Адъютант палача 3 (СИ)

— Из моего СБ на вас работал Мефодий Устинов и его племянник Михаил?
Сейчас не до игр и Лосев просто кивнул. Это типа он так выражает доверие? Были у меня мимолётные сомнения в Янке. А теперь аж от сердца отлегло. Значит, стукач именно тот человек, о ком я сразу подумал.
Талантливый филёр через пару лет после моего ухода с госслужбы вдруг попросился к нам на работу. Грех было не воспользоваться опытом толкового агента. Вот он и делился им, обучая парней из СБ, и помогал организовывать разведку. Михаил присоединился к нам позже и постепенно возглавил охрану НИИ. К тайным операциям родственников никто не допускал, но при желании они могли быть в курсе части моих дел. Далее за мной просто грамотно следили на протяжении нескольких лет. Стоит отдать должное терпению и чуйке Лосева. Наверняка он не раз хотел меня арестовать или ликвидировать, но выжидал. И в итоге сорвал такой куш. Главное, чтобы Александр Михайлович не оказался одержимым властью. Я и сам натворил немало чудовищных дел, но никогда не использовал ситуацию для политического усиления. Если для жандарма сложившаяся ситуация является способом сохранить поступательный вектор развития страны, то этому можно только порадоваться.
— Кого вы прочите в преемники?
— Павла Александровича, — удивил меня жандарм, — Он молод, хорошо образован, является сторонником прогресса и главное — чужд разного рода группировкам.
— А… — я хотел уточнить про других кандидатов, но Лосев меня перебил.
— Вариант с регентством даже не рассматривается. Особенно, с учётом некоторых проблем с выжившими жёнами великих князей. Дабы они не наделали фатальных ошибок, им сделают предложение, от которого нельзя отказаться, — Александр Михайлович не удержался от иронии и вставил, принесённую мною в этот мир фразу.
В принципе, выбор неочевидный, но разумный. На Ник Ника повесят убийства, тем самым, исключив его потомков из списка престолонаследников. Если Лосев говорит о проблемах с кем-то из жён великих князей, значит, всё просчитано. Надо признать, что он меня переиграл и отдать должное интеллекту жандарма и его соратников. Надеюсь, что у его группировки хватит ума не превращать монарха в марионетку. Как бы смешно это ни звучало, но я имперец до мозга и костей. По моему мнению, во главе России должен стоять сильный монарх, способный пресекать поползновения разворовывать страну разного придворными кликами. Пока складывается интересный симбиоз из молодого императора, прогрессивного и частично либерального, но патриотически настроенного правительства. Как вишенка на торте этого властного натюрморта — жёсткие и бескомпромиссные силовики во главе с Шуваловым, которых будет уравновешивать манипулятор Лосев.
Могло быть и хуже. Но если опять признать таланты противника, то это наилучший расклад.
Теперь главный вопрос.
— Какая роль отведена мне в ваших планах?
— Начнём с того, что у вас нет выхода. Но прошу заметить, что я предла…
— Выход есть и не один, — раздался голос Фредди, заставивший вздрогнуть подполковника.
Немец вышел из ниши, удерживая жандарма на мушке своего Кольта.
— Мне крайне не понравился нездоровый ажиотаж вокруг дома. Поэтому я вызвал резервную группу СБ и мы тихо спеленали, расслабившихся штурмовиков, — пояснил немец, — В особняке сейчас всего три человека, один из которых охраняет наших пленных. Можно нейтрализовать их прямо сейчас и далее расспросить нашего гостя более детально.
— В этом нет необходимости, — отвечаю, глядя на быстро пришедшего в себя Лосева, — Соседние кабинеты заминированы, и взрывной механизм я могу запустить прямо из кабинета. Убить Александра Михайловича вообще не проблема, я мог сделать это в любой момент.
— Вы не учитываете фактор семьи, — жандарм сразу попытался привести убойный аргумент, — Дача, где сейчас находятся ваша жена, дети и родственники блокирована. Отряд штурмовиков не будет церемониться с охраной, если поступит приказ брать поместье штурмом.
— Это весьма глупая затея. Не поверю, что ваши сотрудники стану хладнокровно расстреливать женщин с детьми. И значит, вы очень плохо изучили меня за столько лет. Поверьте, я никогда не поддамся на шантаж, если дело коснётся благополучия страны. То есть выкуп гипотетическим похитителям кого-то из своих родственников, я выплачу без всякого промедления. Но если кто-то постарается, управляя мною нанести вред России, то его ждёт большое разочарование. «Империя превыше всего» — это мой девиз, которому я неукоснительно следовал пятнадцать лет, часто совершая чудовищные преступления. Но и семью я не пожалею, если меня поставят перед выбором, — чего-то Остапа понесло в пафос, хотя, жандарм точно проникся, — Поэтому давайте от угроз перейдём к делу. Фредди, убери оружие, если бы господин полковник хотел меня убить, то сделал бы это сразу.
 
Недовольный немец убрал револьвер и сел в углу, сверля незваного гостя злобным взглядом. Оно и понятно. Здесь играет свою роль профессиональная зависть. Ведь Лосев переиграл и Фредди, располагавшего немалыми административными и финансовыми возможностями.
Выслушав предложение полковника, я ненадолго задумался. Чего они все прицепились к моим заводам? Но, скорее всего, здесь не шкурный интерес кого-то из заговорщиков. Жандарм и часть высокопоставленных чиновников в курсе моих новаторских разработок, особенно в военной сфере. Понятно, что им хочется взять их под контроль.
— Хорошо, — отвечаю, приняв решение, — Я даю слово не предпринимать никаких действий против ваших соратников и полностью с ними сотрудничать. Что касается НИИ и ряда предприятий, то их судьба будет обсуждать исключительно с Грейгом и Милютиным.
— Да будет так! — чуть ли не торжественно произнёс Лосев.
Его самого потянуло +на пафос. Или просто отлегло, так как человек сегодня осуществил свой многолетний план, причём он полностью разгромил всех врагов.
А у графа Козелл-Поклевского теперь начинается совершенно иная жизнь. По крайней мере, минимум полгода у меня есть, а далее, необходимо обезопасить свою семью. Я-то прожил уже достаточно, учитывая мой возраст в другой реальности.
[1] Ян Эвангелиста Пуркине (1787 —1869) — чешский физиолог, анатом, политик, педагог, член духовного ордена пиаристов. В русскоязычной медицинской литературе именуется также Пуркинье.
  
Эпилог
 
Апрель 1909 года, Аргентина, провинция Тукуман, город Сан-Мигель-де-Тукуман.
— Вот так обстоят дела. Только не знаю, что делать с Анной. Она совсем от рук отбилась и хочет пойти по стопам старшей сестры Родомилы, только в другом направлении, слава богу. Девице восемнадцать лет, но она даже думать не хочет о замужестве. Бредит своей медициной, утверждая, что именно она изобретёт лекарство от рака. Не спрашивая разрешения, поступила в университет Кордовы и окончила первый курс лучшей на потоке. А ведь это ты избаловала внучек. Только при тебе они ещё как-то сдерживались, а сейчас напоминают лавину, сметающую всё на своём пути. Меня немного слушаются, особенно когда хотят выпросить денег на очередной проект. Но ничего, прорвёмся! Это я так, просто ворчу.
Меня всегда смешили истории, про людей, приходящих на кладбище поговорить с умершими родственниками. И вот ваш покорный слуга теперь среди них. Агнешка умерла два года, и только тогда я понял, кем она была для меня все эти сорок три года брака. Никто и ничто больше не может заполнить пустоту, образовавшуюся в душе. От полного отчаяния меня спасают внуки, делающие первые самостоятельные шаги во взрослой жизни. Вообще-то, у меня есть уже и правнук Ян, названный в честь своего деда. А ещё я не всё сделал для освоения новых технологий, которые позволяют семейному концерну, оставаться мировым лидером во многих отраслях.
Смотрю на два памятника, расположенных рядом. Первый изображает юную Агнешку, как я её запомнил при первой нашей встрече в поместье Козелл-Поклевских. А второй памятник поставлен нашему сыну Чеславу, убитому двенадцать лет назад. Это даже более незаживающая рана, чем смерть жены. Его смерть и свела в могилу Агнешку, которая держалась, пока воспитывала осиротевших внуков. Самое забавное, что мать Родомилы, Анны и Михаила вполне себе жива и здорова. Просто мадам решила устроить личную жизнь, а детей скинула родителям бывшего мужа.