Конец отпуска (СИ)

– Да ты просто Джеймс Бонд, бумажку вон засунул, откуда ты это знаешь всё?
– Джеймс Бонд на минималках. Хотя мы, скорее, те, за кем охотятся наши местные Джеймсы Бонды. А про бумажку в двери, так я такие книжки и читаю: фантастика и детективы. Попаданцы всякие. Яна Флеминга я тоже читал, кстати. Это обычный приём: оставить маячок, по которому видно, заходил кто-то внутрь или нет. Я постарался так засунуть, чтобы издали видно было, но внимания не привлекало. Ничего, кроме бумажки, в голову не пришло. 
– Кто бы знал, что нам фантастика и детективы пригодятся в жизни.
– Это да. Причём, мне кажется, ситуацию принять тяжелее из-за того, что окружение по большому счёту тоже самое осталось. Наш город, те же люди вокруг, мозги то и дело соскакивают на то, что всё как обычно. Если бы мы в параллельный мир попали, то сразу бы поняли, что правила изменились, а тут не совсем понятно, какие правила изменились, а какие нет. У меня иногда мысли, а что мама скажет, если узнает, что я меньше чем за неделю десять человек убил собственными руками. Смогу я ей объяснить всё или нет? Мешает это всё полноценным приключениям. Мы вот сейчас обсуждаем, как жизни свои спасти, а в меньше, чем в часе езды отсюда родители и друзья. Сюрреализм какой-то. 
– Да, согласна, из-за этого постоянно странно себя чувствуешь. Мысли типа «завтра на работу» или «Симаков заказ ждёт, надо ему позвонить» всё время в голову лезут. Приехали, кстати, вот шлагбаум.
– Ага, жди звонка или меня.
Отойдя метров десять от опушки, я направился к дому, периодически запуская Восприятие. Воспринималось всё хорошо, только осознать увиденное требовало времени, так как никаких указателей «живой объект», «дерево», «куст» не было. Если бы человек замаскировался, я спокойно мог бы его пропустить. Поэтому я останавливался и анализировал увиденное Восприятием. Ничего, кроме обычного леса, не видел. Наконец добрёл до нашего домика, лёг в траву и пополз. Насколько мог незаметно приблизился к дереву, которое ближе всего стояло к крыльцу и присмотрелся. Бумажка была на месте. Всё в порядке. Я набрал Крапиве и сказал, что всё нормально, попросил её быть на связи, сам оставив только один наушник в ухе, положил телефон в карман и пошёл к дому. Обошёл дом вокруг, сканируя Восприятием обстановку внутри и снаружи – ничего подозрительного. Подошёл к крыльцу, открыл дверь, зашёл внутрь, обошёл все комнаты, включая санузлы. Всё нормально. Восприятие и так это показывало, но проверить стоило. Описал все Крапиве. Получается, такая процедура у нас каждый раз теперь будет. Сегодня засады нет, завтра – кто знает.
Когда девушка зашла в дом, чайник уже пойти закипел.
– Давай все вещи в сумки покидаем, чтобы, если что, быстро их погрузить в машину и не собираться. А то пока мы всё с полок и вешалок снимем, много времени может пройти, –предложил я.
– Хорошо. Но после чая! И ужина! Но чай сначала.
Пока пили чай, пока ели, ничего серьёзного не обсуждали. Но потом все-таки начали планировать, что делать завтра. 
– Я предлагаю сначала разобраться с Анатолием Фёдоровичем, через него можно будет выйти и на куратора. У меня есть его номер телефона. Он не знает, что я жив. Также он ждёт, что с ним на связь выйдет Степан, чтобы договориться о выкупе ножа. Но звонить или писать Фёдоровичу с твоего номера нельзя. Я пока посижу в интернете, посмотрю, как связаться так, чтобы наша личность не засветилась, а ты можешь посмотреть телефон и ноутбук Степанова.
– Может, давай наоборот? Всё-таки данные от Степанова могут помочь тебе справиться с последствиями того, что с тобой сделали.
– Разумно. Тогда садимся и смотрим.
Мы разложили девайсы и углубились в изучение своих вопросов, периодически перебрасываясь фразами.
– Слушай, ну у Степанова тут склад порнографии, а не компьютер, – поделился я, когда ничего кроме очередной порции картинок и роликов на тему секса не нашёл.
– Вот и радуйся, – хмыкнула Крапива, особо не отвлекаясь.
– Да что-то не радостно особо… ладно, поищу дальше…
 
В итоге я ничего не нашёл, что хоть как-то проливало бы свет на работу Степанова. Только порно, только переписки на сайтах знакомств. Нашёл несколько статей общего характера про то, что такое гипноз, про опыты американских коллег Степанова над людьми. У них много информации сделали открытой и хотя вряд ли по-настоящему рассекретили всё, но то, что стало доступным публике, шокировало. Огромное количество опытов над людьми. Файлы Степанов скачивал в интернете или держал открытые вкладки в браузере, то есть ничего по-настоящему серьёзного я не нашёл. Но само направление его работы понятно: как засунуть в голову человека внушение, чтобы он об этом не знал и при этом выполнял приказы. Стабильных результатов в области поведения никто получить не мог. Но это так в интернете думают, а вот доктор Иванов наверняка много мог бы сказать такого, что поменяло бы точку зрения неверующих в эффективность таких экспериментов. Ну ладно, посмотрим телефон. 
В телефоне тоже всё было подчищено, никаких намёков на куратора или представителя Конторы не было. В общем, ничего ценного не обнаружил, а некоторые вещи очень хотелось развидеть. У Крапивы дела шли получше, чем у меня. 
– Значит, смотри, – начала просвещать меня девушка, – если верить интернету, то отследить по номеру могут достаточно быстро. Поэтому надо запастись симками и звонить с одной не чаще одного раза. Купить можно возле универмага. Там просто симку без паспорта можно купить. Нас много надо. Потом, могут отследить по идентификационному номеру самого устройства, у каждого мобильника он индивидуальный. Но тут нужно использовать оборудование специальное, это дорого и затратно. Если же вообще телефон отключить, то практически нельзя найти. 
– Так, хорошо. То есть я с твоей симки могу звонить только тебе. Никому больше. Завтра едем покупать симки, чтобы их использовать, для вытаскивания Фёдоровича на беседу. 
– А о чём ты хочешь с ним поговорить? И как?
– У меня в голове только самый кровавый вариант. Фёдоровича надо вывезти куда-нибудь за город, выведать всю информацию, потом там же за городом и прикопать.
– Опять убивать, – Крапива вздохнула. Никакого протеста она не выражала, но расстроенной выглядела.
– Да. И мне, я тебя уверяю, это очень не нравится. Но я лично другого выхода не вижу. На меня поступил заказ Фёдоровичу, скорее всего, от куратора Степанова. Куратор – представитель госструктуры. Если данные обо мне ещё у него, а мне кажется, что так и есть, так как вряд ли он по электронной почте всё каждый день пересылает, то можно в итоге добраться до него и закончить с ним, не привлекая к себе внимания его коллег по работе. Вообще, вполне возможно, что вся заваруха с убийством сына прокурора – это просто местные разборки, о которых вообще куратор никому сообщать не будет. Но в любом случае, если я обращусь за помощью в полицию, то мной в итоге займётся та служба, в которой состоит доктор Иванов. А мне этого очень не хочется. Единственный выход – как можно быстрее найти Плотниченко и разобраться с ним, а также с теми, кто знает про заказ на меня в ЧОП «Нож», это Анатолий Фёдорович и его сын Владимир, возможно, кто-то ещё. Они все хотят меня убить, значит вполне логично предположить, что убить их – это не такое уж плохое решение. 
– Да уж, влез ты в разборки, – покачала головой Крапива.
– Ты уверена, что тебе со мной безопаснее? Всё-таки тебя ищут только люди в сером, а вся эта кутерьма со спецслужбами тебя не касается.
– Я ни в чём не уверена на сто процентов кроме того, что, когда тебя рядом нет, у меня начинается паника или приступ паранойи. И эта паранойя не выглядит неоправданной. Люди в сером существуют. Они могут подчинить себе мою волю, волю всех моих знакомых. Единственный, кто им что-то может противопоставить, – это ты. Так что, несмотря на все твои проблемы, с тобой лучше. Если бы я позавчера не пришла к тебе, то меня бы просто забрали неизвестно куда из квартиры. А учитывая с какой лёгкостью «серый» отдал приказ меня убить, то вряд ли бы я вернулась домой. Ты мне жизнь спас тогда.