Сын маминой подруги (СИ)

- Вот черт! - Негромко выругался я, приглушая музыку.
Прямо перед центральным входом возвышалась фигура дядьки Василича. Именно так, по отчеству. Косматый боров, как сам он себя не без доли иронии описывал, был крупнее Марата раза в три. В основном, за счет огромного живота. Хотя и мясистые волосатые ручищи были готовы не только кочергу в узел завязать, но и исполнить кучу других "интересностей". Тем удивительнее казался факт, что эта медвежья туша с с легкостью управлялась с любым оружием, к которому хотя бы относительно можно было отнести определение "колюще-режущее". От тесака до изящной рапиры. Хотя тесак при его комплекции и внешней свирепости смотрелся куда гармоничнее ажурного парадного оружия. Но вполне уступал здоровому мясницкому топору.
Несколько быстрых знаков ясно дали мне понять, что до огромной подземной парковки я не доеду.
- Давай к центральному! - Пробасил "дядька", едва я замедлил ход возле него.
И, не дожидаясь ответа, развернулся к главному дому.
Я вздохнул, против наших обычаев, паркуясь неподалеку от крыльца.
Остается надеяться, что минут пятнадцать на переодеться у меня есть.
Совет Рода - штука такая. Вроде и родичи вокруг, но и о традициях с приличиями забывать не след.
***
Народ замер.
Ну да, пью я редко. А сегодня едва завалился в небольшую беседку придорожного кафе, так с порога и рявкнул:
- Штрафную мне!
Марат, как и все остальные, обряженный по-летнему фривольно, мигом оценил белоснежную сорочку, синие брюки и кожаные ботинки, начищенные так, что никакого зеркала не нужно. Потому размениваться на всякие "привет-здорово" не стал. Просто набулькал полный стопарик водки и протянул мне.
Вкуса "огненной воды" я не почувствовал, лишь слегка обожгло пищевод.
- Еще. - Пришлось грустно потребовать мне, чтобы окончательно убедиться, что малые дозы мне не сегодня не помогут.
Завтра буду помирать, конечно. "Дядьки" совершенно справедливо считают, что похмелье вовсе не повод для снижения норматива. Но... Вся тяжесть раскаяния за содеянное сегодня ляжет свинцовым грузом на мои плечи лишь завтра. А сегодня было все равно.
- Фууууууххх... - резко выдохнул я.
Приятель явно решили, что жалкий стопарик меня сегодня не проймет, а потому вторую налили в стакан из-под морса.
Получилось неплохо!
- Всем привет! - Выдаю на втором выдохе.
От длинного стола понесся разнобой приветствий.
"А немало сегодня!", - удивился я, быстренько пересчитав приятелей по головам. Десять человек. Обычно одновременно могут вырваться куда меньше. Жены, семьи, работа...
Наш автоклуб. Фанаты старых некрояпокнок, по собственному определению.
Собираемся вот иногда посидеть. Причем местом встречи нам вот уже который год служит небольшое придорожное кафе в двух километрах от поместья Веселковых. Сервис тот еще, но... Вкусно! Шашлычок такой готовят, что пальчики оближешь! Особенно если с хозяином договориться, да мяска заранее свежайшего привезти.
- Рассказывай! - Предложил Марат, с подозрением поглядывая на меня.
Обычно мое поведение куда более... Сдержано.
- Рано! - Отрезал я, наливая морс в тот же стакан.
УТЦ-УТЦ-УТЦ!
Басы довольно качественного сабвуфера били по ушам. Не повезло нам сегодня с "соседями". Компания из беседки напротив явно из разряда "пацаны без мазы" с дальневосточным колоритом.
Я поморщился.
Бычара намек понял не правильно, но вполне приемлемо, кивнув на бутылку, что все еще держал наготове.
Мотаю головой, присаживаясь на обычную деревянную доску, заменяющую седушку длинной лавке, окружившей монументальный стол буквой "П". Сегодня я решил, что напьюсь. И да будет так. Но к вопросу с умом надо подходить. Иначе даже мое здоровье в очередной раз подтвердит мысль, что любое качество можно перебить количеством. На утро.
- Фуууух! - В очередной раз выдохнул я, почувствовав, что алкоголь начал делать свое дело. А уж когда делал заказ полноватой официанточке ("Кебаб, еще морса и водочки... И... Да, сырную тарелку с зеленью и соус!"), то и вовсе почувствовал себя приемлемо.
 
"А хорошо здесь!", - прикинул я, в очередной раз с удовольствием осматривая ряды открытых беседок. Вроде и от трассы всего несколько десятков метров, а ощущения уже совершенно другие. Да и хозяева местные озаботились, чтобы дорогих гостей суета пролетающих мимо машин не беспокоила. Довольно густой кустарник вполне с этой задачей справлялся. А неподалеку еще одно зданьице интересное стоит.
Улыбаюсь.
Марат тоже расплылся в улыбке, перехватив мой взгляд. Значит, сегодня идем, как он выражался, тусить. И, скорее всего, он прав. Сегодня меня точно не смутит "долбежка в уши" басов, а атмосфера тотального распиздяйства и доступные, четко понимающие зачем пришли, девы - сегодня и семейный доктор не выписал бы рецепта лучше!
- Рассказывая! - Потребовал Бычара.
- Семья с будущим моим определилась. - Вздыхаю.
Здоровяк на удивление понимающе покачивает головой.
- И куда? - Поинтересовался третий наш приятель - отличающийся поджарым, если не сказать худощавым, телосложением.
А еще он был альбиносом. И бил в лицо всем, кто его пытался этим словом задеть. Без злобы. По привычке. На заре становления психики уж больно ему доставалось. Дети могут быть очень жестоки. особенно с кем-то хоть чуточку на них не похожих.
- ОКЖ. - Буркнул я. - Учебка.
- Ого! - Марат округлил глаза.
Я же только грустно усмехнулся. Собственное учебное заведение отдельного жандармского корпуса - считалось элитным военным центром подготовки. Попасть туда можно было лишь пройдя жесточайшее сито отбора. Не говоря уж о том, что претендент на офицерское звание был обязан родиться в правильной семье. Честь такая оказывалась лишь потомственным дворянам. 
- Поздравляю! - Вполне искренне попытался поднять стопку в мою честь белобрысый Женек.
- Обожди ты! - Бычара вздохнул, и только развел руками. - Ты старался...
Он ситуацию понял куда лучше нашего общего приятеля, который в определении "элитное учебное заведение" на первое место поставил слово "элитное". Здоровяк же знал меня куда лучше, прекрасно поняв, что для меня самое главное тут именно "военное". Я всегда мечтал создавать новое, а не уничтожать... Все подряд. Хотя и умел. Второе...
Мой план провалился. Не видать мне инженерного образования. Матушка и собравшиеся родственники (совершенно точно под ее влиянием - Виктория Сергеевна держала Род в кулаке!) зачитали мне письмо главы приемной комиссии ОКЖ, который в самых витиеватых выражениях сообщал, что "навыки и умения Веселкова Константина Викторовича нахожу вполне достаточными для зачисления на первый курс подготовки по специальности...". 
Народ ситуацию оценил. Не то чтобы в подробностях, но вполне однозначно: поступлению в довольно элитное заведение "счастливчик" не рад.
За то и выпили.
Особенно Серега старался. Расправляющаяся с шашлыком жена его, Дарья, хоть и поглядывала недовольно, а все ж замечаний себе не позволяла. Пока. Такой момент в жизни мужика, обычно просиживающего штаны на должности главбуха небольшой фирмочки по продаже носков, выпадал не часто, так что старался он его использовать по-максимуму.
Неплохо мы посидели. Когда еще увидимся? Мне через месяц надо быть уже в тренировочном центре под Москвой. И когда уж я там смогу вырваться на историческую - пока не ясно. Однако все хорошее заканчивается. По одному - двое стали отдавать концы наши одноклубники. В смысле, прощаться и разъезжаться по домам. Так что за час до полуночи беседку мы делили лишь на четверых, уже не столько налегая на алкоголь, сколько просто общаясь обо всем на свете.
Да и не испытываю я удовольствия особого от "огненной воды". Просто сейчас... Накатило. Словно мечты похоронил. О другой жизни. Я хотел строить и создавать. Семья решила, что убивать и ломать у меня получится куда лучше. Солдат - профессия почетная. Нужная. Правильная. Идти в том направлении нужно. Но по велению сердца. У меня же теперь профессия выходит не по любви, а по-любому.