Ультимат. Том 1 (СИ)

— Вы нужны здесь! Это тоже не обсуждается.
— Что делать с пленными? — Голубика указала на два десятка сдавшихся.
— Пускай с ними разбирается Империя. — злобно усмехнулся я: — Капитан! Вы уж займитесь ими.
— Займусь. — отрапортовал Оборин и алчно потёр ладони друг о друга.
— Семён!
— Тут! — кот запрыгнул на капот «Кабана».
— Выезжаем! ЖИВО!!! — скомандовал я.
И вновь огромная боевая колонна покатила в сторону «Ареса». Битва на «Искре», конечно, успела немного вымотать. Но, как я и думал — Ворон просто решил отвлечь меня.
  
Главное, чтобы Иисак сдюжил… Он выступал в роли главного координатора. И в случае смерти — должен был стать оператором всего комплекса. Но это уже совсем крайность. Надеюсь, что до такого не дойдёт.
Однако, как я уже говорил: «Жди лучшего, но готовься к худшему».
— Сигнал тревоги! — выдохнул Семён, глядя на бортовой компьютер «Мерседеса»: — «Арес» зовёт на помощь.
— И подкрепление явится. — строго ответил я: — Гони, что есть мочи! Мы должны успеть.
«Кабан» взвыл мощным двигателем, и мы устремились прямо к объездной.
Перебравшись на переднее пассажирское кресло, я подключился к бортовому компьютеру, на котором всплывала информация по «Аресу».
Статус Иисака: «Оператор».
Ну, всё… Теперь главное, чтобы Князев успел свалить оттуда и не думал геройствовать.
— Входящий вызов! — пропел приятный женский голос.
— Иисак… — выдохнул я: — Тебя можно поздравить со смертью?
— Всё верно, Фёдор Александрович. Но я звоню по другому вопросу. Подкрепление Мерлина уже прибыло. Господин Князев спускается вниз с ключами. Будет отрубать блок «Купели».
— Твою мать… Зачем ты его отпустил?
— У меня не было другого выбора. Вы же сами сказали выбирать наилучший вариант из теории вероятностей.
— Ты уверен, что иначе было нельзя?
— Я машина, Фёдор Александрович. Теперь я подключён к квантовому компьютеру. Я уверен на столько, что подобной цифры человечество ещё не знает.
— Как там в целом?
— Врага отбили. Остался только сам Ворон. Но мы понесли серьёзные потери. Очень много раненых. Медицинская поддержка бы очень не помешала.
— Принял. Сейчас обдумаю. Ты там держись!
— Мы все держимся, Фёдор Александрович. Всё согласно протоколу.
— Хорошо. Будем через десять минут.
И вновь тяжелое ожидание. Серьёзные потери… Нет, даже думать не хочу. Слишком сильно переживал за ребят. Мне и раньше приходилось терять бойцов. Но рогатики мне стали, как родные! За каждого убитого я буду выжигать на Вороне дыру. Специально буду делать медленно… Чтобы он прочувствовал.
Но прежде, чем мстить за уже убитых, надо было позаботиться о раненных.
— Слушаю… — из динамика телефона донёсся усталый голос старшего Артова.
— Николай, добрый вечер. Прошу простить мне столь поздний звонок. Но мне очень нужны целители и бригады экстренной медицинской помощи. Мы можем, что-нибудь придумать? В долгу не останусь.
— Всё настолько плохо?
— Ты даже не представляешь, как.
— Понял. На «Аресе» заварушка?
— Да. На заводе обошлось без жертв.
— Хорошо. Сейчас отправлю несколько бригад. Вы только их там встретьте. Я, конечно, давно не был на «Аресе». Но из детства помню, что туда так просто не попадёшь.
— Я об этом позабочусь! Спасибо большое.
— Крепись, Фёдор.
— Стараюсь.
Крепиться? Действительно, это единственное, что оставалось делать в данной ситуации.
Не успел Семён остановиться перед огромным кратером, который раньше был секретным входом в «Арес», как я пулей устремился вниз.
— Фёдор Александрович! Как хорошо, что вы пришли! — обрадованно произнёс Иисак через стационарные динамики на стенах: — Ваша помощь требуется в лифтовом холле!
— Ага…
Комплекс постепенно превращался в руины. Как до сих пор не обрушился потолок, для меня оставалось загадкой. Немногочисленные дроны помогали раненым бойцам. А те, кто каким-то чудом остался цел, разбирали завалы…
Какой кошмар.
Надеюсь, что этим огромным глобусом, никого не задавило.
Обходя своих бойцов, которые приветствовали меня, я быстро спустился вниз и добежал до лифтового холла. Картина заставила моё сердце очень больно сжаться.
В углу сидел Николай Константинович, а из его груди торчала металлическая арматура.
Нет… Каким образом он сюда попал⁈ Галчонок этого не переживёт. Точно не переживёт.
Присев на одно колено перед ним, я внимательно оглядел павшего героя. Хотя… стоп. Павшего ли?
— Поторопитесь, Фёдор Александрович. — произнёс Иисак: — Иначе, в его доме будет играть музыка. Но он её не услышит.
Схватившись за арматуру, я как можно аккуратнее вытащил её из груди.
— Ай-яй… — выдохнул Человек-Комета: — Немного… Неприятно…
— Господи… Вы реально живой!
— Ага… Я думал, что он мне в сердце попал… Но, видимо нет. Только вот, энергии совсем не осталось. Старый стал… Он меня нехило приложил.
— Энергии? — я порылся по карманам и нашёл блокнот «С любовью от завода „Искра“». Конечно, не пергаментная бумага, но тоже пойдёт.
Обмакнув палец в лужу крови, я быстро нарисовал конструкт.
— Готовы?
— К чему? — осторожно поинтересовался Человек-Комета.
— К быстрой подзарядке!
— А… Вроде, да.
— Поехали! — я внимательно посмотрел на конструкт, а затем закрыл глаза и выставил вперёд руку. Мощный поток энергии хлынул прямиком в Николая Константиновича.
— Ух… — выдохнул он: — Ничего себе!
— Хорошо?
— Ага! Прямо, как в баньку на Крещение сходил. — Человек-Комета поднялся, а затем даже немного попрыгал на одном месте: — Не болит! Есть ещё порох в пороховницах…
— Фёдор Александрович. — вновь позвал Иисак: — Не хочу прерывать ваше милое общение, но внизу серьёзные проблемы! Вам нужно срочно пройти к «Купели»!
— Так вызывай лифт!
— Простите, Фёдор Александрович… Но лифта больше нет.
— Больше нет? — я посмотрел на мрак уходящей вниз шахты: — Николай Константинович… Вы, когда-нибудь мечтали стать реактивным бомбардировщиком?
— Ась?
  
Глава 3
 
Привычный уклад жизни — основа стабильности. По крайне мере, так считала овечка Монро — младшая сестра барашка Бориса и одна из лучших выездных докторов Перми.
Она всегда утверждала, что нет ничего хуже, чем внезапные перемены к лучшему. Так её воспитали. Да и сама Монро успела неоднократно в этом убедиться.
Условия Осокина с самого начала казались ей слишком подозрительными.
Уж больно сладенько всё было…
А к филинидам так обращаться не принято. Они для людей лишь жалкие отщепенцы, которые за зря топчут своими ногами землю. За зря потребляют ресурсы. За зря дышат общим воздухом, который предназначался исключительно для людей.
Так, зачем спорить с вековыми устоями? Никогда хорошо не жили — нехрен и начинать!
— Чего такая кислая? — поинтересовался Иваныч — бригадир их кареты скорой помощи: — Ах да… ты же у нас всегда такая.
— Да не трогай ты её! — заступился акушер, недовольно глядя на бригадира: — У неё там брат.
— У-у-у-у… Весёлая ночка ожидается. — Иваныч грустно улыбнулся и пригладил пушистые усы.
Монро ничего не ответила. Она, вообще, предпочитала молчать. Меньше говоришь — меньше потенциальных проблем.
А с Борей у неё были довольно специфические отношения. Не сказать, что она прям дико любила старшего брата. Но если с ним, что-то творилось — Монро первая выходила разбираться. Даже в школе, когда мальчишки гнобили Борю — младшая сестра всегда выходила, чтобы забодать обидчиков, а затем начистить им хлеборезки. Любовь — не любовь, а братишка — это святое!
Хотя… Монро в целом не принимала подобное чувство. Особенно, по отношению к родне. А по отношению к чужим людям, так и вовсе странно. Зачем любить мужчину, если по своей сути он был лишь инструментом для продолжения рода? Поэтому, Монро решила посвятить себя карьере.