Поцелуй Однажды: Глава Мафии (СИ)

— Не ходи так, — он указывает на ее обнаженные ноги, — целый дом мужиков с глазами.
Она все-таки целует Романа на прощание. Стискивая его волосы и безудержно проникая в жаркий рот. Как с цепи сорвавшись, он вжимает ее в себя, приподнимая над полом. Глупо хвататься за его волосы обоими руками всеми силами, но Кира так и поступает.
После он смотрит на нее больше минуты. Немного растерянно, хоть и прикладывает усилия казаться стойким.
— Ты будешь верить мне, — рубит напоследок и осторожно опускает ее на пол.
  
Глава 41
 
Кира безвылазно торчит в кабинете-гостиной. Рассматривая включенную плазму, как живопись Да Винчи в Лувре, а не как телик. Мысли и ожидания не позволяют сконцентрироваться на чем-то дольше пяти минут.
Несколько раз в комнату заглядывает Кирилл, но, в основном, без повода.
Петя усиленно общается с Тимуром полдня, но потом бандит отчаливает. Пронюхав, как парень вмазал Главному, тот на время мог бы заменить новогоднюю елку. По-видимому, он испытывает личную гордость за подопечного.
К позднему вечеру Карелин не возвращается, и Кира планирует отдохнуть в своей «новой» спальне.
Она заставляет себя невозмутимо передвигать ногами по коридору, когда открывает и читает новоприбывшее сообщение.
«Ложись одетой. Не бойся. Р»
Кира думает, что после такого точно глаз не сомкнет, но через какой-то час вырубается. Делает предварительно по максимуму из возможного — придвигает обувь поближе к прикроватной тумбе, а пальто раскладывает на стуле возле окна. Грязные брюки хочется стянуть, но что поделать.
Она просыпается вроде как без причины, но голова так сама и поворачивается к окну. Лунные лучи, как молочные фосфорные стержни, пронизывают полотно ночной темени.
А затем Кира поворачивается в другую сторону. И на стуле у письменного стола, примыкающего к дверной стене, сидит Карелин.
Он подносит палец к губам.
Приподнимаясь на локтях, Кира удерживается от резких движений и слов. Она непонимающе всматривается и всматривается в его фигуру.
Рому ни с кем не перепутать даже в темноте. Дело не только в размахе и мощи. Ее сердце узнает его, и мгновенно откачивает кровь особым ритмом.
Жестом он указывает ей опуститься обратно и лежать.
В руке у него пистолет.
Кира укладывается на подушку, часть лица теперь щекочут волосы. Нервно сглатывая, она дрессирует собственное дыхание. Дышать ровно и тихо. Дышать ровно и тихо. Дышать, а не задерживать вдохи.
Карелин слегка поворачивает голову через минут пятнадцать.
И поднимается. Не бесшумно, но предельно осторожно.
Прислоняется спиной к стене, граничащей с дверным проемом. Тот, кто зайдет в комнату, увидит его в последнюю очередь.
Если не обернется.
Дверная створка открывается степенно. Нажатия ручки как будто и не произошло. Кира тратит все силы на то, чтобы лежать безмятежно и неподвижно, но внутри все сжимается, и дыхание она-таки задерживает.
Карелин сзади хватает Кирилла за лицо, одновременно затыкая ему рот и выбивая колено. Тот заваливается, и выбитое из его рук оружие мягко приземляется на ковер.
Удерживаемый мычит, но вдруг его крик взымается высокой нотой — Брус что-то ему делает, но Кира не различает что именно.
Сопротивление усиливается, потому что Роман вынужден ослабить хватку, чтобы замотать тому рот.
Когда дело сделано, в руках Карелина тело Кирилла волочится как тряпичная кукла, хотя ноги еще пытаются как-то задержать ход.
— Обувь и одежду, — вполголоса приказывает ей Рома. — Идем.
Она собирается молниеносно, дрожащими руками даже поправляя волосы.
Сегодня Кирилл заглядывал к ней в кабинет-гостиную четыре раза. Что-то неосязаемое, едва уловимое в сознании, тогда посчитало это несколько странным.
Кира понятия не имеет, как Карелин вернулся в коттедж, видимо, незамеченным. И почему берет начальника охраны на горячем. И куда они теперь втроем направляются.
Тащит Кирилла он перед собой спокойно и медленно. Шум это создает, но на удивление приглушенный и слабый. На пороге спальни ее нога наступает на нечто инородное и она все-таки оглядывается, чтобы разглядеть в предмете шприц.
 
Через кухню они приближаются к выходу на другую сторону участка. Карелин распахивает дверь настежь. Появляющийся тут же в проеме силуэт он расстреливает из пистолета с глушителем.
Кира издает возглас неожиданности, и он вскидывает на нее голову — замерев на несколько минут, смотрит и изучает, а потом укоризненно качает головой.
Они продвигаются по двору тем же ходом. Только холодный уличный свет превращает то, что казалось кошмаром полуночи, в тщательно прорисованную реальность.
Кирилл мотает обмотанной головой, а Карелин небрежно тащит того, оттягивая волосы с таким напором, что от них, наверно, ничего не останется, если мафиози наконец-то отпустит руку.
Позади… лежит труп с дыркой в голове.
И — темный спящий дом.
Бойцов, что прошлой ночью крутились во дворе, нет.
Заднюю дверцу джипа Карелин открывает для нее, а начальника охраны закидывает, на удивление, прямо на водительское сиденье. Так как руки у Кирилла связаны, приходится его практически запихивать.
— Тебя сейчас ждет сюрприз. И это не онемение, что ты чувствуешь от укола. Настоятельно рекомендую не рыпаться.
Карелин разговаривает с ним, словно ведет рядовую беседу о последнем матче Реал Мадрид.
Связанный мужчина ничего не мычит. Звуки, что прорываются сквозь тканевую обмотку, нерегулярные и тихие.
Захлопывая за собой дверь переднего сиденья, Карелин быстро оглядывает Киру позади. И настраивает зеркальце дальнего вида, наклоняя его.
Он достает ампулу и демонстрирует предателю. Приходится голову Кирилла повернуть, чтобы тот наверняка разглядел.
— Знаешь, кто мне это подкинул? Тот же, кто сейчас передает тебе привет.
Указывает пальцем в зеркальце. Там виднеется верхняя часть лица связанного и его испуганные, не до конца открытые, голубые глаза. И красная лазерная точка посреди покатого лба.
— Серов.
Кира не знает, кто такой этот Серов, но его имя производит эффект взорвавшейся бомбы. Кирилл дергается и метается из сторону в сторону.
— У тебя часов пять. До того, как начнется паралич. За это время ты отвезешь меня туда, где тебя сегодня ждали. У тебя будет шанс, если у меня не получится. Я не говорю, что не убью тебя потом. У тебя будет ничтожная вероятность выжить. Сыворотку Серов отдаст только там, где тебя ждут.
Брус выжидает, будто тот может ответить со связанным ртом.
— Я дам тебе сказать. Если закричишь, я, может быть, убью тебя. Или не убью. Ты просто разбудишь всю округу, чего мне не хотелось бы. А Серов даже сейчас ждет от меня знака.
Он развязывает узлы и срывает с пленного повязку. Тот заходится одышкой, стараясь воздухом набрасаться. Он смотрит прямо перед собой, не поворачиваясь к Брусу.
— Что… это? Что вкололи?
Брус пожимает плечами и со вздохом прикладывает башку Кирилла ударом к панеле между сиденьями.
— Тебе понятно, что делать? Выезжаем сейчас. Серов будет нас вести. Советую не создавать проблемы.
— Мы не доедем, — машет головой Кирилл, разбрызгивая слюни. — Они засекут нас.
— Они — это кто?
Головой тот мотать не перестает.
— Не знаю. Клянусь, не знаю.
Карелин снова украдкой оборачивается на сидящую позади девушку и придвигается к пленному поближе.
— Растягивание времени не поможет. Дроны, которые с минуты пролетят над домом и сбросят гранаты, уже частично обезврежены, а остальное — будет сбито. Это не может, мразь. Я повторяю, у тебя есть вероятность выжить. И она есть, только если ты нажмешь на педаль и приведешь нас к ним.
Кирилл качается и качается, насколько это позволяет размер сиденья и связанные руки. Он глядит в сторону дома и быстро в зеркальце заднего вида — на себя.
Карелин просто сумасшедший, если думает что этот идиот способен довезти их куда-то, не угробив по дороге. Но Кира помалкивает. Ее больше волнуют дроны с гранатами, которые могут прилететь к дому с ее братом внутри.