Наследник огня и пепла. Том IХ (СИ)

Пока ещё без доспехов. Но уже готовую.
— Ты знаешь, кто наш враг? — наконец спросил я.
— Все, на кого вы укажете.
Какой хороший ответ.
В замке Дар нас уже ждали. Не было ни охоты. Ни пира. Ни встречи с союзниками.
Был один человек — в огромном, полупустом замке.
И тысяча — по ту сторону рва.
Ладно, слуг было мало, но они были. Пара конюших, да тот, что выполнял роль встречающего — в бархате, с золотой цепью, подтверждающей полномочия. Он и проводил меня в большой зал. Со мной пошли человек десять — остальные отправились устраиваться на ночлег.
  
Эскер ждал меня в маленьком рабочем кабинете. Вычурные шкафы, заполненные свитками, массивный стол, камин. Огонь в камине, разумеется, не горел — даже богатые не имели привычки бесполезно жечь деньги.
— Эскер! — я шагнул к нему и обнял. Немного подержал в объятиях, потом отстранился. Здесь так не принято — а значит, не запрещено неформальным этикетом. Эскер на мою крайнюю степень расположения отреагировал… почти никак. Даже не удивился. Да у него, похоже, депрессия.
— Как ваши дела, мой друг? — спросил я.
Он отошёл к узкому окну, из которого был виден лагерь.
— Их здесь действительно тысяча. Может, больше. Все — откуда-то с окраин. Кто из долины, кто от перевалов. Но в основном с севера, с предгорий. Откуда бежали — от законных притязаний долгобородов и беззаконных желаний горных кланов. Кто-то наспех одет, кто-то босиком. Кто-то в корявой кожаной броне поверх одежды, больше похожей на половую тряпку. Все пыльные. Все голодные. Все ждущие.
Говорил он тускло, безэмоционально. Я спрашивал, конечно, о другом. О том, как он смог выбраться, когда обратившиеся в вампиров Фредерик и его люди устроили резню… В памяти всплыли отблески пламени во дворе — отец Магна и Гонорат. Бледное лицо сестры. Спокойный голос Лучано: «Ты должен выжить, чтобы отомстить».
О таких вещах не спрашивают. Эскер продолжал говорить. Не думаю, что он нарочно сменил тему — просто автоматически избегал травмирующих воспоминаний.
— Вон там, чуть в стороне, это люди из Ченти. Раньше их было больше. Те, кто посмелее, ушли за перевал, в Железную Империю. Там есть земля. Холодная. А снег, говорят, зимой не сходит неделями. У кого были деньги — отправились на кораблях к Побережью Стрел. Там, мол, лучше. Остались те, у кого нет ничего. Они пришли первыми. Не вышли к вам — считают, что вы были заодно с инсубрами, когда те штурмовали их город.
Эскер пожал плечами:
— Горожане…
Да, среди аристократов такое воспринимается иначе. Подумаешь, повоевал против тебя. Главное — общаться нормально. Вон, Гей да Лана, взятый мной в плен ещё в Таэне, давно уже входит в мою свиту. Обученный и храбрый латник на дороге не валяется. Конечно, доверять я ему не спешу. В поездке к Красному Волоку он меня не сопровождал. Сейчас у него не латные доспехи, а конический шлем, кольчуга, да и лошадка похуже. Но магия и копейный удар остались при нём. Сейчас он в копье одного из надёжных людей.
Адель назначила за него выкуп в две тысячи дукатов — уверенная, что его семья потянет. Вот только его гейские родственники не торопятся. Не удивлюсь, если он проведёт в моей свите не один год. Конечно, против Инобал он сражаться не будет. Но быть в братстве рыцарей и гонять других моих врагов — куда лучше, чем сидеть в цепях. Это норма. Мы — сословие. Тут важно держать слово и не делать гадостей друг другу.
Однако я вполне понимаю горожан Ченти. В каком-то смысле они мне ближе. В том мире я сам был почти таким же.
— Вон те — из долины Орлиного Гнезда. Пришли со скотом и скарбом. Инсубры дали им время собраться, прежде чем разрушить дома. Их больше всего. Не знаю, почему не ушли сразу. Сейчас они проели всё своё добро…
Я прерываю его:
— Собирайтесь, сеньор Эскер. Завтра утром вы едете со мной.
— Мне не на кого оставить замок, — отвечает он. Не спорит — просто констатирует. Я оборачиваюсь к своим.
Почти сразу взгляд цепляется за молодого парня в шлеме с бронзовым кабаном на забрале. Наплечники с отбойниками покрыты чёрной эмалью, нагрудник носит очищенные геральдические цвета. Всё это — трофеи. Я помню его. Один из молодых караэнских искателей приключений, отправившихся со мной в Таэн. Кажется, младший сын вассала, чьи земли рядом с Буреломом. Кроме коня и короткого копья у него был только древний меч и шлем, а бронёй служила стёганка с кожаными накладками.
Ветеран. Прошёл со мной многое. Но выбрал я его не за это. Именно про его мать сквернословил луминарец на ночёвке у Красного Волока. Он встал, вытащил меч на две ладони, тем самым соблюдая приличия — ответить на оскорбление крайне агрессивно. Потом поймал мой взгляд и ждал разрешения. Преданный. Опытный. Спокойный. Разумный. То, что надо. Я подозвал его жестом.
Пока он шёл, Сперат, хорошо меня знавший, тихо прошептал:
— Это Мерик дель Сарво, — тихо подсказал Сперат. — Младший сын рыцаря с холмов возле Бурелома. Когда-то его называли слабым на меч, зато с книгой не расставался. Но он выжил в трёх битвах, и, по словам Волока, может отвести своим талантом к воздуху чужой огонь или даже целый град арбалетных стрел.
Я сказал:
— Скажите, сеньор, готовы ли вы дать клятву хранить земли и замок семьи Дар как свои собственные — и вернуть их владельцу, как только он того пожелает?
Дождавшись, пока мой ветеран преодолеет изумление и согласится, я обернулся к Эскеру:
— Мы не ожидаем от вас пира, мой друг. Я слышал, что вы открыли кладовые для страждущих — и они давно пусты. Но мы привезли вино. У вас есть ночь, чтобы обдумать моё предложение. А пока… не хотите ли выпить вина и послушать лучшего певца в Регентстве?
Этот мир жесток. И семья Дар — яркий пример. Сильная, богатая, с мощным замком. Но вассалы погибли или пропали под краем магического катаклизма, а сам род был ослаблен предыдущими схватками. Теперь они на краю гибели.
Если бы не толпа вооружённых чем попало мужиков вокруг замка, укрепление, так удобно стоящее у оживлённой дороги, уже давно было бы взято.
Но я не дам этому случиться. Так уж вышло, что Эскер — первый, кого я возвёл в рыцари. Именно сопровождая меня погибли его отец и старшие братья. Я благоволил ему. Его крах запачкает и меня. Мне придётся вытащить этот род из небытия.
Потому что семья Дар — из тех, кому просто не повезло. Трагедия, от которой никто не застрахован. А как космонавты или пилоты, местные живут рядом со смертью и потому очень суеверны. Нет ничего хуже, чем прослыть приносящим несчастье. Такое не прощают. Придётся мне переломить невезение рода Дар.
К тому же, Эскер может оказаться в высшей степени полезен. Он смог организовать отпор долгобородам. По словам Фанго, он вышел победителем из нескольких мелких стычек с горными кланами — и одной большой с самими долгобородами. Эскер собрал вокруг себя отряд смелых всадников, напал и уничтожил обоз бородачей, шедший к осадному лагерю под Орлиным Гнездом. После этого долгобороды и зачистили всю долину.
Этот парнишка мне пригодится. Надо только вернуть его в строй.
 Глава 22 
 Говорящие волки 
— Сперат, напомни мне похвалить Фанго. Одарить его за службу. Он никогда не просит, а я забываю, — сказал я, увидев место встречи.
— Так обычно и бывает с теми, кто делает своё дело хорошо, — пробасил мой оруженосец.
Не знаю, как Фанго это устроил, но он договорился о встрече. Не думаю, что это было легко — в прошлый раз мы ушли из страны горных кланов с боем и оставили там много живых врагов. Но Фанго не только договорился, он, не выходя из Караэна, сумел ещё и выбрать хорошее место: на самой границе нетронутой войной Долины Караэна. За нашей спиной — поля, деревни, мягкая сытость. Впереди — крутой склон, обрыв, пеньки узловатых сосен и запах костров, где вместо дерева жгут мох и сушёную хвою.
  
Если горцам придётся отступать — они легко взберутся наверх, валуны дадут укрытие от стрел, а кони не догонят. Если уходить нам — позади ровные поля, укреплённые сёла, стены. А мы — посередине, у скального выступа, под которым можно укрыться, если вдруг в нас полетят дротики.