Очерки времен и событий из истории российских евреев (Уничтожение еврейского населения, 1941 – 1945)
В сентябре 1935 года депутаты рейхстага собрались в Нюрнберге и единогласно приняли "расовую конституцию"‚ печально знаменитые нюрнбергские законы: "Закон об имперском гражданстве" и "Закон о защите немецкой крови и немецкой чести". Первый из них устанавливал‚ что только человек "немецкой или родственной ей крови" достоин обладать " политическими правами" в Германии; с этого момента все немецкие евреи перестали быть гражданами той страны‚ в которой их предки жили многие сотни лет‚ они не могли занимать государственные должности и лишались права голоса на выборах.
Второй нюрнбергский закон – для защиты "чистоты немецкой крови" – запретил "брачные союзы евреев с гражданами государства немецкой или родственной ей крови"‚ объявил недействительными уже заключенные браки‚ воспретил внебрачные связи между евреями и немцами‚ не позволил евреям нанимать в домашние работницы немецких женщин моложе сорока пяти лет (этот возраст считался предельным для деторождения)‚ а также не разрешил еврейскому населению "вывешивать флаг рейха или национальный флаг" и использовать "цвета рейха для иных целей". Нарушение нюрнбергских законов каралось тюремным заключением или каторжными работами.
В категорию "неарийцев" попали не только верующие или ассимилированные евреи‚ но также крещеные и потомки крещеных евреев‚ даже те‚ чьи отцы или матери породнились с немцами путем смешанных браков. Были созданы научно-исследовательские институты по вопросам наследственности. В германских судах начались процессы об "осквернении расы"; в юридическую практику вошли понятия "полный еврей"‚ "еврей-метис"‚ "четверть еврея"‚ "чистокровный немец"‚ "кровь‚ родственная немецкой". Появился термин – "степень загрязнения арийской крови", которую определяли в процентах по установленной методике, и каждый житель страны при приеме на работу должен был заполнить "Свидетельство о чистоте германской крови".
Современница тех событий: "После длительных подсчетов оказалось, что у меня есть две шестнадцатых еврейской крови по материнской линии. Это уходило далеко в прошлое, и предков не надо было указывать… Меня очень задело признание отца, что он не женился бы, если бы знал о еврейских предках мамы".
Распадались смешанные семьи; мужья разводились со своими женами- еврейками‚ чтобы не уволили с государственной службы; перед вступлением немцев в брак тщательно обследовали их дедов‚ прадедов и прапрадедов. В газете национал-социалистов "Дер штюрмер" изо дня в день сообщали о ритуальных убийствах‚ о том‚ как евреи портили арийскую кровь смешанными браками‚ совращали и насиловали немецких женщин; газету издавали огромными тиражами‚ рассылали по школам‚ печатали отклики детей‚ которые давали клятву ненавидеть евреев.
Школьница из города Гельзенкирхен написала в сочинении (опубликовано в "Дер штюрмер"): "К сожалению‚ даже сейчас многие продолжают утверждать‚ что евреи тоже "Божьи творения" и поэтому их надо уважать. Но ведь мы говорим‚ что и мухи тоже творения‚ но при этом уничтожаем их. Еврей – это гибрид. Он унаследовал признаки арийцев‚ азиатов‚ негров и монголов. Гибридом движет зло... Мы были на краю гибели‚ когда пришел Адольф Гитлер. Теперь заморские евреи агитируют против нас‚ но мы не дадим провести себя и позаботимся о нашем фюрере. Каждый грош‚ который мы даем евреям‚ убивает кого -нибудь из нас... Хайль Гитлер!"
В журнале "Здоровье германского народа" предупреждали немцев: "Достаточно одного случая сожительства еврея с арийской женщиной, чтобы навсегда отравить ее кровь... Она уже никогда больше не сможет рожать чисто арийских детей". На улице выставили на всеобщий позор немецкую девушку и еврейского юношу с плакатами на груди; на ее плакате было написано: "Я самая большая свинья, потому что делаю это только с евреями"‚ на его – "Я еврейский парень, который постоянно затаскивает в свою комнату немецких девушек". В суде города Гильдесгейма слушалось дело еврея‚ поцеловавшего арийскую девушку. И хотя она заявила‚ что еврей поцеловал ее "не против желания"‚ его присудили к тюремному заключению‚ так как он своим поцелуем " оскорбил не только девушку‚ но и весь немецкий народ".
Студент-еврей Гельмут Хирш намеревался взорвать здание газеты "Дер штюрмер", которая раздувала антисемитизм; его арестовали и казнили в 1936 году.
4
Антисемитизм в Германии стал неотъемлемой частью государственной политики. Это было планомерное‚ хорошо организованное, непрерывное и беспощадное давление на евреев во всех сферах жизни‚ чтобы любыми способами изгнать их из страны. Ненависть к "врагам нации" внедрялась во все слои общества гигантским пропагандистским аппаратом; кампанию о " расовой исключительности немецкой нации" и "защите" ее от "расово неполноценного" народа проводили правительство‚ нацистская партия‚ полиция и гестапо‚ учителя в школах‚ профессора в университетах‚ Союз гитлеровской молодежи Гитлерюгенд‚ муниципальные власти в городах и деревнях‚ а также тысячи блокляйтеров‚ местных фюреров‚ ответственных за сорок–пятьдесят окрестных семейств‚ которые доносили властям о малейших нарушениях расовой политики.
Многие, очень многие в Германии – мелкие торговцы и ремесленники‚ купцы‚ промышленники‚ представители свободных профессий – приветствовали ограничительные законы против конкурентов-евреев. Союзы аптекарей‚ издателей‚ скотопромышленников‚ объединения химиков‚ инженеров‚ архитекторов‚ коммивояжеров, даже объединения профессиональных сватов исключали евреев из своих рядов; в некоторых муниципалитетах запретили врачам -евреям не только лечить христиан‚ но и анатомировать их трупы. Если евреи жаловались в суд на нарушение торгового или арендного соглашения‚ судьи оправдывали нарушителей-арийцев‚ ибо "в широких слоях населения господствуют убеждения в том‚ что деловое отношение с евреем безнравственно и недопустимо для арийского сознания".
Евреи стали мишенью для национальной и классовой ненависти. Антисемитизм на местах дополнял официальную ограничительную политику‚ а порой и предварял ее. На стенах домов появились плакаты с надписями "Евреи – наше несчастье" и "Евреи, убирайтесь!"‚ на вокзалах расклеивали объявления – "Евреи посещают наш город на свой страх и риск" или "Евреи здесь нежелательны". В Магдебурге евреям запретили ездить в трамваях‚ в Эстрихе – на пароходах; в Кведлинбурге им закрыли доступ в музеи‚ а в Дрездене‚ Мюнхене и Рейхенгале – доступ в общие бани. Газеты сообщали (1935 год): "В Тильзите запретили лавочникам продавать неарийцам хлеб‚ фрукты и овощи‚ а в Мюнхене – чинить их обувь и одежду. В том же городе пригрозили безработным лишением всяких пособий за малейшую связь с неарийцами... В Верхней Силезии девушек‚ заподозренных в связи с неарийцами‚ вымазали дегтем и облили чернилами..."
Из немецких газет (1935 год): "Если еврей заговорит с тобой‚ сделай вид‚ что ты его не замечаешь. Если он всё же не отстанет‚ взгляни ему в глаза‚ но не отвечай. Если это окажется для него недостаточным‚ посмотри на него сверху вниз‚ точно на причудливого зверя..." – "Если чужая армия переступит границы Германии‚ она будет шагать по еврейским трупам..."
В солидном немецком журнале провозгласили в редакционной статье: " Гитлер – это Германия, а Германия – Гитлер! Воля фюрера – воля народа и слово канцлера – голос нации. Наша внутренняя разрозненность прошла. Теперь нет места сословиям‚ группам‚ классам. Здесь только Немцы: товарищи и братья!"
5
Раввин Меир Симха из Двинска (Даугавпилса) предрекал в конце девятнадцатого века: "Уже более тысячи лет евреи пребывают в изгнании. Это долгий срок, а человек всегда хочет чего-то нового… Еще немного, и скажут: "Ложь то, что передали нам отцы". Евреи начнут забывать свое происхождение, оставят учение своей веры, начнут учить чужие языки и сочтут Берлин Иерусалимом. Еврей забудет, что он пришелец в чужой стране, и назовет ее родиной… Но не радуйся, еврей, радостью других народов. Грянет внезапно страшная буря… вырвет тебя с корнем и зашвырнет далеко . Евреям-оптимистам казалось поначалу‚ что нацизм в Германии – это временное явление в политической жизни страны: немцы – духовно здоровая нация с многовековой культурой и гуманными традициями; следует только переждать‚ и антисемитская волна непременно спадет‚ как это случалось уже не раз. В еврейских газетах провозглашали: "Германия – наша страна‚ мы всегда здесь были и проливали кровь за кайзера; бегство – проявление слабости: станем бороться за право‚ за закон‚ за землю‚ которую мы любим и на которой останемся‚ несмотря ни на что!"