Боги на неполный рабочий день (ЛП)

Это было ее лучшее предложение. Глядя на СЗД, я видела выход. Без драконов, предательств или риска с деньгами. Но нужно было преклонить голову перед другой непобедимой силой, и хоть к СЗД я относилась лучше, чем к отцу сейчас, я не знала, смогу ли так сделать.
— Я…
— Ах, — дух накрыла мой рот ладонью, от нее немного пахло влажным асфальтом. — Не сейчас. Иди домой и обдумай это. Когда будешь готова, я появлюсь, как должна богиня.
Я не могла решить, было это утешающе или жутко, но дух передо мной уже таял, ее голодное лицо сменилось морщинами старушки-садовницы.
— Ой-ой, — сказала доктор Ковальски хриплым смертным голосом. — Она давно так сильно не приходила. Ты ей понравилась.
Я рассеянно кивнула, глядя на мой картофель на полу.
— Как это ощущается? — тихо спросила я. — Быть ее?
— Как многое, — доктор встала из-за стола. — Немного хорошего, немного плохого. У меня не было выбора, конечно. Когда она сделала мне предложение, я была уже мертва. Было или идти с ней, или затеряться навеки в глубинах Моря Магии, так что решить было просто, — захихикала она, и ее лицо посерьезнело. — Она была хорошей богиней со мной. Она сохранила мои знания, слушалась моих советов, и она дает мне садить тут все, что я хочу. Как все божества, она требует, чтобы ее ставили на первое место, так что жизни вне нее будет мало. Но она справедливая, и работа интересная. Могло быть куда хуже.
Она улыбнулась мне, но я не могла найти силы ответить на это. Давящая магия СЗД пропала, и я вдруг поняла, как сильно устала.
— Иди домой, — приказала доктор Ковальски. — Машина ждет у края леса, и я обещаю, в этот раз путь будет короче. Поспи хотя бы восемь часов, или твоя душа не восстановится.
Страх этого заставил меня двигаться. Я отблагодарила ее и ушла, забрав картофель и прижав его к груди, как талисман. Я прошла в лес, который теперь был пронизан лучами солнца.
Путь, как и обещали, в этот раз был куда короче. Сад только пропал за деревьями за мной, и я заметила такси на том же кусочке тротуара, где прошлое меня высадило. Я поспешила мимо мониторов магии и бросилась в крохотную машину, рухнула на сидение и ввела свой адрес. Когда мы поехали, я вытащила телефон, чтобы проверить время и понять, почему Сибил была такой тихой. Оказалось, было семь утра, и интернет еще восстанавливался. Я почти ощущала любопытство Сибил, растущее, пока колесико связи крутилось, но у меня не было сил отвечать, и я выключила ей звук, прислонила голову к прохладному окну, пока такси везло меня домой.
Глава 6
Я проснулась намного позже от телефона, звонящего на тумбочке.
Я сонно потянулась рукой среди кучи подушек с кисточками, покрывающих мою глупую новую кровать. Я хотела сбросить все на пол, но так устала, когда вернулась домой, что просто рухнула на кучу. Я даже не разделась. Я как-то смогла забраться под одеяло, потому что теперь была уютно укутана. И я не хотела менять это состояние, потому утащила телефон под одеяло к себе.
— …ло?
— Где ты?
Я нахмурилась. Это был голос Ника, и он звучал… не в панике — Ник никогда не паниковал — но где-то близко.
— Дома?
Шипение в динамике зазвучало от его выдоха облегчения.
— Ты в порядке?
Мое тело словно ударили грузовиком, глаза не открывались, а голова горела, и я хотела проспать еще месяц. А кроме этого…
— В порядке, — сказала я, широко зевая. — Который час?
— Час дня.
Ах, понятно. Я проспала всего пять или шесть часов. Не хватало еще двух до восьми, которые приказала доктор Ковальски, и этого было мало, чтобы оправиться от целого дня Уборки, похмелья и ночи без сна. Я хотела спросить у Ника, можно ли было спать дальше, когда он убедился, что я жива, но почти паника вернулась в его голос.
 
— Что случилось прошлой ночью?
Это меня разбудило.
— Ты не помнишь?
— Ничего, — он явно злился. — Я помню, как идиот с плохими имплантатами пытался использовать тебя как заложницу, а потом проснулся на своем диване с жутчайшей головной болью.
Я опустилась на подушки с выдохом радости. Он не помнил, что случилось на парковке. Вот и удача. Может, я все-таки не была обречена! Но, пока я праздновала неожиданное везение, Ник звучал все более испуганно:
— Как я тут оказался? — спросил он. — Как мы сбежали с крыши? Почему я ощущаю себя так, словно напился? Я не могу пьянеть!
— Боюсь, это была я, — я пыталась звучать виновато, а не радостно. — Я ударила всех на крыше магией. По тебе попало отдачей, и ты вырубился, но вырубились и бандиты.
— Но не ты?
— О, я тоже получила, — сказала я. — Я привыкла к взрывам магии, так что быстро пришла в себя. Схватила тебя, пока другие еще лежали, и мы убежали.
Ник выдохнул с облегчением.
— Спасибо.
Я надеялась, что он оставит на этом тему, но стоило знать лучше. Ник, как сказала бы моя мама, был «заинтересован в деталях». Если что-то было непонятным, он не мог отпустить, пока не разобрал все детали, даже своего чудесного спасения.
— Как ты нас вытащила? — спросил он. — Я не видел, чтобы ты поднимала тяжести, так что ты не могла нести меня. Как ты вернула меня в мою квартиру?
— Ты не был совсем без сознания, — я давала ему правду осторожными дозами. — Ты мог идти, прислонившись ко мне, и я помогла тебе сесть в твою машину, а потом отвезла тебя к дому.
Повисло ужасное молчание.
— Ты вела мою машину?
— Она целая! — сказала я. — Я оставила ее на парковке за твоим домом, далеко от других машин.
— Спасибо, — пробормотал он, стараясь звучать вежливо, но не вышло. — Рычаг передачи опущен?
— Вряд ли, — я не хотела обижаться. Если Ник боялся только за свою машину, это меня радовало. — Двигатель издавал странные звуки, но это явно можно починить. Можешь выйти и проверить, если хочешь.
— Позже, — сказал он. — Я еще не смог даже с дивана встать. Когда я пытаюсь, голова кружится так, что приходится ложиться обратно.
Я скривилась.
— Прости за это.
— Лучше так, чем быть мертвым, — сказал он. — Но как долго такое длится?
— Зависит от человека, но должно пройти быстро, раз ты проснулся, — я нахмурилась, пытаясь вспомнить уловки, которые изобрела во время обучения, когда старалась не отставать и ударяла себя магией почти каждый день из-за этого. — Съешь что-нибудь соленое. Обычно мне помогает.
— Я даже не хочу сейчас думать о еде, — Ник звучал неважно. — Так ты себя ощущаешь каждый раз?
У меня не было отдачи, какую испытывал Ник, но вряд ли этот ответ ему помог бы.
— Это пройдет, — сказала я. — Просто не спеши, отдыхай, и ты будешь в порядке.
Долгая пауза. Я гадала, уснул ли он, но Ник вдруг заговорил:
— Нам нужно поговорить.
Я скривилась. Такие слова не сулили ничего хорошего.
— О чем?
— Это часть того, о чем нужно поговорить, — загадочно ответил он. — Можешь приехать? Я бы приехал к тебе, но не могу встать.
— Хорошо, — я старалась не звучать так, словно готовилась к выстрелам. — Я скоро буду.
Он закончил разговор, и я выбралась из кровати, даже не смотрела на обгоревшую юбку в крови и бюстгальтер-топ, а сняла их и выбросила в урну. Следом полетели трусики, а потом я прошла в ванную, чтобы помыться, надеясь, что в квартире осталась одежда, в которой можно было пойти к Нику.
* * *
Ничего не было.
После вчерашних экспериментов осталась только одежда, в которой я убирала магазин со слизнями. Она выглядела не так плохо, ведь слизь была невидимой, но останки слизней затвердели за ночь, и ткань была твердой, как картон. К счастью, я жила в СЗД. Мне не хватило бы смелости идти в магазин на углу в таком виде, но я могла накинуть одеяло и добежать до ряда торговых автоматов недалеко от моей двери.