Проклятье старинного кольца (СИ)

Ричард понял, что девушка, несмотря на молодость, в обиду себя не даст. Чем-то она напоминала его ненавистную тетку. Наверное, за это леди Эстер и выбрала ее из прочих невест.
— Когда вы предполагаете объявить о помолвке? — спросил он, чтобы перевести разговор на другую тему.
— Через неделю, перед нашим отъездом. День свадьбы назначим позже. Я думаю, двух месяцев будет достаточно. Я хочу выйти за вас прежде, чем женится отец, — с горечью пояснила Аркадия.
Аркадию в поездке сопровождали ее горничные Берта и Дафна. Когда у господ закончился приуроченный к помолвке ужин, на кухне Олдоакса собрались слуги замка и их гостьи.
Берта была молоденькой белобрысой девушкой среднего роста, очень живой и жуткой хохотушкой. Ее голубые глаза в обрамлении светлых ресниц смотрели на мир с удивлением и полным доверием. Берта с детства легко сходилась с людьми. Ее в первый же день приняли в свой круг слуги Олдоакса.
Дафне уже исполнилось сорок. Она была личной горничной еще матери Аркадии, а после ее кончины приняла на себя заботу о девочке. Дафна вела себя крайне сдержанно, да и трудно было представить себя крупную полную матрону легкомысленно хихикающей. Ее начинающие редеть рыжие волосы и веснушки на лице очень нравились Эмме.
Обе горничные невесты Ричарда имели лишь одну слабость — они любили беззлобно посплетничать о хозяевах. Теперь, когда ужин у господ завершился, вся посуда была перемыта, а столовая и кухня убраны, горничным представилась такая возможность.
Из слуг Олдоакса в кухне остались экономка Мэри Талбот, горничные Эмма, Бетти и Лиля, и кухарка Кэт, которая уже выздоровела после тяжелой болезни, сопровождавшейся лихорадкой и головными болями. Мужская часть персонала, быстро отужинав, удалилась на задний дворик курить и обсуждать свои мужские новости. Это оказалось к лучшему — при них женщины бы не вели себя так расковано и не выдавали бы секретов своих хозяев.
— Интересно, что ваша госпожа нашла в сэре Ричарде? — тихо спросила Бетти, — он ведь далеко не подарок.
— У нашей леди Аркадии тоже сложный характер, — ответила Берта. — У нее сколько женихов было! Так она всех отвадила.
— Что, никто ей не нравился? — спросила Эмма.
— Да нет. Просто она любит язвить, а многие этого не терпят. Вот однажды граф Пелти приехал свататься. За обеденным столом он от волнения выпил три чашки чая, а она и говорит: «Может, вам в кастрюлю чаю налить?», — ответила Берта.
Слуги засмеялись.
— Ты бы поменьше болтала, — недовольно сказала Дафна.
— И многие к ней сватались? — спросила Бетти.
— Раньше много женихов было, а теперь поменьше. Ей же уже восемнадцать стукнуло, — ответила Дафна.
— А что ваш жених, чем он нехорош? — с любопытством спросила Берта.
— Так он игрок и кутила, — сказала Бетти, — ходят слухи, что он свое состояние в карты проиграл.
— Да что ты? И он надеется за леди Аркадией приданое взять? — удивилась Берта, — но у нее не так уж много денег. Батюшка ее все на будущую жену тратит.
— Но ей же приданое наверняка от покойной матушки досталось? — спросила экономка.
— Да, то, что от матушки досталось, к сэру Стоуну не перешло. Это у нее не отберешь.
— А что, ваш сэр Ричард заложил поместье? — с тревогой спросила Дафна.
— Нет, он бы заложил, но не смог. Леди Эстер об этом говорила с сэром Джорджем. Поместье ему досталось по майорату — его не продашь и не заложишь.
— А наша-то леди Аркадия такой характер имеет, что батюшка не знает, как бы быстрее ее замуж отдать. Она же все в имении решает сама, никому не дает развернуться. Все по ее указке живут, — сказала Дафна.
— Очень хорошо, — ответила Мэри, — сэру Ричарду такая и нужна, чтобы он ее слушался и не делал глупостей. Прости, Господи, что я так говорю.
Слуги бы и дальше продолжали сплетничать, но тут зазвонил колокольчик, и Эмме пришлось выйти. Она пошла в кабинет леди Эстер, где графиня беседовала с мужем, открыла дверь и спросила, что господам угодно. Но леди Эстер ответила, что они ее не вызывали, и что, наверное, звонил Ричард.
 
Ричарду была отведена гостевая комната около столовой, выходившая окнами на дорогу. Эмма постучала и вошла. Ричард сидел около окна и изящной пилочкой подтачивал ноготь на большом пальце левой руки.
— Что угодно, ваше сиятельство? — спросила горничная.
— Кто меня определил в эту комнату?
— Так мы с Лили ее прибрали, а остальные комнаты заняты гостями.
— Мне тут не нравится. Я не намерен смотреть из окна на дорогу. Я хочу комнату с видом на розарий.
— Но с видом на розарий только комната леди Эстер. Даже у сэра Джорджа окна выходят в парк на аллею.
— Тогда приготовь мне комнату с видом на парк.
— Но госпожа будет недовольна, если я поменяю вам комнату. Да и свободных комнат в том крыле нет, только если поменять вас местами с месье Фостером.
— Госпожа это проглотит, а Фостер — слишком мелкая сошка, чтобы жить с видом на парк. Еще скажи кухарке, что мне не понравилось мясо на ужине. Оно было почти сырое.
— Но сэр Джордж любит бифштекс с кровью, Кэт всегда так готовит.
— А мне пусть прожаривает мясо получше. А ты не перечь, не то уволю.
— Меня леди Эстер принимала на работу, а не вы, она и увольнять может. И вот что я скажу, хорошо, что вы на леди Аркадии женитесь. Она в своем доме всем распоряжается и над вами будет командиром!
— Пошла вон! — в бешенстве крикнул Ричард.
Эмма выскочила из комнаты и почти в слезах пошла искать Лилю, чтобы вместе с ней прибрать комнату Фостера. Хорошо, что Ричард носит фамилию Бэклоу и в любом случае будет проживать с женой в своем имении, а не в Олдоаксе.
Лиля, скорее всего, еще находилась в столовой для слуг на первом этаже. Эмма пошла туда. Слуги уже поели и убирали со стола. Эмма передала кухарке пожелание Ричарда есть более прожаренное мясо и в компании с Лилей пошла в спальню Фостера. Его самого там не было, и пришлось опять идти к госпоже, чтобы спросить разрешения поменять местами племянника и секретаря, поскольку больше комнат с хорошим видом из окна не осталось.
Леди Эстер была слишком занята помолвкой Ричарда, чтобы вникать, кто в какой комнате спит. Она разрешила поменять спальни и велела сказать Фостеру, что он на время по ее распоряжению переезжает в другую комнату.
Леди Аркадия с отцом и со слугами пробыла в Олдоаксе еще неделю. Хозяева старались развлечь гостей. Утром они вместе ездили на охоту, а после обеда отдыхали, затем обсуждали детали свадебного торжества. Вечером Мортимеры приглашали гостей на торжественный ужин, который давали каждый день во время их пребывания в Олдоаксе. После ужина мужчины удалялись в библиотеку выпить бренди и выкурить сигару, а женщины с рукоделием сидели в гостиной и беседовали.
Через неделю Аркадия Стоун отбыла в имение своего отца чтобы готовиться к свадьбе — пошить платье для венчания, написать приглашения своим гостям и сделать еще сотню мелких дел. Графиня Мортимер тоже трудилась без устали — заказывала цветы и вина, рассылала приглашения, утверждала меню, руководила уборкой в бальном зале, куда новобрачные должны были приехать праздновать свое соединение после венчания в церкви. Нужно было подумать о разрешении жениться для Ричарда, о предварительной договоренности со священником, о составлении договора с поверенным, благодаря которому племянник не получит ни цента из личных денег Аркадии.
Сам Ричард не принимал участия в устройстве собственной свадьбы. Слова горничной не шли у него из головы — ему вовсе не нужна жена, которая будет им командовать, но решение леди Эстер он отменить не мог, иначе старая карга посадит его в долговую яму. Он думал, как избежать свадьбы, но ничего не мог придумать. Тем более, что после отъезда невесты тетка тут же выгнала его из поместья Мортимеров, и вся подготовка к торжеству проходила без его ведома.
   
Перемены в судьбе