Пособие для начинающего попаданца, или Осторожно, российский спецназ (СИ)

– Почему ты не разговариваешь со мной? Прошло уже два месяца, можно было смириться за это время.
Воздушник лишь пожал плечами.
Ему не хотелось мириться. С тем, что теперь он - собственность принца. С тем, что теперь он - пленник императорских покоев. С тем, что теперь он - калека, в конце концов!
Об этом хотелось кричать, но Расмэ молчал. Он давил в себе крик задолго до того, как тот формировался в горле. Эратсэ видел, но молчал, потому что всё понимал. Ну, почти всё.
  
Два месяца назад внезапный обморок здорово подкосил здоровье Раса. Он перестал чувствовать свои ноги.
В той выпивке, что предложил ему Ялим, был сильный яд, и Виттори вообще не должен был выжить, но его спасло то, что после принятия “успокоительного”, он отправился в покои Фент’аллэра. Эратсэ, поняв, что состояние Расмэ весьма критическое, поместил его в ледяную тюрьму сна, заморозив и, соответственно, замедлив все физиологические процессы. Рас выжил, но его ноги стали лишь бесполезным аксессуаром, приложением к столь же бесполезному теперь телу.
Хорошо в этой ситуации было только принцу, который мог пользоваться телом воздушника безраздельно. Расмэ не стал бы даже сопротивляться. Ему уже на всё было плевать.
Но сиятельный не прикасался к Виттори даже с простой целью вывести того из транса. Он просто по нескольку часов в день сидел возле кровати и смотрел в ту же точку, что и маг воздуха.
Эратсэ пытался увидеть то, что видит там Рас, понять его хотя бы чуть-чуть.
Фент’аллэр был уверен, что не сдался бы в такой ситуации. Пополз к цели на руках, но никак не сидел бы на месте, словно приклеенный.
За два месяца он мало что понял. Точнее, принц ничего и не хотел, в общем-то, понимать. Ему это было без надобности.
Ялим, тот самый парень, что напоил Расмэ, был уже мёртв. Всё, чего он был удостоен - похороны на южной границе, дальше от столицы. Эратсэ убил его собственными руками: отрубил для начала ноги, а затем, наслаждаясь криками боли, размазал его череп по полу подвала в старом дворце.
“Крысы должны умереть”.
Парень люто завидовал неожиданному взлету Расмэ по карьерной лестнице, потому и решил с ним расправиться столь низким, недостойным мужчины способом.
– Знаешь, Расмэ, я ведь сумасшедший.
Виттори удивился неожиданной теме разговора, но виду не подал. Только лишь опустился на подушки, устраиваясь поудобнее.
– Абсолютно безумен, понимаешь? Я иногда сам себя не помню. У меня и раздвоение личности, и шизофрения, и паранойя, и вообще много чего… А ты ведь хороший друг каэ Шайэт. Ты должен знать, что я угрожал Демисаррэ вашей смертью, - глаза Раса шокировано распахнулись.
Эратсэ посчитал это хорошим знаком. Ненавидит? Пусть ненавидит. Но это хотя бы какие-то эмоции.
– Да, я писал ему письма, где говорил, что его убить не смогу, а вот вас, тебя и Юнмэ, - без проблем. Я и сейчас с трудом удерживаюсь от того, чтобы хорошенько встряхнуть тебя. Меня так раздражает это твоё молчание… Ты ведь не можешь так поступать со мной, после всего того, что я испытал, зарабатывая титул старшего сына монарха! - принц вздохнул, успокаиваясь. – Знаешь, Расмэ… Император Эрхи - это высший суд справедливости. Я должен быть объективен в своих решениях. Но не могу, - Фент’аллэр опустил голову, сжав руки, лежащие на коленях, в кулаки. – Это так трудно.
– Почему ты… - голос воздушника от продолжительного молчания сделался хриплым и почти неслышным, но наследник трона тут же вскинул опущенную голову. – Почему ты говоришь мне обо всём этом, Эратсэ?
– Когда ты поцеловал меня тогда, в библиотеке, то находился под воздействием моего заклинания искренности. До того момента я считал, что всех людей можно купить, перекупить, но ты… Почему ты поцеловал меня, Расмэ? Под действием заклинания меня обычно начинают оскорблять или пытаются убить, а ты поцеловал, - Эратсэ слабо улыбнулся, потянувшись рукой за ладонью Расмэ, но тут же сжал её в кулак, усмехнувшись. – Когда ты упал, у меня перед глазами вся жизнь пронеслась. Подумал, что если больше никогда не услышу наивного бреда из твоих уст, сдохну от тоски. Она была в моём сердце всегда, Рас, но твоё появление, твои слова и реакции… ты словно открыл мне глаза. Я всегда был один. В этой жизни у меня не было опоры и поддержки - никогда. И никто, - понимаешь, никто! - не любил меня по-настоящему, кроме матери. А теперь появился ты, и… Я готов ради тебя на всё. И ты обязательно поправишься, слышишь? Хочешь, я вызову в столицу твоих друзей? Шайэт, Юнмэ, твою сестру, твоих родителей?…
– Не нужно родителей! - испуганно выпалил маг, и в этот момент он показался наследнику невероятно беззащитным и тёплым. Поняв, что без его позволения сиятельный ничего не предпримет, Виттори неуверенно улыбнулся. – Но я был бы рад увидеть Демиса, Элуша и сестру…
– Тогда решено, - мягко улыбнулся Фент’аллэр, и указательный палец правой руки Расмэ оказался в плену массивного перстня с императорской печатью. – Я приглашу их на бал в честь нашей помолвки.
– Что?! - воскликнул маг ошарашенно. – Помолвки?! Нет!
Принц вдруг помрачнел, а от недавней светлой улыбки на его лице не осталось и следа - губы растянулись в кривой усмешке.
– Рас-смэ, - прошипел он, положив ладонь на обездвиженную ногу солдата. Рас не придал значения теплу, пробежавшемуся по нечувствительной конечности. – Я что, спросил твоё мнение на этот счёт?
Виттори испуганно вжался в резную спинку кровати, тяжело сглотнул.
– Нет, Ваше Высочество.
Эратсэ снова переменился в лице - перед Расом вновь предстал прежний наследник. Правда, немного растерянный.
Он схватил руку парня, прижал её к своему лбу.
– Вот, о чём я и говорил… Прости меня, Расмэ. Конечно, мы не будем торопиться, для начала ты должен встать на ноги и… - сиятельный замолчал, задумавшись.
– Ваше Высочество! - голос Шанора всколыхнул тишину в покоях принца.
Фент’аллэр отпустил руку Раса, ухмыльнулся чему-то своему и предстал перед личным слугой в своём постоянном образе.
– Шанор, в следующий раз, когда ты войдёшь в мои покои без стука, я выброшу тебя в окно, ясно? - произнёс наследник со своей обычной доброжелательно-снисходительной улыбочкой.
Мужчина испуганно поклонился.
– Что у тебя? - произнёс Эратсэ так, словно ему вообще плевать на это, а спрашивает он из вежливости, которая его тоже до зубовного скрежета достала.
– Письмо. Из Мариэт-эста…
– Кому? - флегматично поинтересовался принц.
– Каэ Виттори… - пролепетал слуга.
– Ну, так в чём дело? Пойди и отдай каэ его письмо. До вечера, Расмэ, - голос Фент’аллэра во время прощания с воздушником не изменился.
Когда дверь за Его Высочеством закрылась, Шанор отдал письмо Расмэ и молча удалился в гардеробную.
Маг выдохнул, успокаиваясь. Эти перепады в настроении Эратсэ вряд ли были забавными, хотя Рас почему-то был твёрдо уверен, что его это раздвоение личности особо не коснется. Тем не менее, с сиятельным нужно было быть осторожнее.
Виттори аккуратно вскрыл печать рода Мариэт, стараясь не надорвать бумагу.
Писать мог кто угодно - Демис, Эл, Кортея (да Рас и письму самого лейте Мариэта не удивился бы!) - но парень больше склонялся ко второму варианту. Юнмэ писал письма с частотой раз в неделю, а сейчас, вероятно, случилось что-то из ряда вон.
Но письмо было не от Элуша.
«Привет, Расмэ! Давненько от тебя новостей не было, Эл всё волнуется, бегает по поместью, как курица-наседка, а это писец как бесит, так что я решил сам узнать у тебя, что да как, раз ему “воспитание и манеры не позволяют”. Мне в этом плане ничего не мешает, ты же знаешь. Хочу узнать насчёт нашей встречи - всё в силе?»
“Какой ещё встречи?” - не понял Рас, нахмурившись. – “Мы же не договаривались…”
«…У меня всё отлично, живу хорошо, не жалуюсь. В принципе, всё как и планировалось - от мужа просто в восторге…»
“Планировалось? Несколько месяцев назад ты его в своих грязных фантазиях рвал на куски и жёг - вот что планировалось, но никак не довольство. Что за?…”