Вперед в прошлое 13 (СИ)

А вот и Боря подоспел, гордо развернул рекламный плакат, демонстрируя его Лялиным. Лика показала «класс», и мы с братом прицепили ватман к столику. Правда, часть пришлось подогнуть, но все рисунки и надписи остались на виду.
— Отойди, не загораживай, — скомандовала Лика и встала за прилавок. — Надо посмотреть, как работает плакат. Ма, можешь ехать домой.
— Нет, Лика, я тебя подстрахую, — возразила Анна. — Время страшное, мало ли что случится. Это не рынок, где за всем следят, тебя могут ограбить.
  
— Малая разорется, — отмахнулась Лика. — Еле утихла. Она отпугивает покупателей.
— Не ругайтесь! — повысил голос я и отошел к остановке, посмотрел на торговую точку: надписи читались, эклер манил глазурью, а вот торт смазывался и проступал во всей красе, только если подойти поближе.
Значит, на втором плакате нужно одно большое пирожное. Вернувшись к столику, я сказал:
— Мне надо ехать на стройку. Вечером заскочу за тортом и расскажу, как минимизировать усилия и что делать дальше. А также, где менять рубли на доллары, есть у меня один проверенный валютчик.
— А можно остаться? — спросил Боря, беря из рук Лики корзиночку. — Интересно посмотреть, работает ли…
К прилавку подошли две девушки как доказательство того, что реклама — двигатель прогресса. Пока мало кто ее использует, и она работает бешено.
А мне предстояло сегодня много всего. И на стройку заскочить, и ниточки нового бизнеса воедино свети, и наладить доставку продуктов. Краем уха слышал, что бабушка собралась расставаться с коровой, потому что тяжело и не сказать чтобы прибыльно. Теперь у нее будет постоянные клиенты, а если нарастим производство, то и ее соседи будут продавать нам молоко, масло, сметану и сливки.
Чувствую, скоро все упрется в оборудование, которое стоит, как машина. Хорошо все-таки будет в будущем, когда по интернету можно заказать что угодно, в том числе духовые шкафы. А так мне придется побегать…
Пожалуй, нет. Пусть Анна бегает, она договариваться умеет. Мое дело — направить ее по правильному пути.
  
Глава 22
 
Потяну ли?
 
Возвращаясь со стройки, я размышлял над тем, потяну ли ее, если потеряю основной источник дохода, торговлю мукой. Коробку гостевого домика уже выгнали, а также выгнали первый этаж основного дома. Пол второго этажа гостевых решили заливать бетоном вручную, там небольшая площадь, а для основного дома нужен манипулятор, чтобы положить бетонные плиты. И можно дальше работать. Коробка — это быстро и несложно, все самое сложное дальше, когда начнется внутренняя отделка.
Работникам я плачу около двадцатки. Кондитерка уже приносит 20–25 000, больше автомастерской, там моих 15–20000, но так мало потому, что Каналья катается по нашим общим делам и отдает заказы двум своим работникам — Алишеру и Сергею. Доход с автомагазина мы условились делить тоже пополам, чтобы не путаться в подсчетах, хотя это чисто мой доход. С автомагазина я получаю от 5 до 80 000 в день, в зависимости от того, продавались ли запчасти иномарок.
Выходит, что и стройку потяну, и больницу, и даже много останется на расширение бизнеса.
Нехилый доход у пятнадцатилетнего подростка — 45 000 рублей в день в среднем, месячная зарплата взрослого. Еще есть дедова торговля, оттуда капает около десятки, на эти деньги он закупает товар для друзей и запчасти, чтобы не гонять туда-сюда крупные суммы, я потом эту десятку вытаскиваю из оборотных автомагазина и снова пускаю в оборот. Итого мой доход 55 000 при самом пессимистическом раскладе.
Вдруг еще и больница на самоокупаемость выйдет? Это, конечно, из области фантастики, но с чем черт не шутит.
Так что справлюсь. В конце концов, кондитерская будет наращивать обороты, для мастерской скоро построим боксы, о выделенном электричестве Каналья договорился по своим каналам. Все упиралось в рабочие руки. Толковых мастеров найти трудно, а кто таковым является, предпочитает работать на себя и не знает нужды. Все, чем можно заманить такого человека — условиями труда. Сухим и чистым помещением, оборудованием, запчастями, которые всегда под рукой, человеческим отношением и уверенностью в завтрашнем дне.
Чем закончился рабочий день Канальи и сколько я сегодня заработал, узнаю, только когда привезу маме свадебный торт и будет откуда позвонить. Нет, сначала куплю акции винзавода, которые мне обещаны, и только потом начну делать обзвоны: сперва Каналья, потом дед, затем Илья. Хотелось заскочить к Каретниковым, ведь в пятницу вечером тетя Лора уезжает с Яном в больницу — вдруг не успею их увидеть. Хотелось им денег передать, потому что лечение сейчас очень дорогое, в больницах даже ваты и марли нет, не говоря о лекарствах.
Ну а сперва — Лялины. Уже семь вечера, они должны были вернуться.
Я подъехал на мопеде к самому подъезду, затащил его на второй этаж и постучал в комнату Анны. Открыла она, приложив палец к губам и кивком приглашая войти.
Раздеваться я не стал, шепнул:
— Я ненадолго, надо бежать. Мне Вероника очень нужна, расскажу, как мы будем работать дальше, я все продумал.
— Она занята, печет, — ответила Лялина. — Лика нужна?
— Вы все нужны, и она. — Я кивнул на кроватку со спящей Дианой. — Пусть вникает в семейный бизнес. Я Лику сам заберу в кондитерскую, вы когда придете?
— Да сразу же. Запеленаю только.
Анна взяла на руки дочь, та крякнула, но не проснулась. Я постучался к Лике, та открыла и сразу затараторила, сияя глазищами:
— Все продали, прикинь? Две корзинки и желеха остались. Желеху сама съела, остальное Боре твоему скормили. Получилось по двадцать три тысячи нам и тебе, прикинь!
— Одевайся, идем в другую общагу, дело есть!
— Это мы завсегда!
Переоделась Лика быстро, как солдат, и спустя две минуты шагала рядом и взахлеб делилась впечатлениями. Энергия из нее так и фонтанировала, аж мне передался боевой задор. Школу ей мать бросать запретила, только разрешила после уроков бабушке помогать, и это Лику очень злило — смысл просиживать штаны в школе, когда — такие перспективы?
Вероника жужжала миксером, слышно было аж за дверью. Открыла нам и сразу же провела к столу, где ждал своего часа свадебный торт. Огромный, пышный, будто снегом присыпанный. В его середине красовалось сердце, которое я видел в холодильнике, а над ним сплелись два кольца. Красным кремом по белому было написано: «Мир да любовь!»
— Шедевр! — выдохнул я.
Вероника поставила коробку рядом с тортом.
— Вот сюда упакуем, и донесешь без повреждений. Но не на мопеде, конечно.
Потом она отсчитала мне сорок тысяч.
— Держи, это твое по праву. Если бы не ты, мы о таком даже не мечтали бы. А если бы и мечтали, то…
Я вернул ей семнадцать тысяч, еще сверху пятерку накинул.
— Мы партнеры, условия у нас 50 на 50. Если бы не ваш талант, да, ничего этого не было бы. Я по другому вопросу к вам: придумал, как доставлять продукты без потери времени. Бабушка усыновила паренька, Юрку, он каждый день ездит в школу и мог бы передавать вам продукты. Все, что от вас потребуется, подойти к автобусу и забрать сумки. А потом, например, Анна подойдет к автобусу, когда он поедет назад, и передаст тару. Как вам?
— Это гениально, — оценила Вероника. — Если честно, этот вопрос меня тревожил.
— Пару мешков муки я привезу. А вот сахар и остальное по мелочи придется закупать после работы.
— Это вообще не вопрос! Бухгалтерия, отчеты и расчеты — это все на мне. Я никогда тебя не кину и воровать не буду, я умею ценить добро.
— Даже мысли такой не было. Упакуйте мне торт, и я побежал. А Юру с молочкой ждите уже завтра. Я заскочу ближе к десяти, скажу, что и когда.
  
Вероника принялась хлопотать, упаковывая торт. Придется поставить его на мопед и медленно везти, иначе есть опасность повредить такую красоту. Мама от счастья, наверное, будет прыгать до потолка. В магазине ничего подобного не найдешь.
— Спасибо вам огромное, Вероника! Берегите здоровье. Лика, следи, чтобы бабушка хорошо спала.