Конец отпуска (СИ)

– Ну в любом случае спасибо, что ответил на вопросы.
– Тренер, – Крапива впервые назвала так тренера, обычно она его величала только по имени-отчеству, – а как нам восстанавливать способности. Если уж щекотать себе нервы, то давай всерьёз. Расскажи нам, как было бы максимально правильно действовать, чтобы как можно быстрее вернуть свои способности. Ты нам тут сказки рассказал и даже показал, но мы ничего такого не умеем, по факту только жонглёрами можем подрабатывать. Не тянем мы ни на какие реальные Ранги, которых ты так сильно боишься, извини, опасаешься. Давай, научи нас, как стать суперменами.
– Да, без проблем, отвечу. Только этого никто толком не знает. Мы можем только тушить Ранги. В Империи не приветствуется большое количество мощных граждан. Возможно, есть методики по быстрому восстановлению способностей, но их скрывают. Что я знаю, так это то, что если потенциал есть, то его можно реализовать только тренировками. И ими же поддерживать. Вот я видел, как Маугли уклонялся на видео от двух бодрых парнишек. Тренировкой было бы в следующий раз уклоняться от трёх, одновременно уворачиваясь от летящих камней. Увеличивать интенсивность и продолжительность времени «под нагрузкой». Мониторить результаты, периодически делать тесты на скорость реакции и прочие параметры. Не делать акцент на теле, а тренировать именно способности. Брать тело под больший контроль, менять его, но не с помощью упражнений – в этом случае именно упражнения меняют тело, а с помощью способностей. Доходить до пиковых нагрузок и оценивать время восстановления. Обычные спортивные принципы, – на короткое время перед нами предстал тот мудрый наставник, которого мы любили и уважали.
– Спасибо, тренер, – вполне искренне поблагодарила девушка.
– Не за что, – фыркнул тренер и отвёл глаза. Да ладно, неужели совесть?!
Совесть или нет, а мне показалось, что тренер просто искусно нас заговаривал. Тянул время. Все эти интересные истории могли быть правдой, но тренер достиг цели. Мы по-настоящему и не пытались освободиться. Честно говоря, он перестраховывался. Даже если бы и пытались, то что? Наши способности даже близко не похожи на то, что я видел в записи. Крапива, конечно, молодец – протестировала свою способность противостоять воздействию «фонарика», но что это нам даёт? Пока непонятно. Невеликий козырь, но хоть что-то.
– Тренер, а что будет, если тебя убить? Вот потеряешь ты своё био-тело, как ты говоришь. А потом что? Ты сразу вселишься в чужое тело? Или как это вообще работает, – я не был уверен, что тренер подробно всё расскажет, но вдруг.
– Долго рассказывать, да и не вижу смысла в подробностях. Если вкратце, то смерть носителя – это всегда шок. Новое тело не получается взять мгновенно. Да и потом ещё неделю на привыкание. Это если готовый носитель брать. В смысле развитый. Вас же засовывают в недоразвитые био-тела, которые только-только появились, что само по себе укрепляет любую амнезию. Так что ничего критичного в моём случае не произойдёт. Через две недели я буду снова в строю. У меня есть страховка на этот случай. Потеря этого носителя меня не убьёт. Да и убить меня в этом носителе достаточно сложно. 
– А где ты возьмёшь так быстро готовый носитель? Чужое тело займёшь?
– Нет, занятое тело уже не занять. Это практически невозможно. 
– А как же тогда?
– А вот это не скажу, – тренер ещё раз посмотрел на часы, после чего неприятно усмехнулся, – я немного слукавил. Нам не надо ждать так долго. За вами уже приехали. Так что давайте прощаться, ребята! Особо не переживайте. Жду вас на тренировке. Всего хорошего!
– Ещё кое-что, тренер! – воскликнул я, когда предавший нас человек направился к двери. 
– Что такое?
– Ты стрёмный человек, тренер. Я это не забуду. Ты поступил с нами не красиво. И это я тоже не забуду. И это слово «стрёмно» у тебя стрёмное, кстати.
Тренер только хмыкнул на это и вышел из дома, аккуратно притворив дверь. У меня же появилась стойкая неприязнь к этому его «стрёмно», так как я понял, что полжизни мы с Крапивой, оказывается, неосознанно копировали манеры тренера и его слова. Как он всё-таки въелся в нашу жизнь. Но ничего, я это из себя вытравлю.
 
Я задействовал Восприятие. Тренер пешком уходил от дома. Больше никого поблизости не было. Я начал дёргаться, чтобы попытаться освободиться. Начал трясти стул и раскачиваться. Крапива занялась тем же самым. При этом мы начали кричать во всё горло «помогите!», «зайдите в дом!», «спасите!» и так далее. Я своими раскачиваниями добился только того, что упал на бок и потерял подвижность ещё больше, отзываться на наши крики никто не спешил.
– Ка, падай тоже! Только попробуй рядом со мной. Будем пытаться зубами развязаться.
– Сейчас! – Крапива начала дёргаться на стуле, стараясь сместиться поближе ко мне. 
Подпрыгав на тяжёлом стуле поближе, она начала раскачиваться, чтобы упасть рядом со мной. 
– Давай под Восприятием, точнее получится, – посоветовал я.
– Ага, – сосредоточенно ответила девушка и шлёпнулась передо мной.
Я начал извиваться, чтобы перед моими зубами оказались её руки, но тут Крапива в сердцах чертыхнулась. Задействовав Восприятие, я увидел, что вызвало её расстройство. К дому подъезжала Тойота Альфард. Тренер, козёл, всё точно рассчитал. Мы никак бы не успели освободиться.
– Уже не успеем, – признал я очевидное. – Они по-любому будут пытаться нам что-то внушать. Чтобы это обойти, мне помогает представить это в уме в виде задачи, где я должен сделать то, что нужно мне, не противореча их приказам. Как трактовать тот или иной приказ, тоже решаешь ты.
– Поняла. Жаль, конечно, что так получилось, я бы не хотела терять память. Мне с тобой дружить нравится больше, чем козни строить, – расстроенно сказала девушка.
– О, а мне с тобой не только дружить нравится. И я этого точно не забуду. Не этим уродам у меня тебя отнять. Ну, если только на время, – всё-таки признал я тот факт, что не контролирую ситуацию. – Пока ещё ничего страшного не случилось. Прорвёмся.
– Прорвёмся, – эхом ответила девушка.
Дверь открылась, вошли три человека в сером. Я бы не удивился, если бы это были те же самые персонажи, которых мы припрятали в речке, но нет. По телосложению похожи – худощавые, относительно лёгкие, но лица другие. Какие-то невзрачные типы. Я извернулся и рассматривал вошедших. Они в свою очередь подошли ближе и уставились на нас. «Фонарики» держали в руках двое из них. У третьего в руках был небольшой странный пистолет. Этот третий подошёл к нам ближе всего и прикоснулся пистолетом к моей шее. Я почувствовал укол. Успел подумать, что это, оказывается, не пистолет, а инъектор, и отключился.
  
Глава 20
 
Пришёл в себя я не сразу, мысли путались, цепляясь за уходящие странные образы. Казалось, что снилось что-то очень важное, но я не мог вспомнить, что именно. Минут пять я апатично реагировал на непонятную тряску или, скорее, вибрацию. Потом проснулся окончательно и первым делом, не открывая глаз, задействовал Восприятие. Сначала не понял, что же я увидел, какой-то здоровый овальный цилиндр и со всех сторон пустота. Потом до меня дошло, что я в самолёте или в чём-то на него очень похожем. Крылья располагались немного непривычно. Просканировав обстановку поближе, я увидел, что лежу на чём-то типа кушетки или носилок, плотно пристёгнутый ремнями за руки, за ноги, туловище и шею. У противоположного борта находилось также тщательно зафиксированное тело, только женское. Ага, боевая подруга рядом. Только что-то мы совсем не в боевой готовности. 
Я продолжил изучать внутренности самолёта. Небольшой совсем салон. От борта до борта метра два примерно. Впереди на четырёх креслах лицом друг к другу сидели четыре человека. В кабине сильно отклонив спинку кресла назад почти лежал пилот. Несмотря на вибрацию в салоне было достаточно тихо. Наши похитители молчали. Решил открыть глаза.
Салон выполнен в светло-серых тонах. Потолок очень светлый, но не белый, светло-серые стены, темно-серый пол. Ну, так, на любителя расцветка. Не весёлая ни капельки. И было вообще непонятно, нас везут на каком-то флаере из звёздных войн или это просто расфуфыренный бизнес-класс. Наверное, всё-таки звёздные войны – нет никаких иллюминаторов и тишина уж совсем для самолёта нереальная. Да и положение пилота какое-то нестандартное. Тряска, которая помогла мне проснуться, – это просто была небольшая турбулентность. Ничего не происходило. Крапива, судя по спокойному дыханию, спала. Да и среди наших сопровождающих бодрствовал только один. Он что-то делал с планшетом, который лежал на коленях.