбрасывал со стен своего замка, смерти и увечья тех, кто пытался помешать его восхождению к власти, выпотрошенных и отправленных прадорам пленников. Я оглянулся на Рисс, которая старательно разгребала булыжники, освобождая неподвижное тело.
– Я позабочусь о том, чтобы и она умерла, – хладнокровно заявил Пейс.
Вот оно. Я понял, что он скрывал. С этой мыслью я создал в форсе и шипе программу-дезинтегратор и внедрил ее куда следовало. Она сразу начала стирать личность мистера Пейса в игле, и точно так же стиралась сейчас его копия, находившаяся на планете. Потом я разорвал связь там, но сохранил здесь – он продолжал записываться в шип, и эта запись тут же уничтожалась. А потом я попробовал переправить сгенерированную дезинтеграцию ему.
Мистер Пейс дернулся, словно его ударили, пошатнулся и затряс головой. Я ожидал, что он рухнет как подкошенный, однако он выпрямился и ухмыльнулся.
– Думал, это будет так просто?
Разрушение передавалось ему, но тут же, в процессе, всё восстанавливалось. Тогда я понял: чтобы убить Пейса, его надо уничтожить физически. Интересно почему? Похоже, так решил Пенни Роял, награждая человека несокрушимостью. Требовалось физическое воздействие.
Он снова набросился на меня. Я ткнул острием шипа ему в лицо, старик увернулся, подавшись вправо, и я тоже шагнул вправо, перехватил шип и стукнул Пейса – на сей раз тупым концом, одновременно оттолкнулся ногами и, воспользовавшись силой удара и пониженной гравитацией, сделал обратное сальто. Для меня всё это происходило как в замедленной съемке и не отвлекало от анализа информации, которую я черпал напрямую из его сознания. Ключ находился там, потому что тело в основном состояло из аналога щитостекла. Кувырок еще не был завершен, а я уже разработал декодирующую молекулу и, приземлившись, принялся реформатировать поверхность шипа, чтобы произвести ее.
 
Приземлился я на ноги, но не удержался и шлепнулся на задницу. Подсознательно я засек, как мистер Пейс устремился ко мне с такой скоростью, что камни раскалывались под его ногами. Я попытался подняться, но сдался – оглушенный, раненый, вялый… мне нужно было, чтобы он так подумал. С трудом я встал на одно колено, держа шип острием к земле, вспоминая о том, как голем напал на меня, когда я впервые взял в свои руки управление кораблем, и каким крепким и острым был тогда шип. А Пейс меж тем собирался быстро нагнуться и сорвать с меня шлем.